Цитаты
286099
Нет некрасивых мужчин, есть мужчины не обаятельные.
Когда я поступила в Зеленую академию, то даже представить не могла, что успеваемость – это последнее, что станет меня волновать! Меня по-прежнему отказывается выпускать из рук ужасный Мистер Хан, а сбегать от него опасно для собственной жизни. Кто-то в Изумрудном городе убивает похожих на меня рыжих девушек, и боюсь это не совпадение…
– Чувствую себя добычей древних дикарей, которую волокут в пещеру, - пошутил он, когда я захлопнула дверь. – Что будешь делать: съешь или надругаешься?
– Древние люди не были людоедами, - хмыкнула я.
– О, так мне раздеваться?
Нелегко быть новичком в крепости, где все знают друг друга много лет. Если ты девушка, да еще и аристократка, - становится нелегко вдвойне. Я ощутила это сполна, когда приехала на обязательную практику и вместо интересных заданий, подходящих некроманту, получила только скучные дежурства и пренебрежение сослуживцев. Но однажды все изменилось. Убийство у сторожевой башни. Новый напарник с горстью тайн за пазухой. И я оказалась втянула в расследование, которое совсем не оставило места для...
– Вот что ты за женщина, Гельма, – обиделся он. – Ядовитая такая вся. Колючая.
– Как роза, – поэтично заявил Лексан.
– Да ну, какая она роза? Розы – они нежные, садовые. А Гельма – это… это…
– Чертополох, - негромко хмыкнул Вард
Нелегко быть новичком в крепости, где все знают друг друга много лет. Если ты девушка, да еще и аристократка, - становится нелегко вдвойне. Я ощутила это сполна, когда приехала на обязательную практику и вместо интересных заданий, подходящих некроманту, получила только скучные дежурства и пренебрежение сослуживцев. Но однажды все изменилось. Убийство у сторожевой башни. Новый напарник с горстью тайн за пазухой. И я оказалась втянула в расследование, которое совсем не оставило места для...
— Иногда бывает, что жизнь испытывает нас, сбивает с ног. Да так крепко приложит, что, кажется, и вовсе не встанешь: горе затмевает разум, превращает день в ночь. Но, как ни странно, пережитая боль помогает видеть отчетливее, а страдания непременно переплетаются со счастьем.
Осваиваться в чужом мире непросто. Уникальная сила двойной звезды мне пока неподвластна, бизнес рода Метельских дышит на ладан. Однако это не все серьезные проблемы. Надо как-то умудриться не попасть в зависимость от могущественных неприкасаемых родов. Еще и статусные женихи не дают прохода, а ревнивые студентки вредят далеко не по-детски. Со всем этим придется разбираться. Причем одновременно. Вот как тут не опустить руки? Но я не сдамся. Просто не могу иначе.
— Человек, не желающий вреда другому, не использует его для достижения личных целей.
Осваиваться в чужом мире непросто. Уникальная сила двойной звезды мне пока неподвластна, бизнес рода Метельских дышит на ладан. Однако это не все серьезные проблемы. Надо как-то умудриться не попасть в зависимость от могущественных неприкасаемых родов. Еще и статусные женихи не дают прохода, а ревнивые студентки вредят далеко не по-детски. Со всем этим придется разбираться. Причем одновременно. Вот как тут не опустить руки? Но я не сдамся. Просто не могу иначе.
Не зря богомолихи откусывают головы богомолам. Богомолихи знают о жизни больше, чем женщины. Надо сжирать своих партнеров, потому что потом они могут стать занозой в заднице.
— Я полюбил другую женщину, — говорит Виктор.
И я роняю ложку.
Звон.
А затем на пол летит и ведерко с мороженым.
Глухой стук. Дверца морозильника медленно покачивается.
— И я… — Виктор тяжело вздыхает, — я так больше не могу, Маш.
Дочери-тройняшки. Выстраданные и рожденные в любви. Дом — полная чаша. Годы борьбы за наше благополучие. Мне и мужу под сорок.
И он говорит, что полюбил другую.
— Как думаешь, создание инновационного белья для коров с целью повышения бычьей потенции может быть темой научной работы?
— Ну… — Бер почесал ручкой за ухом. — Если верить нашему декану, тема научной работы может быть любой. Главное, широта взглядов и глубина изысканий.
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
— А почему твой трактор на броневик смахивает.
— Ну… — Семен смутился. — Жизнь такая… никогда не знаешь, чего понадобится, трактор там аль броневик…
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
Протягивая руку помощи, не забудьте увернуться от пинка благодарности.
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
— Только я не пью… — на всякий случай предупредил он.
— Язва?
— Хуже… теща…
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
Самое болезненное место любого разумного – это его карман!
Почему все страшное настолько притягательно? Почему случайность становится тем камешком, который спускает лавину событий? Студентке Зеленой Академии Миямиль очень «повезло» феерически влипнуть. Она понравилась самому кошмарному кошмару Малахита – Мастеру Пытке. Что еще хуже – главный дознаватель страны не привык к отказам! Из-за настойчивого поклонника девушка оказывается втянута в водоворот тайн и расследований, который захлестывает Изумрудный город. Магический туман вытягивает души его...
Рейне пришлось хорошенько спрятаться, чтобы выйти на связь, но в стенах Френа-Маньяны тем вечером просто невозможно было уединиться. Поэтому он будто бы сидел в уютной плетёной беседке на яхте посреди океана, а на самом деле ощущал под собой треснувший ободок старого унитаза в бывшем женском крыле отделения шоковой терапии. Теперь всякий раз, когда Рейне пытался принять удобную позу, крышка за спиной дребезжала о сливной бачок. Эти звуки прорывались в эфир, создавая жалкое впечатление.
Завершающая часть цикла о Кайнорте Бритце. Опасность, исходящая от "Закрытого клуба для тех, кто" на снежной Зимаре, такова, что теперь даже автор рискует жизнью. В битве безумных охотников против ледяной хтони Эмбер и Каю предстоит сразиться по разные стороны, но рука об руку. За её дом, за его дом, за их общий дом. Но как быть, если паук и стрекоза связаны клятвой убить друг друга? Забыть, как оба умылись кровью, - невозможно, нельзя и неправильно. Чтобы выбраться из красных коридоров,...
В голове проскальзывает дикая мысль: вжать педаль газа до упора и сбить его. После сдать назад и проехаться по его трупу. А потом ещё раз. И ещё. И ещё.
— Я полюбил другую женщину, — говорит Виктор.
И я роняю ложку.
Звон.
А затем на пол летит и ведерко с мороженым.
Глухой стук. Дверца морозильника медленно покачивается.
— И я… — Виктор тяжело вздыхает, — я так больше не могу, Маш.
Дочери-тройняшки. Выстраданные и рожденные в любви. Дом — полная чаша. Годы борьбы за наше благополучие. Мне и мужу под сорок.
И он говорит, что полюбил другую.
Он так и не произнес ни слова, но его поведение важнее слов.
Когда-то Миранда Морган прошла через ад: Родина объявила ее предателем, от нее отказались собственные родители, а любимый мужчина погиб. По вине Морган был уничтожен целый город… Ее пытались убить, ее судили… и оправдали. А затем сделали народной героиней, символом возмездия. О трагической истории ее любви, словно в насмешку, даже сняли художественный фильм, и теперь во Вселенной нет ни одного человека, которому не было бы неизвестно имя Миранды Морган — ветерана Карамеданской войны, лучшего...
Как там говорят?.. Мои ожидания - только мои проблемы?
Начало походило на игру. Будоражащую, волнующую кровь. Мне нравилось, как он смотрит, когда мой парень обнимает и целует меня. Я упивалась его неравнодушием в эти моменты и лишь, когда он вошел в нашу спальню, поняла, что заигралась. Едва за Тёмой закрывается дверь, натягиваю одеяло до подбородка и безуспешно пытаюсь сделать вдох. Кислород выжигает в груди все живое. - Не ожидал от тебя, - звучит справа тихий низкий голос. Заставляю себя повернуть голову в ту сторону и упираюсь взглядом в...
Дом — это не только земля, здание, недвижимость. Дом — это прежде всего то место, куда хочется вернуться. Где тебя ждут, где тебе хорошо.
Родившись на самом дне, среди воров, насильников и убийц, трудно подняться наверх. Особенно, если ты слабая одинокая девушка, без особого обаяния и красоты, не имеющая ничего за душой, кроме умения петь и огромного желания вырваться из клетки.
И совсем плохо, когда на тебя устроил охоту кто-то могущественный и всесильный.
И только любимый человек стоит между тобой и смертью.
А я, что, похожа на идиотку, которая от одного козла не успела избавиться, а торопится второго завести?
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
Говорят, слезы очищают душу и смягчают сердце
– Ты что здесь забыл? – удивилась увидев второго наследника среди тех, кто собирался принять участие в отборе на роль моего жениха. – Я твой муж и имею полное право побороться за сердце собственной жены. – Заявляет, не отводя от меня взгляда. Так и знала, что те мои слова про избавление от козла мне еще аукнуться. – Жены? Что-то я свадьбы не припомню. И как на такие твои порывы отреагирует твой гарем? – сложила руки на груди, давая ему понять, что не впечетлена его заявлением. – А нет...
я никогда не стану ничего делать вопреки своим чувствам. Любовь не покупается и не продается. Она или есть, или ее нет.
Еще вчера я была завидной невестой, наследницей богатого рода. А сегодня меня предал жених, сделал так, что во мне пробудилась Древняя Кровь. Теперь меня ждет изгнание из страны и отлучение от рода, а там и смерть...
Но я, леди Эстель Этвор тар Кальнесс, и я ни за что не сдамся. Я должна выжить, чтобы отомстить и вернуть свое наследие. Даже если мне придется стать драконом, жрицей рода де Лавер, и, кажется, одной из невест тариана – будущего Владыки Драконов.
любви женщину может научить только мужчина. Как и мужчину только женщина.
Еще вчера я была завидной невестой, наследницей богатого рода. А сегодня меня предал жених, сделал так, что во мне пробудилась Древняя Кровь. Теперь меня ждет изгнание из страны и отлучение от рода, а там и смерть...
Но я, леди Эстель Этвор тар Кальнесс, и я ни за что не сдамся. Я должна выжить, чтобы отомстить и вернуть свое наследие. Даже если мне придется стать драконом, жрицей рода де Лавер, и, кажется, одной из невест тариана – будущего Владыки Драконов.
– Нет, – повторяю со скрытой темнотой улыбкой, – он вообще не такой…
– Ну да… все они сначала не такие, а потом выясняется, что еще хуже.
Начало походило на игру. Будоражащую, волнующую кровь. Мне нравилось, как он смотрит, когда мой парень обнимает и целует меня. Я упивалась его неравнодушием в эти моменты и лишь, когда он вошел в нашу спальню, поняла, что заигралась. Едва за Тёмой закрывается дверь, натягиваю одеяло до подбородка и безуспешно пытаюсь сделать вдох. Кислород выжигает в груди все живое. - Не ожидал от тебя, - звучит справа тихий низкий голос. Заставляю себя повернуть голову в ту сторону и упираюсь взглядом в...
— Слух пустим… так оно вернее будет. Объявлению не поверят, а вот слух… слухи — дело другое. Надежное.
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
— Ты ж сам говорил, что мне это понимать нужно… чаяния простого народа. А как их понять, если я этот простой народ издалека только и видел?
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
Машина… была.
Была машина.
Она даже как-то на джип походила. Отдаленно. Такой вот болотно-зеленый, миниатюрный и явно беспородный.
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...
— Я еще та трусиха…
— Не наговаривай, — Кошкин потянулся. — Думаешь, я не помню, как ты моего гувернера костерила… и слова-то такие подобрала… душевные.
Матушка покраснела.
— Нельзя бить детей, — сказала она строго. — Это… недопустимо. Я была в шоке, узнав, как он вообще…
— А потом еще и отцу досталось.
— Шок был долгим! — отрезала княгиня.
Книга 1 Мудростью своей Император разом избавился от двух проблем: излишка молодых магов, нарушающих тишину столичной жизни, и недостатка магов в провинции. И высочайшим указом повелел оным магам служением доказать свою полезность. Вот и выпало кому-то пожары торфяные гасить, кому-то - яблоневую плодожорку бороть, а кому-то повышать поголовье пингвинов на земле Франца-Иосифа. Ивану Кошкину и его верному товарищу Береславу Волотову выпала дорога в славный городок Подкозельск, некогда известный...