Фаина Георгиевна, какое средство для похудения лучшее?
– Зависть.
Старость как песочные часы – как ни переворачивай, песок продолжает сыпаться.
У мужчин с возрастом все наоборот. В юности они считают себя страшно опытными и пресыщенными жизнью, в молодости – много испытавшими, а к старости вдруг начинают считать, что они молодцы и очень даже ничего…
Бабочкам повезло…
– Почему?
– Жрет, жрет, потом спит, спит, а когда проснется – красавица безо всяких диет.
Труд до того облагородил людей, что неблагородных вокруг не осталось, потому трудиться скоро совсем некому станет.
«Утро вечера мудренее».
– Тот, кто это придумал, не бывал на московских улицах утром в понедельник перед началом рабочего дня. Мудростью там и не пахнет…
. Вы ж, бабы, дуры, ежели не все, дак через одну точно. Все вам журавлей подавай, даром, что сама лягушка болотная.
– Фаина Георгиевна, о чем задумались?
– У меня закралось подозрение, что нынешние актеры во фразе «души прекрасные порывы» полагают, что «души» – это глагол.
У Пушкина были только гусиные перья, у нынешних бумагомарателей есть личные секретарши с пишущими машинками, а результат?
Как говорил один мой друг: «Я прав хотя бы потому, что у меня лучше удар поставлен. Потому что я старше. Потому что сильнее. Потому что ты мое продолжение, и растоптать тебе тебя я не позволю».
... не открывай ему (мужику) всей задницы. Покажи коленочку – этого с него хватит. Все остальное он придумает и вообразит сам. Главное, дай ему понять, что это он тут самый главный. Недаром же говорят, что мужик –голова, а жена –шея. Куда она повернет, туда он и пойдет…
-А так часто бывает, -вставил свои пять копеек Шерридар - Слабый в одном часто силен в другом. Один мастерит, другой критикует. И второй, как правило, занимает более высокое место. И часто случается, что не умеющий мастерить учит других, как это делать.
— У тебя паранойя, — Дикарь вышел в коридор. — Извините, вы говорите довольно громко.
— Что такое паранойя?
— Убежденность, что за тобой следят, чтобы убить. Болезнь такая.
— Это не болезнь. Это жизнь
— Женщины… — Карраго закатил глаза. — Пред вами вот-вот откроются тайны мироздания, а вам вода…
— Да что бы ты понимал! Тайны мироздания никуда не денутся, а у меня такое чувство, что волосы того и гляди вместе с головой отвалятся. Под весом грязи!
— Дорогая, с каких это пор ты стала столь ленива и нелюбопытна?
— С тех пор, как осознала, что, куда бы я ни пошла, меня везде пытаются сожрать. А значит, смысла ходить особо нет. Только умру уставшей…
— А ты будь воспитанной девочкой и не перебивай брата, — наставительно произнес Карраго. — Я очень люблю сказки…
— Вот выйду за тебя замуж и начну рассказывать. Каждый вечер… о том, что голова болит…
— Я целитель, дорогая. У моей жены голова болеть не будет.
Отдайся уже, женщина!
Жутко меня раздражает, когда мою дочь лапают и облизывают. Я ей вот ещё "вчера" косы плёл и в ванной купал. И она для меня всё ещё ребёнок. А он на неё как кот на сметану смотрит, взглядами своими восемнадцать плюс!
И вот тебе сорок пять, ты вдовец, дочь выросла и живёт отдельно. С нормальным пацаном, который вдруг неожиданно заменил собой все твои мужские функции. А ты остался не у дел. И прикладывать свои мужские функции тебе больше не к кому.
Кинчик по вечерам после службы смотришь все чаще в компании с коньяком. Потому что посторонние женщины в доме бесят.
И во вселенной твоей пусто и уныло как в пустыне Гоби. Осталась только работа.
И эпизодически - женщины. И чем эпизод короче, тем спокойнее ты себя чувствуешь. Потому что от конфетно-букетных периодов ты никакого романтизма давно не ловишь. Процесс скучен. Развязка понятна. А жениться ты больше не собираешься. Так как смысла в твоем возрасте в этом больше нет.
А куда же идти на ночь глядя? - Только в библиотеку.
По имени тебя может звать только тот, кому ты назвала свое имя
«У каждого есть дух, который нужно совершенствовать, тело, которое должно быть тренировано, и путь, который должен быть пройден»*
Морихэй Уэсиба, основатель Айкидо.
И вот тебе сорок пять, а кажется, что снова двадцать с гаком, жена, дети и вся жизнь впереди!
Мама меня даже к психоаналитику как-то сводила, когда я подросла, но мой подростковый бунт затянулся. Тот долго и нудно задавал мне глупые вопросы, показывал картинки, и получал от меня не менее абсурдные, но аргументированные ответы. В конце нашей встречи он посоветовал маме запастись успокоительным, но исключительно для себя. Мне же был вынесен диагноз «здорова», только с такой длинной заметкой о свойствах моего непростого характера, что я поленилась это всё даже дочитать.
- Конечно, не пьянь. Блин, бесстрашный путешественник по эмоциональному спектру посредством химических порталов в стеклянных сосудах…