Нельзя растоптать прекрасный цветок лишь потому, что он растет в саду твоего врага.
Между болью и унижением я выбираю боль...
Надежда – верткая, приставучая, докучливая, живучая тварь. Она пролезет в любую щель – как недобитая муха.
- О вышние!.. - простонал напарничек. - Направьте эту женщину куда нужно. Куда не нужно, она и так влезет сама...
- Как прошёл вечер? - спросил он с интонацией дознавателя.
- Убийственно-насыщенно, - позёвывая, честно призналась я.
- Убивала, надеюсь, время, а насыщалась едой?
- Насыщенная покушениями, - мрачно отозвалась я.
- На принца? - ошарашенно выдохнул Норс и как стоял - так и сел на хвост.
- Нет, на этот раз убить пытались меня.
- Ну слава вышним! - с облегчением выдохнул чешуйчатый.
Я же, тряхнув головой, заработала локтями : в отличии от деликатного эльфа, правила поведения в толчее я знала преотлично. Их было всего два : порхать как бабочка, таранить как медведь.
Я посмотрела на этого потенциального подозреваемого и решила, что ему для компании, счастья и тонуса рядом не хватает только меня. А если я задумала кому-то помочь, то ему стоит забыть о спасении.
- Р-р-размечталась, р-р-разиня, - каркающе отозвался ворон. - Тебе не удастся меня обставить.
- Мне нет. А трём проклятиям, двум порчам, четырём подселенцам и одному злословию - да.
- Надо же, как ты меня уважаешь, - польщённо выдал мой заклятый напарничек...
Опыт доказывал: если неприятности заявились к тебе на порог, то нет никакого толка пытаться захлопнуть перед ними дверь. Все равно пролезут — хоть в окно, хоть в печную трубу.
Я смотрел, как она с закрытыми глазами ласкалась об мою руку. Руку, которая била её, ломала, руку, которая хотела уничтожить её.
Верить в величие своей нации, вопреки стереотипам, предрассудкам и чьим-либо доводам, – одновременно благословенье и проклятье. В первом случае, ты никогда не потеряешь веру в себя и свой народ. Во втором, твоя вера может ослепить, превратив в упрямца, не видящего слабых сторон.
Хотелось сказать – и что ты сделал, чтобы я тебя полюбила?
С другой стороны – и что я сделала, чтобы понравиться ему?
Для любви не нужны причины, но для ненависти они обычно есть.
Злорадство – чувство низкое, мерзкое и недостойное, но иногда такое приятное!
Осознавать себя неправым – тяжелое испытание для человека. Осознавать себя глупым – непосильное испытание для человека.
Счастье не бывает идеальным и вылизанным. Оно не дается просто так. Иногда мы боремся с обстоятельствами, с другими людьми или даже с собой. Главное, уметь выстоять и дотянуться до своей мечты
...самый простой способ сделать человека счастливым — это сделать ему хуже, а потом вернуть, как было.
Секс – древний, как мир, танец.
В личной жизни, как в морге - тишина, но иногда завозят новеньких.
Если что-то выглядит, как подлость, звучит как подлость — это и есть подлость... И каждая наша подлость — возвращается к нам втрое.
- Смотри.
Внезапно крыша над головой вдруг зарябила, а потом будто растаяла, открывая взору миллиарды звезд. Они мерцали и казались так близко, что Эмбер в какой-то момент показалось, что она сама одна из этих небесных светил.
- Как красиво, - выдохнула она.
- Впечатляет, верно? - он подошел и встал позади нее, обнял, прижимая к себе. - Когда-то мы стремились туда, строили ракеты, а потом… Я очень хочу попасть туда, Эмбер.
- Но ведь это опасно?
- Не опаснее, чем просто жить…
Ничего. Какое все-таки замечательное слово. Особенно, когда оно означает, что все дела можно отложить на потом. Просто валяться на мягком пушистом покрывале, смотреть на волны и разговаривать ни о чем.
За дверью гостиной она обнаружила широкую кровать. И поняла, что сейчас она отвяжется. Вот просто неистово и сладострастно. На все сто. Она даст сбыться еще одной мечте. Она ляжет и выспится. Во всех позах!
Люблю я еврейский народ. Пострадав от других, они отомстили со вкусом. И придумали отвечать вопросом на вопрос.
Дети - это прекрасно, особенно чужие и издали.