Книги по тегу «попаданцы в прошлое»
Умереть в 65 лет, будучи лучшим ювелиром-экспертом...
Очнуться в теле 17-летнего подмастерья?
Судьба любит злые шутки. Мой разум — это энциклопедия технологий XXI века, а руки помнят работу с микронами. Вокруг меня — мир примитивных инструментов и грубых методов. Для меня — море безграничных возможностей.
Умереть в 65 лет, будучи лучшим ювелиром-экспертом...
Очнуться в теле 17-летнего подмастерья?
Судьба любит злые шутки. Мой разум — это энциклопедия технологий XXI века, а руки помнят работу с микронами. Вокруг меня — мир примитивных инструментов и грубых методов. Для меня — море безграничных возможностей.
Заключительная книга серии.
Зачем пасечнику графство? Он был бы рад и небольшой пасеке. Пчёлки, природа, тот самый мёд опять же. Но с князем спорить трудно. Взмахнул пером, накатал указ - и всё, иди разгребать проблемы, которые старательно нагребала целая куча предшественников.
Проучил одних отморозков, а тут новые, в кафтанах и с саблями. Вот так попал в эпоху Смуты. Ветеран, прошедший Афган и две чеченские. С юга идут татары, вокруг столицы – поляки, шведы. Русские друг другу глотки грызут. На уроках истории и в фильмах показывали по верхам. На деле же здесь – клубок интриг, да не один, грязь, боль, кровь, смерть и прочие ужасы войны за престол. У меня важные письма из Москвы. Людей надо сплотить, врагу отпор дать, царя на трон посадить. Ведь это – моя...
После аварии попала в прошлое в тело миллионерши.Немолодой леди 52 лет, несчастной, нелюбимой и больной. Родственники и кредиторы жаждут поживиться деньгами бабушки, а молодой муж треплет нервы. Моя предшественница не выдержала такой жизни. Меня же автогонщицу с «железным» характером этим не напугать. Так что приступим, господа... ♥ Бытовое фэнтези, без магии ♥ Решительная героиня в теле немолодой дамы ♥ Отбор достойного кандидата в мужья бабушке ♥ Любимые дети и внуки ...
Что, если история Российской империи пошла бы иначе? Октябрь 1894 года. Кризис-менеджер из Новосибирска Кирилл Воронов: гениальный стратег, человек, привыкший спасать обречённые заводы и просчитывать ходы на десять лет вперёд, попадает в тело цесаревича Николая Александровича. До коронации две недели. Империя трещит по швам, казна пуста, а ближайшие родственники готовят регентский заговор. Но Кирилл это не тот Николай, которого помнит история. Вооружённый знанием будущего и холодным...
Удар молнии перенес уставшего от жизни Юрия Алексеевича в СССР 1969 года. Теперь он колхозник Юра, только что поступивший на филфак. Начинать вторую жизнь на картошке – то еще удовольствие, но разве это не стоит шанса прожить жизнь иначе? Шахматная секция работает по вторникам, четвергам и субботам.
Проучил одних отморозков, а тут новые, в кафтанах и с саблями. Вот так попал в эпоху Смуты. Ветеран, прошедший Афган и две чеченские. С юга идут татары, вокруг столицы – поляки, шведы. Русские друг другу глотки грызут. На уроках истории и в фильмах показывали по верхам. На деле же здесь – клубок интриг, да не один, грязь, боль, кровь, смерть и прочие ужасы войны за престол. У меня важные письма из Москвы. Людей надо сплотить, врагу отпор дать, царя на трон посадить. Ведь это – моя...
Вчера ты — акула правосудия в Петербурге. Человек, который знает, сколько стоит закон и как двигать фигуры на шахматной доске власти. Сегодня ты — тринадцатилетний Алёша Морозов. Сын нищего дворянина, который живет на чердаке старой мельницы и засыпает под урчание собственного голодного желудка. У тебя нет магии, нет системы и нет могущественных покровителей. Зато у тебя есть память о будущем, ледяной расчет и четкое понимание того, как устроена эта чертова Империя. Вокруг — Россия XIX века....
Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой — округ от Шилки до Камчатки,...
Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой — округ от Шилки до Камчатки,...
Создано с помощью нейросети. Весной девяносто шестого года советский генерал-лейтенант запаса Сергей Михайлович Лопатин засыпает в кресле над книгой о русско-японской войне — и просыпается приамурским генерал-губернатором Николаем Ивановичем Гродековым в Хабаровске второго мая тысяча девятисотого года. В голове — атеист, коммунист, ребёнок войны, потерявший отца под Курском и брата под Витебском. В теле — генерал от инфантерии, востоковед, наказной атаман трёх казачьих войск. Под рукой —...
Подполковник запаса Дмитрий Волков — ветеран Чечни, военный историк, ночной сторож в музее — не просил второго шанса. Но получил его: удар молнии, казачья шашка, темнота — и вот он уже в теле штабс-капитана Порт-Артурского гарнизона. На дворе сентябрь 1903-го. До войны с Японией — полгода. Он знает всё: когда ударят, где прорвут, кто предаст. Знает, что генерал Кондратенко погибнет, что Стессель сдаст крепость, что эта война станет первым гвоздём в гроб империи. Вот только знать и изменить —...
Порт-Артур не пал. Подполковник Волков, бывший десантник из две тысячи пятого, который второй год живёт в чужом теле, сумел изменить то, что в учебниках считалось необратимым. Кондратенко жив. Десять тысяч человек, которым полагалось умереть в крепости или попасть в плен, идут на север, в Маньчжурию. Но Маньчжурия — другое. Куропаткин колеблется. Каульбарс ошибается. Ренненкампф блестящ и бесполезен. А японцы готовят последний удар — обход, окружение, разгром. В подчинении Волкова —...
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Соня выросла с даром огня и умением читать чужие мысли, её учили использовать свои силы против Виктора — родового проклятия, которое терзало их семью. Встречи с Сашей приносят ей покой, но связь с Виктором оказывается иной: их тела и судьбы связаны, и вскоре Соня понимает, что он искал именно её — она...
ФИНАЛ Еще идут войны, еще льется кровь русская, но больше наших врагов, но уже виден рассвет. Военная реформа заканчивается, армия уже далеко не та, что была еще пятью годами ранее. Теперь грозная сила, предвосхитившая время, способная сделать такой задел для России, чтобы в будущем иметь меньше головной боли. Поля наши колосятся, и не только. Картошка, кукуруза... Нет такой страны, где бы столь много и системно использовали все возможности новых культур. Империя строится, империя...
Умереть в 65 лет, будучи лучшим ювелиром-экспертом...
Очнуться в теле 17-летнего подмастерья?
Судьба любит злые шутки. Мой разум — это энциклопедия технологий XXI века, а руки помнят работу с микронами. Вокруг меня — мир примитивных инструментов и грубых методов. Для меня — море безграничных возможностей.
Человек, у которого руки растут из нужного места, всегда находит себе дело. Но — один удар лопатой, взрыв старого снаряда. Иван Соболев приходит в себя в 1941 году, в дивизии народного ополчения у деревни Кутузово, во время боя. Теперь он Николай Петрович Шестаков, боец Красной армии. После ранения его признают годным к нестроевой службе и ставят руководителем фронтовой агитбригады. Вот только под его началом люди, которые давно списаны со сцены по разным причинам. Агитбригаду «Огонек» посылают...
Как сладок хруст французской булки, но слегка пропитанной бунтарским духом… Юный князь Борис Куракин всё-таки добрался на войну. Хоть и опасно, но рискнул. Он, конечно, хочет совершать подвиги, но разные взрослые стараются его оберегать. Но юному князю, как ни крути, не совсем везёт… Но свою лепту он всё-таки внесёт… Очередная попытка что-то сочинить на тему альтернативной истории. Лютые Марти Хью и Мэри Сью, и рояли в кустах! Черновик, и текст по мере сил и желания будет чиститься и...
Я очутился в прошлом — в теле умирающего государя. Ещё вчера я проводил аудит крупных компаний, а сегодня получил страну, которая пожирает сама себя. Вокруг — казнокрады, интриганы и те, кто мечтает изжить правителя со свету.
Но я выживу, сломаю старые порядки, проведу реформы и построю сильную империю. Ведь теперь я — Пётр Первый.
Вот только сначала нужно не дать себя добить.
Сергея Сашина, война застала в небольшом северном поселке Тикси, на самом краю материка. Увидев, как бывший командир войсковой части взял власть в свои руки, насаждая в городе свои порядки, и затягивая гайки всем местным жителям, но позволяя собственному сыну и его дружкам, делать что угодно в городке, который он счел своими владениями, Сергей, уходит в лес, где незадолго до войны он обнаружил оставшееся от какого-то охотника зимовье, решив, что охота и рыбалка помогут ему выжить в это непростое...
Вместо тихой смерти в настоящем — пробуждение в огне Великой Отечественной, в осаждённом нацистами Севастополе. Днём я беспомощный калека, прячущийся в тёмных подвалах от немецких патрулей. Но ночью...
Ночью я снова могу ходить, сражаться и мстить. Моя сила растёт с каждым убитым врагом. Но цена страшна: одна человеческая жизнь за одну ночь избавления от увечий. А на рассвете сила исчезает...
Проучил одних отморозков, а тут новые, в кафтанах и с саблями. Вот так попал в эпоху Смуты. Ветеран, прошедший Афган и две чеченские. С юга идут татары, вокруг столицы – поляки, шведы. Русские друг другу глотки грызут. На уроках истории и в фильмах показывали по верхам. На деле же здесь – клубок интриг, да не один, грязь, боль, кровь, смерть и прочие ужасы войны за престол. У меня важные письма из Москвы. Людей надо сплотить, врагу отпор дать, царя на трон посадить. Ведь это – моя...
Проучил одних отморозков, а тут новые, в кафтанах и с саблями. Вот так попал в эпоху Смуты. Ветеран, прошедший Афган и две чеченские. С юга идут татары, вокруг столицы – поляки, шведы. Русские друг другу глотки грызут. На уроках истории и в фильмах показывали по верхам. На деле же здесь – клубок интриг, да не один, грязь, боль, кровь, смерть и прочие ужасы войны за престол. У меня важные письма из Москвы. Людей надо сплотить, врагу отпор дать, царя на трон посадить. Ведь это – моя...