Цитаты
286071
Если есть жизнь, то можно что-то изменить, рано или поздно. Только смерть никогда ничего не позволит сделать.
Филиппу заставили заменить брата. Неуклюжая, очень полная девушка попадает рядовым бойцом в войско могучего и грозного ашварси. Ей придётся многое преодолеть, чтобы просто выжить, найти любовь и стать счастливой.
ХЭ
Мы, мужчины, всегда думаем, что если женщина любит, то простит. Но если женщина любит, ни за что не простит.
Я — гадкий утёнок, и не удостоена чести носить фамилию влиятельной семьи Данилевских, к которой принадлежу. Детдомовка, ребенок с дефектом, равнодушно вышвырнутый после рождения. И негодная для разведения “породы”. Макс Данилевский — мажор, рождённый с золотой ложкой во рту. Безупречно красивый наследник. Но с дефектом в сердце. Подонок, каких поискать… Он предлагает мне фиктивный брак! Для меня это вход в семью и возможность раскрыть тайны своего рождения, для него — лишь способ покуражиться...
Если ты в свой шкаф положишь скелет такого плана, то каким бы замечательным мужем и отцом ты не был потом, как бы ее не любил и не берег, когда этот скелет выпадет, все обнулится. Все твои года охренительности превратятся в прах и обесценятся. Ничего не будет иметь значения, кроме этого скелета. Все нахрен! - устало качает головой. - А пострадают те, кого ты к тому времени будешь любить несоизмеримо больше, чем... все те истории, что стали скелетами. Твои дети. Думайте головой, пацаны, вы у меня уже взрослые. Не совершайте моих ошибок.
Я — гадкий утёнок, и не удостоена чести носить фамилию влиятельной семьи Данилевских, к которой принадлежу. Детдомовка, ребенок с дефектом, равнодушно вышвырнутый после рождения. И негодная для разведения “породы”. Макс Данилевский — мажор, рождённый с золотой ложкой во рту. Безупречно красивый наследник. Но с дефектом в сердце. Подонок, каких поискать… Он предлагает мне фиктивный брак! Для меня это вход в семью и возможность раскрыть тайны своего рождения, для него — лишь способ покуражиться...
Люди ненавидят тех, кто не позволяет им распускаться и наслаждаться пороками. Прими это как норму, не пытайся исправить и не будешь от этого страдать.
Я — гадкий утёнок, и не удостоена чести носить фамилию влиятельной семьи Данилевских, к которой принадлежу. Детдомовка, ребенок с дефектом, равнодушно вышвырнутый после рождения. И негодная для разведения “породы”. Макс Данилевский — мажор, рождённый с золотой ложкой во рту. Безупречно красивый наследник. Но с дефектом в сердце. Подонок, каких поискать… Он предлагает мне фиктивный брак! Для меня это вход в семью и возможность раскрыть тайны своего рождения, для него — лишь способ покуражиться...
А иногда время делает странную штуку — берёт и завивается колечком вокруг кого-то, замирает, даёт возможность объяснить что-то очень сложное и одновременно такое простое.
Как жить дальше женщине, когда вдруг выясняется, что любимый муж уже четыре года ей изменяет из-за того, что она стала для него привычной и скучной, а ему хотелось волшебной феи и чуда? Что именно Арине нужно сделать, чтобы удержать свою жизнь на плаву, не дать ей разбиться о чужие прихоти и желания? Её рецепт довольно прост — берётся она сама, плюс осень, дача, выброшенная кем-то кошка, прогнавшая её одиночество вместе с бессонницей, но минус муж, его родственники и лишние обязанности, которые...
... главный закон шей – чтобы они хорошо себя чувствовали, не рассаживайте по ним всех и вся, отразившая шеи в длину до размера жирафьих.
Как жить дальше женщине, когда вдруг выясняется, что любимый муж уже четыре года ей изменяет из-за того, что она стала для него привычной и скучной, а ему хотелось волшебной феи и чуда? Что именно Арине нужно сделать, чтобы удержать свою жизнь на плаву, не дать ей разбиться о чужие прихоти и желания? Её рецепт довольно прост — берётся она сама, плюс осень, дача, выброшенная кем-то кошка, прогнавшая её одиночество вместе с бессонницей, но минус муж, его родственники и лишние обязанности, которые...
В ссоре виноват тот, кто умнее.
Я — гадкий утёнок, и не удостоена чести носить фамилию влиятельной семьи Данилевских, к которой принадлежу. Детдомовка, ребенок с дефектом, равнодушно вышвырнутый после рождения. И негодная для разведения “породы”. Макс Данилевский — мажор, рождённый с золотой ложкой во рту. Безупречно красивый наследник. Но с дефектом в сердце. Подонок, каких поискать… Он предлагает мне фиктивный брак! Для меня это вход в семью и возможность раскрыть тайны своего рождения, для него — лишь способ покуражиться...
— Иногда пробудившиеся эмоции — это самый лучший дар для человека.
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...
— И что тебя впечатлило?
— Твои ступни, — честно признался он. — Мне кажется, они мне снятся каждую ночь.
Я расхохоталась.
— Нам женщинам хочется, чтобы вы восхищались нашим умом, а вас интересуют только ступни.
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...
Иногда нужно выбирать лучшее из худшего.
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...
Люди бывают такие разные… спокойные и тихие, как мягкий дождь, умиротворяющие и мирные, как свет лампы в любимом доме, взрывные и громкие, как мегафон в руках директора школы, упорные и несгибаемые, как маневровый тепловоз, а есть люди-фейерверки… Вокруг таких всегда какая-то шумиха, что-то взрывается, крутится, сверкает, блестит, вопит на разные голоса, а то и старательно отползает в сторону — когда понятно, что этот фейерверк, эта яркая шутиха не устаёт, не гаснет, и вообще, похоже, нашла вечный двигатель и приспособила его под свои нужды.
Как жить дальше женщине, когда вдруг выясняется, что любимый муж уже четыре года ей изменяет из-за того, что она стала для него привычной и скучной, а ему хотелось волшебной феи и чуда? Что именно Арине нужно сделать, чтобы удержать свою жизнь на плаву, не дать ей разбиться о чужие прихоти и желания? Её рецепт довольно прост — берётся она сама, плюс осень, дача, выброшенная кем-то кошка, прогнавшая её одиночество вместе с бессонницей, но минус муж, его родственники и лишние обязанности, которые...
«Многие не могут выйти из себя, потому что не в себе», — вспомнилась студенческая шутка.
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...
... любовь – это штука такая ценная, что прикладывать её к недостойным объектам попросту расточительно!
Как жить дальше женщине, когда вдруг выясняется, что любимый муж уже четыре года ей изменяет из-за того, что она стала для него привычной и скучной, а ему хотелось волшебной феи и чуда? Что именно Арине нужно сделать, чтобы удержать свою жизнь на плаву, не дать ей разбиться о чужие прихоти и желания? Её рецепт довольно прост — берётся она сама, плюс осень, дача, выброшенная кем-то кошка, прогнавшая её одиночество вместе с бессонницей, но минус муж, его родственники и лишние обязанности, которые...
Вы знаете с какой скоростью думает девушка, если ей надо делать ЭТО очень быстро?
Любой компьютер сварился бы от попытки мало того, что посчитать варианты событий, но ещё и представить в лицах все эти варианты, а также их далекоидущие последствия.
Как быть полковнику Потапову, если у него есть очень красивая дочь, за которой постоянно и весьма настойчиво пытаются ухлёстывать не очень-то подходящие мужчины? Михаил Иванович Потапов решил этот вопрос по-своему - завёл алабая Бука, ротвейлера Тополя, а потом выдрессировал их и кота Шарика на оказание активного сопротивления незваным гостям. А ещё он взял на вооружение формулу: «У меня есть красивая дочь, ружьё, лопата и алиби». А что делать его дочери, если она более чем уверена, что все...
Ненависть… как много в этом слове, не так ли? Она сжирает всё хорошее, оставляя после себя только смрад разложения и пустоту. Ненависть – это яд, разрушающий всё светлое, как сорняк, удушающий цветы; она цепляется за нас, не давая дышать, туманит разум, заставляя забыть о том, что когда-то было важно, кроме желания отомстить предателям.
Книга ВТОРАЯ
Роковой случай и вот я дочь опальной герцогини, бывшей фаворитки короля.
Мою мать казнили на моих глазах, а меня сослали куда подальше.
Я думала, что буду одна против всего мира, но находятся люди, готовые мне помочь и не потребовать ничего взамен.
Во мне проснулась древняя магия светлых, и теперь меня точно не оставят в покое… Потому нужно стать сильнее и суметь дать отпор всем врагам.
Семья – самое главное, что есть у нас. Бережное отношение к близким, помощь в трудную минуту – основы целостности души.
Книга ВТОРАЯ
Роковой случай и вот я дочь опальной герцогини, бывшей фаворитки короля.
Мою мать казнили на моих глазах, а меня сослали куда подальше.
Я думала, что буду одна против всего мира, но находятся люди, готовые мне помочь и не потребовать ничего взамен.
Во мне проснулась древняя магия светлых, и теперь меня точно не оставят в покое… Потому нужно стать сильнее и суметь дать отпор всем врагам.
– Вы не верите во Всевышнего? – кустистые брови подскочили вверх.
– Отчего же? Но разве для молитвы нужно идти в какое-то определённое место?
– Интересно, – склонив голову к плечу, Нолан посмотрел на меня испытующее.
– Вера – она ведь у каждого своя, и живёт не только в стенах подобных мест… Прежде всего она вот тут, в сердце.
Книга ВТОРАЯ
Роковой случай и вот я дочь опальной герцогини, бывшей фаворитки короля.
Мою мать казнили на моих глазах, а меня сослали куда подальше.
Я думала, что буду одна против всего мира, но находятся люди, готовые мне помочь и не потребовать ничего взамен.
Во мне проснулась древняя магия светлых, и теперь меня точно не оставят в покое… Потому нужно стать сильнее и суметь дать отпор всем врагам.
– Не возраст и не рост возвышает человека над землёй, – уже откровенно забавлялась я.
– Как метко сказано! А что же тогда? Интересно было бы вас послушать, – тёмная бровь Его Высочества вопросительно изогнулась.
– Дела, только они одни...
Книга ВТОРАЯ
Роковой случай и вот я дочь опальной герцогини, бывшей фаворитки короля.
Мою мать казнили на моих глазах, а меня сослали куда подальше.
Я думала, что буду одна против всего мира, но находятся люди, готовые мне помочь и не потребовать ничего взамен.
Во мне проснулась древняя магия светлых, и теперь меня точно не оставят в покое… Потому нужно стать сильнее и суметь дать отпор всем врагам.
- Закомплексованным подростком вы мне нравились больше, - пробормотала Тили, начиная рисовать у него на руках. - А тут брутальности где-то понахватались. Не иначе как по казармам тайком шлялись.
Шут без чувства юмора и маг, не владеющий магией. Юный король, у которого есть всё, кроме самого главного и его нахальная девица-шут, у которой ничего нет, кроме самого главного.
Бесхитростная история о любви и о том, что добро всегда побеждает.
-Эдуард, ты начинаешь меня пугать...
-Только начинаю? Черт, кажется я теряю сноровку...
Этот мир очень похож на наш. Те же континенты, те же страны, те же города и улицы. Но здесь всем желающим делают прививку от ликантропии, вампиры борются в Конгрессе за предоставление им гражданских прав, а чудовища из детских сказок реальны и от них не спрячешься под одеялом. Здесь живет и работает Анита Блейк, аниматор и истребитель вампиров. Ее ежедневная работа — воскрешение зомби, дабы они сделали то, что не успели закончить при жизни, и расследование сверхъестественных преступлений....
Да, для того, чтобы организовать заговор и совершить переворот, нужно обладать подходящим происхождением, преступным умом и влиятельными союзниками, сказал мне отец. Но без денег — всего перечисленного будет недостаточно.
В юности леди Эрилин Рейвен мечтала о том, о чем и положено мечтать леди: о балах, нарядах и удачном замужестве, которое случится, конечно же, по большой и светлой любви. Но косвенное участие почтенного виконта Рейвена в заговоре против короны поставило крест на всех этих мечтах, оставив его дочери выбор между двумя ролями: старой девы, мирно доживающей свой век за вышиванием и сплетнями, или жены торговца средней руки, из тех, кто мог бы польститься на ее титул и более чем скромное приданое....
Слова о любви не зависят от того, в каких обстоятельствах, в каком месте их произнесли. Эти слова сильнее всех обстоятельств и всех мест.
— Чего тебе, идиот?! — Открывай дверь! Открывать Булату не хотелось. Он так много дрался в юности, что сейчас предпочитал использовать любой шанс, чтобы этой драки избежать. Да и марать руки о пьянь не хотелось. Лучше позвонить на ресепшен, пусть служба безопасности отеля разбирается с этим героем. — Иди, проспись! — Булат предпринял последнюю попытку через дверь угомонить любителя горячительных. Попытку не оценили. Дверь содрогнулась от такого мощного удара, что вот еще чуть-чуть — и ее...
Сильные мужчины плохо переносят свою временную беспомощность. У них в такие моменты заметно портится характер.
— Чего тебе, идиот?! — Открывай дверь! Открывать Булату не хотелось. Он так много дрался в юности, что сейчас предпочитал использовать любой шанс, чтобы этой драки избежать. Да и марать руки о пьянь не хотелось. Лучше позвонить на ресепшен, пусть служба безопасности отеля разбирается с этим героем. — Иди, проспись! — Булат предпринял последнюю попытку через дверь угомонить любителя горячительных. Попытку не оценили. Дверь содрогнулась от такого мощного удара, что вот еще чуть-чуть — и ее...
Мы, женщины, обманываемся лишь тогда, когда хотим обмануться.
Придумываем игру с несуществующим героем своих грёз, а потом убеждаем себя, что он виноват во всех наших бедах.
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...
По лукавым искоркам в глазах я понял, что у тараканов в голове очередной праздник
— Это не ваши документы, — резко заявил он. Я не испугалась, нет. Меня уже было сложно в этой жизни напугать. Практикующий психиатр по воле судьбы оказавшийся в магическом мире — вот что страшно, а всё остальное вре́менные трудности. — А чьи? — насмешливо спросила я. Особо буйным только покажи слабость. — Элизы Преоки, — задумчиво протянул гад. — А я тогда кто? — тоном, с коим доктор Никифоров разговаривал с пациентами, когда те находились в острой форме параноидного психоза, спросила я. ...