Все книги
На предплечье у него татуировка: маленькое сердечко красным и синим. А ниже — полоска розовой кожи: тут стерли имя. И сейчас он занимается любовью с женщиной, которая хочет знать о нём всё…
«Жертва» — это мастерски написанная трогательная история, полная мистики и очарования; по словам Геймана, она более или менее правдива. Во всяком случае, рассказчик — «это во многом я, дом — это мой дом, кошки — мои кошки, а семья — моя семья. Черный кот был именно таким, каким я его описал».
У Саймона Пауэрса большая проблема: кажется, он где-то подхватил странное венерическое заболевание. И тогда Саймон решает обратиться за помощью к врачу…
Американец Бенджамин Лассистер путешествует по английскому побережью, когда неожиданно попадает в деревушку под названием Инсмут. В салуне он знакомится с двумя местными жителями, которые оказываются приспешниками Великого Ктулху.
История о молодом мальчишке, сбежавшем на корабле в море и нашедшем свою смерть, которую всю свою длинную жизнь оплакивает его мать.
Вы думаете, что клоуны существуют только в цирке? Вовсе нет. Они живут и среди нас. И так же, как и все остальные, они тоже хотят любить, и хоть иногда быть любимыми. Но любовь — это не игра…
Мэдди хочет сделать возвращение домой своей пары особенным. Беременная Джоси хочет снова соблазнить своего мужчину.
Решение для них обеих?
Празднование Дня святого Валентина в стиле «Ледяной планеты». Вас ждут поцелуи, откровенные наряды и пара незабываемых встреч.
Никто по-настоящему не верил, что его можно убить. Никто, кроме него самого. Никто не мог победить Германию в Великой Войне. По крайней мере, пока под их знамёнами сражался Syrimne d’Gaos, «Меч Богов». Телекинетик-видящий уничтожил тысячи врагов в одном сражении. Он пронёсся по Европе, оставляя за собой кровавый след из тел. Однако его хозяин на самом деле не служил Германии. Война была для него лишь инструментом, средством как можно быстрее уничтожить человечество. Он не успокоится, пока не...
Рождённая в кибер-мире. Преследуемая древним культом. Элли Тейлор живёт в мире, населённом видящими, второй расой, обнаруженной на Земле. Наделённые экстрасенсорными способностями, гиперсексуальные и порабощённые правительствами, корпорациями и богатыми людьми, видящие — экзотическое очарование для Элли, но она знает, что, скорее всего, никогда с ними не столкнётся, учитывая, насколько богатым нужно быть, чтобы приблизиться к ним. Затем у её парня намечается концерт группы в Нью-Йорке. В...
Я не просто не избежала судьбы — я сама бросила ей вызов, а теперь мы все оказались в беде. Я провела всю жизнь в бегах, лишь для того, чтобы узнать: то, от чего я убегала, было единственным, что мне нужно для выживания, — моя стая. Идеальный квинтет. Так было до тех пор, пока неожиданный дракон-оборотень не ворвался в мой мир и не изменил расстановку сил. Теперь я неразрывно связана с Тэлоном — пятым альфой, который к тому же находится под контролем жаждущего власти и жестокого оборотня. ...
Есть упоминание наркотиков.
---
Шестнадцать лет назад человечество вступило в Контакт.
С тех пор смерть перестала быть неизбежной. Технология омоложения вернула людям молодость, продлила жизнь на десятилетия и стала величайшим медицинским достижением в истории. Миллионы людей стоят в очередях за капсулами, правительства делят квоты, корпорации зарабатывают на бессмертии.
Но за шестнадцать лет человечество так и не поняло главного: зачем оно понадобилось тем, кто первым протянул руку.
Они думали, что знают тех, за кого вышли замуж, – но жестоко ошиблись. Закрученный детектив о семейных тайнах в духе «Незнакомцев в поезде» Хичкока и романов Пенелопы Дуглас. Они никогда не встречали друг друга. Но у них есть общий секрет… В спальне собственных апартаментов найден застреленным Эван Лоулер – влиятельный бизнесмен, примерный семьянин и человек с безупречной репутацией. На первый взгляд преступление выглядит очевидным: его жена Бет собиралась подать на развод, а незадолго до...
Садок, сын Хелкии, — Хранитель Ковчега из дома Садока. Наперсника он не носил ни дня: у него ключ от ларей связки и отцова книга о Молоте, которую он не правит. Родился он через месяц после того, как очистили Дом, и праздник очищения в его доме зовут его праздником. Из Египта приходят пять свитков Иасона из Кирены — о тех же днях, но рассказанных иначе: со всадниками в воздухе, с огнём, который пролежал на дне сухого колодца, с Ковчегом, спрятанным в горе, с именами тех, кто купил наперсник....
Симон, сын Онии, — первосвященник второго Дома и Хранитель Ковчега, которого в Доме давно нет. Связка отцов и наперсник с пустым сгибом у него в одних руках, и раз в год он входит за завесу, где лежит только скала, которую никто не клал. Что он там видит, знают его дом и Тот, Кого они зовут Господом. Царь Египта, разбив у Рафии войско Антиоха, приходит в Иерусалим с дарами, дивится порядку Дома и хочет войти туда, куда входит один. Город кричит, первосвященник молится лицом к Дому, положив...
Садоку, сыну Хелкии, Хранителю Ковчега, через месяц шестьдесят. Праздник очищения в его доме зовут его праздником: он старше Садока на месяц. В это утро во дворе Дома говорит учитель из Александрии — речью греков, без свитка, по памяти, и понимают его немногие. Учитель доказывает одно: благочестивый рассудок — владыка страстей. Доказывает Иосифом и Давидом, старым священником Елеазаром, семью братьями, которые отвечали царю одним голосом, и их матерью, у которой в руках было два камешка. Садок...
Дом сгорел, Ковчега нет, огней на краю больше нет. Иоседек, сын Сераии, Хранитель Ковчега, живёт в Вавилоне, у канала, в квартале уведённых. В первую же весну люди из дома казны приходят к воде и просят левитов: «Спойте нам из песен Сиона». Песни остались только в памяти старых певцов. Иоседек записывает их на воск, потом на глину: кто пел, когда, где и по какому случаю. Каждую песнь он сверяет с краями связки — какая была осень и сколько огней стояло тогда на краю. Дописать он не успевает....
Симон, сын Онии, — первосвященник второго Дома и Хранитель Ковчега, которого в Доме давно нет. Наши из Египта, только что вышедшие живыми из конского ристалища, просят у него одного: прислать им песни тех, кого Господь уже выводил из смерти, чтобы петь их в свои дни, вдали от Дома. Смерти у песен разные: море и колесницы, бесплодие, ночь, бездна, печь, болезнь, цепи. Симон ищет их в книгах Господина Командования, в связках отцов и провидцев и в голосе старого певца, который помнит то, чего нет...
Азарии, сыну Урии, Хранителю Ковчега, семьдесят два. Езекию похоронили, царём стал двенадцатилетний Манассия. Этим летом Азария в последний раз надевает наперсник: осенью он отдаст его Салому. Когда-то его предок Иодай годами растил в Доме мальчика-царя. У Азарии есть одно лето. Он собирает для Манассии наставления Соломона из трёх мест: с глины Ахимааса, сына Садока, из списков, которые выписали друзья Езекии, и у ворот, где старики повторяют их по памяти и спорят. Где три памяти не сходятся,...
Азария, сын Ахимааса, — Хранитель Ковчега. Четыре года он стоял в наперснике среди старейшин, которых в последние свои годы собирал царь Соломон, и слушал, как мудрейший из царей говорит, что всё — дым.
В дверях зала дым всесожжения стоял прямо, а на холмах вокруг города дымили высоты, поставленные для жён царя. Азария знал, для кого этот дым.
Теперь царь умер, связка у Азарии, и он записывает слова Собирателя: где они были сказаны, кому и при каких огнях.
Хелкия, сын Салома, великий священник и Хранитель Ковчега, шестьдесят пять осеней видел, как мигает огонь над Домом. С прошлой осени, с вечера, когда царь сам читал народу свиток, огонь горит ровно; эта весна — первая с ровным огнём. На столе у Хелкии две глины с одной песнью. На первой её записали на свадьбе царя Соломона. Вторую принесли зимой из снесённого Дома посвящённых: там ту же песнь пели иначе — для Инанны и её пастуха. Мальчиком Хелкия слышал её со стены двора, в осеннюю ночь счёта....
Ахимаас, сын Садока, — Хранитель Ковчега и бегун: дорогу он меряет шагами, время — вдохами. Зимой с южным караваном к Дому приходит старик из Фемана. С собой у него кожа — книга едомлян об их царе Иове. Семь вечеров старик читает её у жаровни, под навесом у ворот двора, где стоят чужие, и говорит медленно, чтобы Ахимаас успевал писать. В книге — Совет, где Противник спрашивает, даром ли Иов чтит Бога; четыре вестника; три царя, что семь дней молча сидят рядом с Иовом; голос из бури. Иов не...
Амарии, сыну Садока, Хранителю Ковчега, шестьдесят один. Огней на краю нет давно; в праздник шалашей он считает звёзды. В этот год умер царь, над народом села царица, и в город возвращаются книжники, ушедшие в Египет. Один из них, старик из дома молитвы в Александрии, приносит свиток на языке греков, где говорит царь Соломон. В Александрии спорят, его ли это слова. Шесть ночей старик читает свиток в шалаше на стене, внук держит светильник, а по утрам Амария кладёт услышанное рядом с глиной...
Мир всё ещё на грани. Вот только вовсе не иширы являются главной угрозой, а твари, лезущие из Разломов по всей империи, отрезанной от остального мира, а самое интересное, что я та – кто может всё это остановить. Так утверждает тот, кто забрал меня в плен и держит в своём замке, мечтая об истреблении людей, пока мои друзья где-то далеко, а мужчина, отдавший меня другому, чтобы спасти, сам в рабстве академии. Но я привыкла сама себя спасать, так что и этот раз исключением не станет. Останется...
Я погибла, спасая ученика, и очнулась в теле самой жестокой госпожи Империи — мира, где власть принадлежит женщинам. Теперь у меня пятеро рабов и тридцать дней до Испытания Дома. Здесь доброту считают слабостью, а слабую госпожу ждёт смерть, вместе с теми, кто ей принадлежит. Мои рабы готовы сделать всё, чтобы я выдержала Испытание. Вот только один из них смотрит на меня так, что я всё чаще забываю, кто здесь должен подчиняться. И только он знает правду: настоящая хозяйка этого тела умерла в...