Все книги
Книга известного писателя-мариниста капитана 1 ранга Владимира Шигина посвящена личности адмирала Ф. Дубасова, которая сегодня мало что говорит читателю. Имя его было оболгано историками, которые видели в нем палача Красной Пресни. На самом же деле адмирал Дубасов является одним из выдающихся военно-морских деятелей в истории России. Свой Георгиевский крест он получил за бесстрашную атаку турецкого броненосца на Дунае. Именно он первым поднял Андреевский флаг в Порт-Артуре. Именно он обеспечил в...
В этой философской работе автор исследует природу человеческого мира, его материальную и духовную составляющую. Прогресс науки: куда он нас ведет? По какому пути пойти человеку: разрушения и варварства; или принимать к сведению голос природы, развитию истинно человеческого качества — нравственных норм, заложенных в нашей сущности?
Адаптация приоткрывает человеку новый мир совершенства и развития, но платой за этот прекрасный мир познания и его блага служит открытие темных и глубинных уголков сознания, где царствует мрак агрессии и хаоса. Совершенствуясь физиологически и духовно, мы краем разума опускаемся в пучину безумия и цинизма. Остановить эту темную и неведомую силу — не дано никому, ибо она древней каждого из нас, ее можно лишь пробудить. Человечество вошло в двадцать четвертый век, в котором отсутствуют...
Эта удивительная история рассказывает о двух мирах — зависящих друг от друга. Несмотря на то, что граждане этих миров не общаются и не видят друг друга, их объединяет чувства — они одинаково переживают радость и горе, несправедливость и страх, стойкость и предательство, героизм и подлость. Их уникальный симбиоз помогает им существовать. Два мира в одном — мир людей и мир клеток, из которых первые состоят. Одна беда пришла в эти миры, принося боль, страх и отчаяние. История рассказывает об...
В новую книгу сибирского писателя-фантаста А. Шалина включены: «В путах времени» — роман о приключениях земных разведчиков на далекой планете, о жителях этой планеты, об их интригах и тайнах; повесть «Бунт марионеток», в которой делается попытка сочетать фантастику с элементами детектива; короткие, веселые рассказы, относящиеся к жанру юмористической фантастики.
Когда-то давно, на чеченской войне, плечо к плечу сражались три друга, три спецназовца, три побратима – Игнатьев, Колтунов и Синицын. И вот восемнадцать лет спустя боевые друзья встречаются вновь. Да только повод очень печальный: от передоза наркотиков погиб сын Игнатьева. На похоронах бывшие спецназовцы клянутся отомстить за смерть парня и начинают жестокую охоту на местную наркомафию. Бывшие бойцы еще не знают, что щупальца криминального синдиката, торгующего наркотой, тянутся из УВД,...
Причины кожных заболеваний могут быть самые разные, подчас не зависящие от человека. Кожа подвергается активным внешним воздействиям, что может вызвать в ней аномальные изменения. Внутренние недуги и душевный дискомфорт также влияют на состояние кожи. Экзема и псориаз, детские диатезы и подростковая угревая сыпь, герпес и лишай… Со многими из них справиться не так сложно, как кажется на первый взгляд. В этой книге читатель найдет самую актуальную и полезную информацию: признаки кожных болезней...
«Дьяконов сын, семинарист, приехавший в село к родителям на каникулы, проснулся однажды в темную жаркую ночь от жестокого телесного возбуждения и, полежав, распалил себя еще больше воображением: днем, перед обедом, подсматривал из прибрежного лозняка над заводью речки, как приходили туда с работы девки и, сбрасывая с потных белых тел через голову рубашки, с шумом и хохотом, задирая лица, выгибая спины, кидались в горячо блестевшую воду; потом, не владея собой, встал, прокрался в темноте через...
Настоящая книга о сексуальной культуре военнослужащих – первое исследование гносеологических, аксеологических и методологических проблем социокультурного полового развития представителей данной социально-профессиональной общности. Выступая, по существу, частью социокультурной сексологии, это направление научных изысканий изучает сексуальную культуру в объеме структурных спецификаций определенного социального института.
Что может быть общего в смерти девятилетней девочки, ставшей случайной жертвой при разборках байкерских банд на улицах Монреаля, и останками подростка, погибшего много лет назад в Северной Каролине? Но время и расстояние вовсе не повод исключить вероятность связи между, казалось бы, несвязанными событиями. Во всяком случае, для такого знатока своего дела, как Темперанс Бреннан, которой за годы работы судебным антропологом приходилось повидать всякое. Романы Кэти Райх о Темперанс Бреннан стали...
В настоящий сборник вошли работы, раскрывающие новые грани таланта Джорджа Мартина: готический роман «Грезы Февра», а также рассказы, ставшие безусловной классикой жанра хоррор, написанные им задолго до истории противостояния знатных родов Вестероса.
Содержание:
Грезы Февра
Шесть серебряных пуль
Сборник рассказов:
• Только дети боятся темноты
• Человек с мясной фабрики
• Лечение мартышками
• Человек-в‑форме-груши
«…Не было тогда альпинистов, не было и той техники, с какою ныне мастера спорта штурмуют вертикальные утесы. Петр Телушкин – всего-навсего кровельщик! – понимал, что рискует головой, и прежде, чем лезть, кумекал – что и как? Внутри, оказывается, были стропила из дерева, а в самой обшивке шпица открывались наружу два люка-окошка, через которые можно выбраться на поверхность шпица. Но сам-то шпиц имел форму иглы, которая, чем выше, тем более сужалась, и там, на смертельной высоте, уже не было...
«…Пушкин соскочил с подоконника, но был он уже какой-то не такой, каким пришел сегодня к Демуту.
Провел он ладонью по лицу, словно смахивая нечаянную тоску, и протянул Нащокину свой опустевший бокал:
– Плесни мне, цыган! Если у вас осталось…
А над Петербургом плавилась ужасная жара. Над манежами и плацами висла белая мучнистая пыль. Вдали пересыпалась копытная дробь кавалерии, без песен ехавшей на Марсово поле…
И был самый разгар дня – дня 29 июня 1833 года…»
«…Сандуновский переулок, ныне уничтоженный, хранил семейную тайну Сандуновских бань, поныне процветающих. Загадка истории! Кому из них, мужу или жене, в лучшую пору их жизни пришла в голову такая мысль – вложить деньги в создание бань? Не будем гадать. Бани были оформлены комфортабельно, а чтобы с ними не возиться, супруги отдавали их в аренду купчихе Ломакиной. Эта серьезная дама, своей славы не имевшая, взяла от Сандуновых не только баню, но даже их фамилию, уже прославленную, почему и бани...
«…Остроградский сразу выявлял в аудитории двух-трех человек, будущих “Декартов” и “Пифагоров”, для них и читал лекции, остальных же именовал “казаками”, к познанию математики неспособными. Одному из таких “казаков” Михаил Васильевич поставил самый высший балл на экзамене. – Чему дивишься? – сказал он ему. – Ты в интегралах был неучем, таковым и помрешь, я это знаю. Но я ставлю тебе “двенадцать”, ибо твои идиотские рассуждения неожиданно навели меня на одну мысль, о какой мне самому никогда бы...
«…Время от времени оповещают нас о катастрофах в шахтах от взрывов рудничного газа, и я невольно вспоминаю Теодора Гротгуса. В летние сезоны пригородные электрички Риги переполнены приезжими, жаждущими исцеления на бальнеологических курортах, и я снова думаю о Гротгусе. Я слежу за падающей звездой – опять возникает Гротгус. Наконец, на улицах я вижу перекрашенных блондинок, пожелавших стать огненными брюнетками, и, черт побери, в моей памяти опять возрождается загадочный барон Теодор Гротгус… ...
«…Вот жил человек, любил, страдал, радовался и огорчался, о чем-то хлопотал, что-то делал, а… где же все это? Пожалуй, остался от него один храм в Париже, зато вот о нем самом – ни звука, будто и не было на свете этого человека…
Не знаю, как вам, читатель, а мне печально…»
«…На синих воротниках матросов Российского флота издавна три белые полоски – в знак побед при Гангуте, Чесме и Синопе. В 1770 году русская эскадра под кейзер-флагом Алексея Орлова заперла флот султана турецкого в Чесменской бухте…
С этого и начинается рассказ о лейтенанте Ильине…»
«…Шестерка вздыбленных лошадей, влекущих колесницу Победы над пропастью, стала для Клодта его первым и вдохновенным порывом к всемирной известности и широкой славе. Так знать лошадь, как изучил ее Клодт, не знал никто, он был способен точно и совершенно изобразить ее прекрасное тело в любом ракурсе, самом неожиданном, даже с точки зрения человека, попавшего под копыта в момент кавалерийской атаки…»
«…Дорожный тракт был всегда в оживлении, одни в Москву, иные в Питер ехали, – вот они и жили, кормясь с путников. Упаси Бог, не подумайте, что Лукин с Байковым проезжих грабили, – нет, они имели кормление с невообразимой гигантской лужи, которая (со времен царя Алексея Тишайшего) кисла и пузырилась как раз посреди тракта, давно закваканная лягушками. Так что, сами понимаете, все кареты или коляски прочно застревали посреди этой лужи, и, бывало, даже шестерка лошадей часами билась в грязи по...
«…Демидов рано стал почетным членом Академии наук, и в 1831 году, “желая содействовать к преуспеянию наук, словесности и промышленности”, он обязался при жизни своей и четверть века посмертно жервовать на премии по пять тысяч рублей писателям, историкам, экономистам, ученым или путешественникам, кои обогатили своими трудами кладезь народной мудрости. При этом он поставил условие, чтобы в соискании Демидовской премии сами академики не смели участвовать: – Знаю я эту публику… сам академик! Дай...
«…Я желал бы поведать вам здесь о Жукове то, что известно мне о нем, а более всего он известен своею любовью…
У нас как-то принято более рассуждать об идеологии декабристов, но любовь остается в стороне, словно довесок к буханке хлеба насущного. Может быть, именно по этой причине мы, идеологически очень крепко подкованные, небрежно отмахиваемся от большой любви – чистой, непорочной, лучезарной и возвышающей человека даже среди его немыслимых страданий…»
«…Грешен, люблю начинать с конца – с могилы героя.
Раскрываю второй том “Петербургского некрополя” и на 513-й странице нахожу искомого мною прохвоста. Вот он: Красовский Александр Иванович, тайный советник, председатель Комитета иностранной цензуры, 19 ноября 1857, на 77 году жизни…»
«…– Отец, – отвечал Вилли, – мне еще здорово повезло… Но французы так обнаглели, что завтра их можно ожидать даже в нашей тихой Альтоне… я должен бежать!
– Куда?
– Только в Россию, ибо только эта страна способна дать мне покой, только она может устрашить Наполеона…
Так Вильгельм Струве, сын альтонского учителя, оказался в России, где и стал называться Василием Яковлевичем.
В его судьбе еще ничего не было решено…»