Цитаты
288572
– Эти дети плохо воспитаны. Им надо об этом сказать.
– Воспитаны плохо их родители, – тихонько сказал Диане Фирдаус. – Потому и дети так себя ведут. Родителей воспитывать поздно. А детей чужих воспитывать не только бесполезно, но и неправильно.
Приключения московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год, продолжаются. Павел Ивлев летом занимается совсем не тем, что планировал. Какой уж тут отдых… Главное, как всегда, разруливать сложные вопросы, помня, что люди важнее денег.
Жизнь – штука непредсказуемая. Идёшь себе мирно, а где-то уже Аннушка разлила масло.
Приключения московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год, продолжаются. Павел Ивлев летом занимается совсем не тем, что планировал. Какой уж тут отдых… Главное, как всегда, разруливать сложные вопросы, помня, что люди важнее денег.
Никто дважды не может пройти мост, не возвращаясь.
Гуляковский Е.Я. Долгий восход на Энне: Фантастический роман. / Послесловие И. Скачков. Худож. И. Айдаров. М.: Молодая гвардия, 1985. — (Библиотека советской фантастики). — 336 стр., 1р. 10 коп., 100 000 экз.
Роман писателя-фантаста, в котором читатель вновь встретится с героями его романа «Сезон туманов», отправившимися в необычную экспедицию на планету Энна и открывшими там необычные формы жизни. Издание рассчитано на массового читателя.
– Где тот добрый, мягкий банковский клерк, с которым я познакомился год назад? – вздохнул оперативник. – Такой славный был человек.
– Ой, вот только не надо! – засмеялся я. – Ты приехал сюда, чтобы уговорить меня отправиться с тобой убивать колдуна. До смерти. А он тоже немного человек. Ну, может, уже и не совсем, но все же! Двойные стандарты, Коль, двойные стандарты. Узнаю стиль работы «15-К».
Следом за зимой всегда приходит весна, радуя людей. Но для начинающего ведьмака Александра Смолина ее приход означает еще и то, что вот-вот в его жизни начнут происходить не очень-то веселые события. И, знаете, что? Предчувствия его не обманули!
лучше меньше да лучше
Следом за зимой всегда приходит весна, радуя людей. Но для начинающего ведьмака Александра Смолина ее приход означает еще и то, что вот-вот в его жизни начнут происходить не очень-то веселые события. И, знаете, что? Предчувствия его не обманули!
Эх, мне бы дрына… с дрыном я шуток не боюсь.
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
-Это от чистого сердца дар. И коль тяжко тебе будет просто принять его, то после отдаришься.
— Чем?
— А чем захочешь, — оскалился он, клыки показывая, и глаза этак ярко-ярко блеснули. — Я парень небалованный…
Ага, я так и поверила…
— …с меня и поцелуя доволи будет…
— А в лоб?
— Целовать в лоб? — Он нахмурился, а после рассмеялся. — Верно, ты, сударыня Зослава, не знаешь нашего обычая. В лоб мужчину лишь жена законная целовать может. Но ежели я тебе по нраву пришелся…
— Не целовать. — Я покачала головой: ишь чего удумали. Все-то у них не как у людей. — Дать в лоб. Могу. Дрыном.
Подумалось, что дрын мой остался у наставника.
— Или так… кулаком…
Кулак я ему показала. А что, знатный он у меня, мало меньше, чем у кузнеца нашего… мы с ним еще в том годе на кулачках мерились, так я победила.
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
« Жизнь это не поиск себя, жизнь это вообще, не поиск, жизнь это созидание.»
Мир после пандемии. Три молодые девушки пытаются выжить, найти своё место под солнцем. А ещё никто не отменял любовь. Как выжить, когда ничего, кроме работы за компьютером, делать не умеешь.
На самом деле человеку для счастья надо мало, просто нужно уметь видеть в мелочах моменты счастья, тогда и жизнь будет счастливой, не смотря ни на что.
Мир после пандемии. Три молодые девушки пытаются выжить, найти своё место под солнцем. А ещё никто не отменял любовь. Как выжить, когда ничего, кроме работы за компьютером, делать не умеешь.
Она и волосы перекрасила. Дорогущий артефакт для изменения цвета глаз использовала. И теперь журналистка была готова вцепиться в глотку жертве.
Вот же репордюка подколодная!
Жизнь бывает несправедливой, особенно к провинциалке в столице. И вот после стольких неудач я устроилась секретарём к таинственному Крису Хогеру, известному музыканту. Наконец-то мне повезло!
Только повезло ли?
Когда-то меня считали неудачником, а её – королевой школы. Я помню каждую её чёрточку. А она меня даже не узнала. Что ж. Теперь я – кумир и любимец публики, один из самых завидных холостяков империи. А она – никто.
Пришло время мести. Пьянящей мести.
Депрессия – как дно колодца. Вы смотрите на фигуры людей наверху и понимаете, что на поверхности по-прежнему есть мир, в котором вы привыкли жить.
Эр Джей Джейкобс – не только замечательный писатель, но и практикующий психолог. Когда дело касается раскрытия внутреннего мира персонажей, ему нет равных. С хирургической точностью он описывает маниакальные мысли, одержимость и горе – все то, что обычному человеку трудно выразить словами. Этот захватывающий и местами жуткий психологический триллер становится все страшнее с каждой страницей – настолько он правдив. После многолетних попыток взять под контроль свое биполярное расстройство Эмили...
Сейчас люди обычно не поднимают трубку. Звонок – это попытка навязать себя другому человеку. Теперь все просто набирают текст.
Эр Джей Джейкобс – не только замечательный писатель, но и практикующий психолог. Когда дело касается раскрытия внутреннего мира персонажей, ему нет равных. С хирургической точностью он описывает маниакальные мысли, одержимость и горе – все то, что обычному человеку трудно выразить словами. Этот захватывающий и местами жуткий психологический триллер становится все страшнее с каждой страницей – настолько он правдив. После многолетних попыток взять под контроль свое биполярное расстройство Эмили...
Память – интересная вещь. Она прискорбно неточна. Люди думают, что прекрасно улавливают все моменты, но это не так. Изображения исчезают и меняются со временем. Когда человек что-то вспоминает, он вспоминает последний раз, когда он это вспоминал, – копию копии. Тогда следующий раз – копия этого момента. С каждым разом копия становится все дальше от оригинала.
Эр Джей Джейкобс – не только замечательный писатель, но и практикующий психолог. Когда дело касается раскрытия внутреннего мира персонажей, ему нет равных. С хирургической точностью он описывает маниакальные мысли, одержимость и горе – все то, что обычному человеку трудно выразить словами. Этот захватывающий и местами жуткий психологический триллер становится все страшнее с каждой страницей – настолько он правдив. После многолетних попыток взять под контроль свое биполярное расстройство Эмили...
Апрель в этом году с амнезией — не помнит, что он как бы весенний месяц.
Ни одна женщина не устоит перед двумя соблазнами: затащить в брачные сети убежденного холостяка и перевоспитать «плохого мальчика».
Хирург с платиновыми руками Вадим Коновалов — два в одном. Циничный токсик и убежденный холостяк. И умница Инна Ласточкина совсем не в восторге от такого типа. Но он раз за разом словно искушает ее: «Давай, попробуй». Кто не рискует, тому не разбивают сердце. А собрать его заново может только человек с платиновыми руками.
Всегда найдется кто-то, кто будет смотреть с высокомерием. Из-за твоего пола, возраста, веса. Из-за профессии, взглядов, даже из-за цвета волос. Важно не заставить смотреть на себя как на равную всех подряд, важно окружить себя теми людьми, которые будут смотреть так, как ты этого хочешь.
Самый любимый, самый лучший. Единственный, родной. Выросли вместе, вместе построили дом. Любили друг друга. Вроде бы. Пока он не привел её, и не сказал: «это моя любимая женщина. И теперь она будет жить здесь».
И каждую ночь слышны их стоны. Ни шум дождя, ни вой ветра не может их перекричать.
***
Он хочет уйти, смирись. Отпускай.
Кто знает, каким станет мир.
И кто знает, каким станет он, когда его ничто не держит.
Жизнь скорым поездом проносится мимо, и её нельзя откладывать на потом...
— Не переживай, без угла не останешься. Этот дом, Даша придется продать… На многое не рассчитывай. Ты всю жизнь какие-то непонятные кружки в Доме творчества вела. Разве это работа? Так, курам на смех. Он с умным видом ходил по ковру, который она выбирала, топтался прямо в уличной обуви. Ковер Дарья год назад привезла из Турции. Ее подруга, с которой Богдан отпустил жену в восточные дали, вернулась с романом за плечами. Дарья с ковром. Да. — Повторюсь, Дарья, ты была хорошей женой и прекрасной...
Не нужно искать вчерашний день.
— Не переживай, без угла не останешься. Этот дом, Даша придется продать… На многое не рассчитывай. Ты всю жизнь какие-то непонятные кружки в Доме творчества вела. Разве это работа? Так, курам на смех. Он с умным видом ходил по ковру, который она выбирала, топтался прямо в уличной обуви. Ковер Дарья год назад привезла из Турции. Ее подруга, с которой Богдан отпустил жену в восточные дали, вернулась с романом за плечами. Дарья с ковром. Да. — Повторюсь, Дарья, ты была хорошей женой и прекрасной...
Мне понадобилось тридцать лет брака и мучительный развод, чтобы понять простую истину: счастье не в том, чтобы цепляться за прошлое, а в том, чтобы отпустить обиды и смело шагать в будущее.
— Я с тобой достаточно прожил, — муж опускает глаза на сцепленные перед собой руки. — Тридцать лет, — шепчу одними губами. — Да, — раздраженно подтверждает. На его лице вселенское недовольство. — У нас же дети и внуки, — пытаюсь воззвать к его благоразумию. — И только сейчас я понимаю, что по-настоящему полюбил, понимаешь? — сжимает кулаки и смотрит так, словно я должна проникнуться его признанием. — Я всегда тебя одного любила, — слова раздирают горло отравленными иглами. — А мне тебя...
Ну что, Григорий Олегович, вам конкурент появился. Следующий главный врач на подходе... Только вылезла, а уже смотрит на всех, как на дерьмо.
Ни одна женщина не устоит перед двумя соблазнами: затащить в брачные сети убежденного холостяка и перевоспитать «плохого мальчика».
Хирург с платиновыми руками Вадим Коновалов — два в одном. Циничный токсик и убежденный холостяк. И умница Инна Ласточкина совсем не в восторге от такого типа. Но он раз за разом словно искушает ее: «Давай, попробуй». Кто не рискует, тому не разбивают сердце. А собрать его заново может только человек с платиновыми руками.
Все оказалось просто, как дважды два: правильная женщина рядом делает мужчину лучше. С таким тылом можно весь мир завоевать.
— Папа! — указательный пальчик Костика взметнулся в сторону, глазастенький парень сразу узнал отца. Юля посмотрела в том направлении. Выпитый кофе стал отдавать прокисшим молоком. Сын все щебетал, выкрикивал: «Папа!», но тот его не слышал. У Лешика поинтересней занятие было. Всем торсом развернувшись к пассажирке рядом, он накручивал на палец рыжеватую прядь. Таким знакомым жестом, провел костяшками согнутой ладони по щеке женщины. Она, та другая, млела, опуская ресницы и загадочно улыбалась в...
Уставшей, вымотанной бабой с тысячей забот легче управлять, насаждать свои правила.
— Папа! — указательный пальчик Костика взметнулся в сторону, глазастенький парень сразу узнал отца. Юля посмотрела в том направлении. Выпитый кофе стал отдавать прокисшим молоком. Сын все щебетал, выкрикивал: «Папа!», но тот его не слышал. У Лешика поинтересней занятие было. Всем торсом развернувшись к пассажирке рядом, он накручивал на палец рыжеватую прядь. Таким знакомым жестом, провел костяшками согнутой ладони по щеке женщины. Она, та другая, млела, опуская ресницы и загадочно улыбалась в...
Да мало ли чего девке сущеглупой в боярских глазищах примерещиться может? От такого видения у меня и обережец есть, подкова махонькая, железная, дедом еще даренная. Он мне так и сказал: на, мол, Зося, носи. И как примерещится неладно, аль будет какой, особо мерещливый, зазывать куды, сулить цветочки-платочки и иные женские малые радости, то схвати подковку в кулачок, да и бей аккурат промеж глаз.
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
Не хочу такого в мужья… кто над слабым смеется, тот перед сильным сам шею гнет. А на что мне супруг гнутый?
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
— Репейным маслом натирай, — сказала я, в бороденку мизинчиком ткнув. Папенька мой, будь Божиня к нему милосердна, помнится, учил меня, что просто пальцем в живого человека тыкать — это неманерно. А ежели мизинчиком, то очень даже красиво выходит.
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...
Впрочем, горевала я недолго. Долго не умела.
Что делать, если в родном селе женихов достойных днем с огнем не найти, а замуж хочется? Ответ прост: предстоит Зославе дорога дальняя и дом казенный, сиречь Акадэмия, в коей весь свет царствия Росского собрался. Глядишь, и сыщется серед бояр да людей служивых тот, кто по сердцу придется внучке берендеевой. А коль и нет, то знания всяко лишними не будут, в Барсуках-то родных целительница хорошая надобна. Вот только приведет судьба Зославу не на целительский факультет, а на боевой, что девке...