Человеком быть нелегко
Они были ему невыносимы из-за того, что он с ними сделал
Мне нужен другой воздух
Сделай то, что должен, так, словно хочешь этого. Славой Жижек
Человек умеет одновременно испытывать противоположные чувства-быть несчастным и сломанным и тем не менее переживать мгновения радости, которую несчастье лишь усиливает, иди даже не мгновения, а часы...
Родительские слова имеют невероятную силу на тем, как дети понимают действительность, и победить эту силу почти невозможно
Боль лишает нас доброты. Обычно пережитая боль делает нас жестокими. Спорить, кому пришлось хуже, - это по-детски. В действительности жертвы превращаются в эмоциональных калек, в действительности они начинают мыслить и действовать, как их мучители, о таких последствиях насилия говорят редко, но оно калечит жертв и мешает им освободиться. Чтобы страдание переродилось в нечто полезное для кого-то, особенно для жертвы, требуется упорный труд.
«Удивительно, какие случайности приводят нас к людям, которые впоследствии определяют ход нашей жизни, подталкивают или заставляют делать выбор, меняющий жизненный путь. А может, это вовсе не случайности? Может, мы чувствуем, что эти люди способны подтолкнуть нас к тому пути, которым мы осознанно или бессознательно желаем пойти? Поэтому таких людей мы и не отталкиваем. А кто-то, возможно, готов столкнуть нас с желанной дороги, и от таких людей мы стараемся отдалиться? Удивительно, насколько исход решающего для нас дела может зависеть от некоторых людей лишь потому, что нам вздумалось спросить совета именно у этого человека.»
Мы чересчур часто идем наперекор себе, плывем по течению, ни слова ни говоря, хотя мир рушится прямо нам на голову, потому что ради спокойствия других мы идём на компромиссы, потому что говорить "Нет" неприятно, – поэтому мир и рушится.
Разорвать отношения – всё равно что умереть, больнее всего в самом начале, а потом окружающие привыкают к твоему отсутствию, и постепенно отсутствие становится для них твоей основной чертой.
— Нет не всё, вы не ответили, почему плакали? — повторился Кен.
— А почему люди плачут? — поворачиваясь к нему, произнесла я очевидные слова.
— Не знаю, я никогда не плачу.
— Сочувствую, попробуйте, вдруг понравится, — ответила я, покидая это «милое» до прихода парня место.
Помните кота Шрендигера? Они одновременно существуют и не существуют.
Мир погибает уже давно, а сегодня он погиб совсем. Мы не заслужили этого.
Я всегда говорю ей, что взрослых слушаться не обязательно. Что не все взрослые умны.
Ты ничего не понимаешь в издевательствах на детьми! Зачем еще заводить детей, как не для этого! Можно показывать им сложное длинное кино и наслаждаться их страданиями!
Когда пещерным людям было нечего делать, а снаружи буря и гроза, они рисовали мамонтов на стенах. Любое творчество - книги, стихи, кино, музыка - это всё тот же мамонт, нарисованный куском охры на стене пещеры, чтобы было не так страшно в грозу и в бурю.
Творчество - это для того, чтобы не сойти с ума. Если бы пещерный человек не стал рисовать этих мамонтов, он бы просто свихнулся от всего, что вокруг. От осознания того, что он живёт и дышит, а вокруг реальность, камни, звери, солнце, огонь. Человек наделил камни мыслями, огонь -голосом, солнце - разумом. Человек стал размышлять о том, для чего всё это, и придумал легенды о небе и звёздах. А другие люди собирались у костра и слушали. И им становилось не страшно. У них появлялся смысл.
Море, огромное, тёплое, доброе море, пожалуйста, шуми вечно, дыши солёной прохладой, - думал он, - и оставайся таким же, когда я вернусь. А я обязательно вернусь.
Всё, что ты видишь, сделано из пыли и света. Я знаю мир. Он другой. Всё, что ты знаешь, окажется ложью. Всё, во что ты не веришь, станет правдой. Когда ты отворачиваешься, за твоей спиной всё меняет облик. Ночное небо становится белым, а звёзды в нём - чёрными. Капли дождя поднимаются вверх. Облака превращаются в серые скалы. Сгоревшее дерево вновь зеленеет листвой. Рыбы в воде говорят человечьими голосами.
Всё сущее живёт. Окна в твоём доме говорят по ночам. Земля под ногами поёт и кричит. Костёр в лесу встаёт и идёт вдоль реки. У ветра есть глаза, уши, нос и язык. У ножа на твоём поясе есть дом, жена и дети. Каждый палец на твоей руке умеет думать и говорить. На кончиках твоих волос есть города, где живут люди.
Всё оживает. Всё говорит. Мёртвые ночью встают из могил, приходят к живым, когда они спят, склоняются над кроватью и нашёптывают им сны. Ты не можешь этого видеть. Твои глаза - не твои глаза. Твои уши - не твои уши. Твоё сердце - не твоё сердце.
Если тебе страшно, значит, все, что происходит, - правильно.
Знаете, у меня есть дочь, ей пятнадцать лет - ну да я говорил об этом... Я всегда говорю ей, что взрослых слушаться не обязательно. Что не все взрослые умны. Не все справедливы.
- С чего бы начать... - продолжил Крамер. - Я прожил полтора месяца среди народа масаи - они живут на самом юге Кении. Это очень интересные товарищи. Чтобы стать мужчиной, их мальчики обязаны убить льва, а потом они делают обрезание. - Льву? - спросил Введенский. - Что? - Что? - Господи. Нет, конечно. Мальчикам.
«Отдалась работе, раньше думала, что по любви, но посмотрела на зарплату и поняла — нет, по расчёту»
Честных торговцев, как и пегих тойнов, в природе просто не существует!
Прощение — это нечто очень неуловимое. Иногда легко сказать "я прощаю", да проще и не бывает. А вот простить на самом деле невероятно трудно. Осадок внутри остается. Вязкий, тягучий. Или как пятно после химического вещества. Смоешь, а оно все равно там. Потому что въелось. Даже если сверху закрасить — со временем проявится. Вот какое оно, прощение.
... безответная любовь - настоящее наказание.