– Что бы не происходило, живи в настоящем моменте, тогда не будет никаких сожалений. Нет смысла терзать себя переживаниями о будущем и тем более о прошлом…
На самом деле, сейчас я понимаю, что была очень упряма, порой эгоцентрична в своих желаниях. Родители во многом мне потакали.
да, я не думала о последствиях и знать о них не хотела. Наивно верила, что родители меня поймут. Все меня поймут. Погладят по головке и простят. А потом разобиделась на весь мир, за то, что меня наказали…
«Взрослые – это те же дети, только без мечты стать взрослыми».
...жизненные обстоятельства меняют людей. Кого-то делают сильнее, кого-то ломают…
«Самый сильный ход в шахматах – это удар доской по башке».
Я поступила эгоистично, думая лишь о собственной эфемерной свободе. Но мне хотелось истинной любви, а не навязанной, не принуждения. И то, что я появилась на свет – не моя прихоть, то, что родители вырастили меня – не сделало меня их собственностью, не давало им права распоряжаться моей жизнью по своему разумению.
Ищи ошибку в самом себе, а не в других, это помогает лучше всего.
Очень хорошая трилогия. Всё понравились. Благодарю автора!!!
Если мы не в силах что -то изменить, то ждем, когда мимо нас проплывут трупы наших врагов. Но знаешь, что я тебе скажу Брук!
- Что, Шоур?!
-Когда наше терпение заканчивается, мы способны помочь некотором стать этими трупами!
Она часто говорила, что запах – это путь, что нужно идти тропою ароматов туда, где таятся древние знания. И верила, что эта тропа ведет путника к самой сердцевине собственного «я». Она думала, что все остальные чувства – обман: то, что ты видишь и слышишь, – эфемерно, даже вкус может тебя подвести, и только запах никогда не солжет. Она верила, что обоняние – самое древнее чувство, данное человеку.
Мужчина оскорбляет женщину, когда не может добиться желаемого.
Язык ароматов – особый язык, и в эту минуту мы с тобой на нем говорим. Запомни, Элена: аромат говорит тебе правду. Только он имеет значение. Ему ты никогда не сможешь солгать. Аромат – это я и ты, он – наша суть.
— Теперь ты королеува и можешь делать, что захочешь, — подал голос Василий. Его зеленые глаза сверкали, он с живым интересом следил за моими руками. — Хочешь — колдуй, хочешь — зелья вари, а хочешь — головы руби. Темная королеува, это вам не хвост собачий!
— Кто-то рвется к власти над моим миром, и мне это не нравится!
— Никому не нравится быть бывшим президентом, — ехидно усмехнулась я.
- И чем же ты меня удивишь?
Тут он засопел сердито.
- Знаешь... - губы поджал, даже смутился. - Я конечно, как там у вас в столицах да университетах, всяких чудес, не умею. Чем удивить? Я просто честно сильно тебя люблю.
— И что в этом сезоне модно в вашем мире, Анна? — никак не могла угомониться фаворитка князя.
— Мозги.
Он вздохнул тяжело.
- Прости, глупо вышло.
- Не то слово! - подтвердила я.
И он ещё тяжелее вздохнул.
- Понравилась ты мне, - сказал хрипло, немного виновато. - Решил приятное сделать.
...
Я...
Понравилась...
Вот дурак же!
— Хочешь, я тебя от него избавлю? — поинтересовался вкрадчиво фантомный князь.
— Ты думаешь, что ответить? — Арсийский спрятал меч и повернулся ко мне, пылая праведным возмущением. — Думаешь? Вместо того чтобы сразу сказать «нет»?
— Конечно, думаю! Такой шанс от тебя избавиться! Вдруг больше никто не предложит?
— Ведьма!
Ночью вы с любимым мужем, поневоле, оказываетесь в одной постели. Что ж, это, скорее, приятно. Вы прижимаетесь к нему.
- Перестань! Я устал, у меня болит голова, - стонет Муж.
- Тоже мне мадам Рекамье! И не стыдно тебе? Обычно в таких случаях на мигрень жалуются женщины.
Ваши ласки делаются более целенаправленными. Он крякает и отваживается на страстный поцелуй. Шепчет вам:
- Согласен заняться сексом, если ты не будешь потом храпеть!
... в один прекрасный день после долгого серьезного объяснения с глазу на глаз вы решили спать раздельно. Что, впрочем, не мешает вам... Ну, в общем, понятно...
Ваш Любимый Муж... храпит все громче и не дает вам спать (равно как и соседям сверху)... Не говоря уже о том, что его длинные ноги торчат из постели... и когда он ими - ножищами своими - шевелит, прохладный ветерок добирается до ваших зябких ягодиц.
Вы меня искали, лорд Криштоф? — я мило улыбнулась.
— Да! — он покосился на невозмутимо листающего бумаги Трентона «»
Хотел обсудить с вами, леди, вопрос… деликатный. Почти интимный.
— Мыло? — не отрываясь от бумаг, промурлыкал Трентон. — Только оно может быть — почти интимным. В зависимости от того,что им мыть.
Не говори любви "прощай".
... хорошо, чтобы у каждого кроме высшего образования было бы ещё начальное воспитание.