Цитаты
286923
Храм – дом богов, а люди приходят сюда просить или благодарить, но они всего лишь гости величественных сил, правящих миром.
С Айлин Ревенгар говорят призраки, но они не могут подсказать ей, какой выбор сделать. Она леди, но отказалась от рода, магесса, но сбежала из Академии, чужая невеста, но оставила жениха, чтобы спасти… просто друга? Ни горящая столица, ни демоны в Академии не страшны лорду-протектору Грегору Бастельеро. Но Айлин исчезла вместе с последним из рода Дорвеннов, обреченным на смерть ради спасения королевства. Из этого путешествия может вернуться только один, и Грегору придется выбирать между сыном...
ты должен понять только одно. Ты за все отвечаешь сам. И, значит, слушаться должен только себя.
С Айлин Ревенгар говорят призраки, но они не могут подсказать ей, какой выбор сделать. Она леди, но отказалась от рода, магесса, но сбежала из Академии, чужая невеста, но оставила жениха, чтобы спасти… просто друга? Ни горящая столица, ни демоны в Академии не страшны лорду-протектору Грегору Бастельеро. Но Айлин исчезла вместе с последним из рода Дорвеннов, обреченным на смерть ради спасения королевства. Из этого путешествия может вернуться только один, и Грегору придется выбирать между сыном...
Девица я честная, поэтому и дорогая
С Айлин Ревенгар говорят призраки, но они не могут подсказать ей, какой выбор сделать. Она леди, но отказалась от рода, магесса, но сбежала из Академии, чужая невеста, но оставила жениха, чтобы спасти… просто друга? Ни горящая столица, ни демоны в Академии не страшны лорду-протектору Грегору Бастельеро. Но Айлин исчезла вместе с последним из рода Дорвеннов, обреченным на смерть ради спасения королевства. Из этого путешествия может вернуться только один, и Грегору придется выбирать между сыном...
— Когда сталкиваешься с предательством близкого человека, хочется знать, что бывает иначе. Как супруги Вилар: сорок восемь лет душа в душу. И я говорю себе: посмотри! Они смогли, значит, это возможно! Чтобы рваться к ней с Той Стороны, чтобы в лысом и морщинистом старике видеть парня, что когда-то подарил ей ромашку.
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы!
Он — дерзкий, ироничный красавец, который требует, чтобы я находилась рядом двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю и триста шестьдесят пять дней в году. Что ж, я не боюсь трупов, обладаю неплохим чувством юмора и отлично варю кофе. Только почему-то мне кажется, что этого недостаточно…
— Не все истории нужно рассказывать...
— И что это была за история, гатинью? Про колдунью, влюбившуюся в дива? Или про бештаферу, полюбившего колдунью?
— Какая разница? Сколько их было за тысячелетия, ни одна хорошо не кончилась…
Ни одна… Как же сложно научить людей быть людьми. Смотреть дальше собственного носа. Столько сил, а как медленно они учатся. Но все же учатся.
Сердце шторма — в первую очередь история взросления. Детей, оказавшихся в не самом привычном и простом положении. В мире, где требуют все: империя, Академии, наставники, собственные принципы и даже сердечные авантюры. История позволит изнутри познакомиться с Академиями, понаблюдать за становлением первой в Российской империи светской колдуньи и, конечно, с головой погрузиться в интриги сильных мира сего. И даже немного поиграть в детектива.
"Чтобы прекратить войны, детей следует учить иному - ценить любую жизнь, не важно, имперца или островитянина."
В современном мире, где наравне с техническим прогрессом существует узаконенное рабство, девушка вместо щенка покупает на рынке полуживого раба. Но всё не так, как кажется. И скромная служащая отдела делопроизводства вовсе не та, за кого себя выдаёт, и раб отнюдь не влюбляется в неё с первого взгляда. Да и со второго, и с третьего тоже…
— Он хороший учитель, но он див. Просто помните: не стоит ждать от него человеческого отношения.
— Но я-то человек. Людям свойственно любить и привязываться, или человеческое отношение с моей стороны тоже противоестественно?
Сердце шторма — в первую очередь история взросления. Детей, оказавшихся в не самом привычном и простом положении. В мире, где требуют все: империя, Академии, наставники, собственные принципы и даже сердечные авантюры. История позволит изнутри познакомиться с Академиями, понаблюдать за становлением первой в Российской империи светской колдуньи и, конечно, с головой погрузиться в интриги сильных мира сего. И даже немного поиграть в детектива.
Иногда достаточно приободрить саму себя, чтобы перейти к решительным действиям.
Рассказ написанный для конкурса сайта ФанБук http://fan-book.ru/articles/article/konkurs-rasskazov-lyubov-i-magiya.html На Си только начало истории, сама она войдет в сборник. Надеюсь читателям история понравится, а для писателей этот конкурс будет замечательной возможностью опубликовать свой рассказ в сборнике. Ваша, Елена Звездная.
– Ты сделал это из-за любви к ней?
– Отчасти из-за этого и отчасти из-за того, что не мог освободиться от соблазна взорвать те теории, которые защищают некоторые самодовольные замшелые юристы. Ведь в Комиссии по расследованию жалоб мне было сказано, что мое заявление, что можно совершить убийство и не быть наказанным, говорит о том, что я плохо усвоил основы юриспруденции. Комиссия даже не поинтересовалась, как это можно сделать. Просто потому, что они считали это невозможным. Поэтому и заявили, что я не прав. А я хотел им доказать. Если бы мне не запретили заниматься адвокатской деятельностью, я давным-давно стал бы знаменитым.
– А ты еще знаешь какие-нибудь фокусы подобного рода?
– Массу.
Герой «Пройдохи» опровергает расхожее представление о том, что в схватке с преступниками побеждает тот, кто быстрее бегает и лучше всех стреляет.
"Война одинаково жестока, она никого не щадит. Только почему за ошибки правителей должны расплачиваться невиновные?!"
В современном мире, где наравне с техническим прогрессом существует узаконенное рабство, девушка вместо щенка покупает на рынке полуживого раба. Но всё не так, как кажется. И скромная служащая отдела делопроизводства вовсе не та, за кого себя выдаёт, и раб отнюдь не влюбляется в неё с первого взгляда. Да и со второго, и с третьего тоже…
Она, как и все толстые люди, была совершенно статична. Худые всегда дергаются, чтобы успокоить свои нервишки. А миссис Кул торжественно восседала с видом горы под снеговой шапкой и с уверенностью парового катка.
Герой «Пройдохи» опровергает расхожее представление о том, что в схватке с преступниками побеждает тот, кто быстрее бегает и лучше всех стреляет.
– Какое у тебя образование?
– Образование мое без пользы. Меня научили ценить искусство, литературу и жизнь, но не научили, как зарабатывать деньги. А я обнаружил, что не могу ценить ни искусство, ни литературу, ни жизнь без денег.
Герой «Пройдохи» опровергает расхожее представление о том, что в схватке с преступниками побеждает тот, кто быстрее бегает и лучше всех стреляет.
Если Вера и попыталась сказать больше двух слов подряд, Мария этого не заметила среди всхлипов.
— О, я вас искал. — В библиотеку заглянул Василь и удивленно уставился на выглядывающую из-за спинки кресла голову дочери. — Что тут происходит? Девочки?
Мария посмотрела на него красноречивым взглядом и мотнула головой:
«Уходи».
— Ох, ну… ладно… — Василь прикрыл дверь, но почти сразу снова просунулся в щель. — Если что, у нас все еще есть гранатомет. И я знаю, как им пользоваться, только скажите...
— Это больно, мама? — неожиданно спросила Вера. — Страшно? Когда тебя лишают выбора? И заставляют жить по указке?..
— Может, все-таки гранатомет? — рискнула предложить Мария.
Кем бы ни был этот парень, он стремительно перемещался в начало очереди на убийство.
Сердце шторма — в первую очередь история взросления. Детей, оказавшихся в не самом привычном и простом положении. В мире, где требуют все: империя, Академии, наставники, собственные принципы и даже сердечные авантюры. История позволит изнутри познакомиться с Академиями, понаблюдать за становлением первой в Российской империи светской колдуньи и, конечно, с головой погрузиться в интриги сильных мира сего. И даже немного поиграть в детектива.
Я, между прочим, утонченная натура, я за конфеты не продамся. А с начинкой есть?
Сердце шторма — в первую очередь история взросления. Детей, оказавшихся в не самом привычном и простом положении. В мире, где требуют все: империя, Академии, наставники, собственные принципы и даже сердечные авантюры. История позволит изнутри познакомиться с Академиями, понаблюдать за становлением первой в Российской империи светской колдуньи и, конечно, с головой погрузиться в интриги сильных мира сего. И даже немного поиграть в детектива.
Месть — не то чувство, которое проходит. Она зреет внутри, растет и начисто отшибает чувство самосохранения.
Уснула под елкой в своей квартире, проснулась тоже под елкой, настоящей, не наряженной, в лесу, окружённая огромными муравьями! Едва оторвалась от них, как метрах в пяти, с неба упал светящийся шар. Взрывная волна откинула меня назад, прямо под лапы к страшным тварям. Приготовилась к смерти, но тут появился он…
Жизнь она такая. Закрутит, завертит, но потом все расставит по своим местам.
Уснула под елкой в своей квартире, проснулась тоже под елкой, настоящей, не наряженной, в лесу, окружённая огромными муравьями! Едва оторвалась от них, как метрах в пяти, с неба упал светящийся шар. Взрывная волна откинула меня назад, прямо под лапы к страшным тварям. Приготовилась к смерти, но тут появился он…
"Страх - плохой советчик. Он шепчет: «Не рискуй, не верь, не открывайся». А жизнь, она любит смелых. Не тех, кто ничего не боится, а тех, кто боится, но все равно делает шаг.
- Судя по всему, опыт работы нулевой, возраст для скорой - ребенок. А если что-то серьезное, ДТП, например, вообще расплачется. Так охарактеризовал меня знаменитый в больнице травматолог Орлов, видя впервые в жизни на собеседовании на должность фельдшера в бригаду скорой помощи. Работу я все же получила. И я тоже умею давать характеристики. Хам, циник, высокомерный и неприятный тип! Я радовалась, что мы работаем в разных мирах. Он в травматологии, а я на скорой. Ровно до тех...
— Кархарадон?
— Так зовется древняя акула, размером с добрую галеру. Без жалости и сострадания. А вместе с тем и орден ангелов, что борется с порождениями тьмы и хаоса на самом краю бытия.
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
— Зло многогранно. Оно принимает разные формы и нередко прячется за мнимым благочестием. Но в писании сказано: «По делам их узнаете их». Не по молитве или намерении, а по делам.
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
После того триумфа безудержной алчности века полтора назад тамплиеров не видели в наших краях.
— Государь, вас, верно, ввели в заблуждение. Мы не тамплиеры.
— Да-да, — мягко и вежливо улыбнулся Константин, — это называется ребрендинг. Берем тамплиеров, ушедших от грабежа и расправы. Посылаем французского Папу куда подальше и говорим, что это уже новый орден. И неважно, что он называется также.
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
— Правда, она всегда такая. Колкая, неудобная и неприятная.
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
— На все воля Господа.
— Не стоит перекладывать на Всевышнего ошибки людей. Есть мнение, что нам дарована свобода воли и мы сами можем натворить всякого, в том числе и непотребного. Или вы думаете, что люди суть безвольные болванчики, которых несет по волнам судьбы и провидения? Ну тогда это что угодно, кроме христианства, потому как грех лишается смысла, ибо он превращается из нашего поступка в волю небес.
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
— Любить или не любить монахов — личное дело каждого. — пожал плечами император.
— Они молятся за нас.
— Большое им спасибо, конечно. Но зачем им для молитвы столько земли?
1450 год.
Константин перехватил управление городом. Но это не победа - это шанс, маленький шанс очистить эти "Авгиевы конюшни", давая тяжело больной империи надежду на выздоровление.
Впрочем, враг не дремлет.
Как внешний, так и внутренний... и грань между ними порой не провести...
— Сиа были чудом, которое люди спугнули.
— Сиа были экзаменом на человечность, который люди не сдали.
Они сами не знали, как очутились в чужом, слишком холодном для них мире. Необычные существа — сиа. Их пытались изучать, ведь из-за своих трёх сердец сиа живут вдвое дольше людей. Но когда ожидания не оправдались, люди решили, что пришельцы бесполезны и не заслуживают человеческого отношения. Только как с этим смириться мне, полукровке с тремя сердцами? И как убедить помогать человека, который считает сиа опасными животными? Прежде чем читать эту книгу, трижды подумайте. Это не лёгкая...
Твой человек не тот, с которым тебе хорошо , а тот, без которого тебе плохо.
Мой старый дом. Наше агентство "Твой праздник". Всё под угрозой: и моя работа, и моя жизнь. На место милейшего, добрейшего, интеллигентнейшего старого хозяина пришёл ОН. Новый Хозяин. Его раздражаю я и мои нестандартные, оригинальные идеи. О! Какая ирония! Он не может меня уволить?! Но делает это с завидным постоянством и потрясающим упорством. Посмотрим, кто достоин ТРИУМФА! Какой мой прокол привёл к такой… одержимости? — Он оставит этот… объект в покое и вернется в свой главный офис? —...