Короткие любовные романы, Юмористическое фэнтези, Любовное фэнтези, Магическое фэнтези, Приключенческое фэнтези
Принцесса должна выглядеть хрупкой, как фарфоровая ваза. Непременно изящество форм и перламутр кожи, тонкая талия и полуулыбка, которую может смутить даже дуновение ветра. Но при этом никто не упоминает, что эта ваза способна при падении не только остаться целехонькой, но и пришибить собой парочку особо резвых воров, пытавшихся ее спереть. Зачем о таких мелочах упоминать в красивых легендах, где в конце «его сердце учащенно билось», а «ее грудь вздымалась» и «они оба ускакали в закат, чтобы...
Моя дочка попросила на Новый год у Деда Мороза папу. Я бы тоже была рада подарить себе мужа. Но пока мне попался только невоспитанный хам-сосед, который внезапно оказался моим новым боссом. Я незаслуженно обидела его, и теперь у нас скрытая война. Но когда меня начал донимать бывший муж, этот невозможный мужчина почему-то сразу протянул руку помощи. ****** — Вот и воспитывали бы сами! — произношу возмущенно. — А то вас от дивана или телека не оторвать. Детей только по ночам спящими видите....
— Во-первых, он мой начальник. А во-вторых, у него есть невеста! — возмущенно выпаливаю. — Сегодня есть, а завтра нет. Не зря он не спешит делать ей предложение. — Нет, — категорично заявляю. — Я пришла работать, а не обольщать без пяти минут женатого начальника. Я не рассказываю подруге главную причину, почему между мной и новым боссом не может ничего быть, хотя в его присутствии волнуется сердце и сбивается дыхание. Иван Макаров — пасынок моей родной матери, которая бросила меня в...
— Ты мне изменяла. Юра говорит тихо, но в голосе столько ненависти, что у меня по спине пробегает дрожь. — Что? — шепчу, не в силах поверить своим ушам. — Лев — не мой сын, - холодно бросает муж, размахивая бумагой с результатами анализов. — Убирайся из моего дома. *** Я осталась на улице с ребенком. Понятия не имею, какая муха укусила моего мужа, ведь я ему никогда не изменяла. Я обязательно ему докажу, что в анализе ошибка. Вот только разберусь со странным типом, к...
Старший опер ловил ночную бабочку, а поймал меня, которую позже назовет занозой в своем сердце.
Нашему семейному заведению угрожают закрытием, и мама просит помощи у своего бывшего одноклассника.
И кто бы мог подумать, что им окажется...
Тот самый.
Майор Шубин, который обещал не только защитить меня, но и согреть холодной осенью…
Лариса с насмешливым интересом смотрела на Диану. Валерий видел: она ждёт продолжения. — Диана, у тебя ровно тридцать секунд, — предупредил Валерий. Он был наготове на всякий случай. — Я Диана, — слегка поклонилась «гостья» Ларисе. — Бывшая жена Валерика. — Лариса, девушка Бонда, — улыбнулась Лариса. — Что? — вскинулась Диана. — Что? — подняла брови Лариса. — Валерик, тебя потянуло на крупные формы? — усмехнулась Диана. — Из одной крайности в другую? А как же Светлана Петровна, синий...
– Э... здравствуйте, мы тут, это…– выдавил, чувствуя, как голос звучит хрипло. – Это Грей. Он, похоже, вашу морковь... того... выкопал, ну и вот, за одно и нашел кое-кого. Женщина улыбнулась шире, и я вдруг понял, что мой план «успокоить нервы» только что дал трещину. Сердце стукнуло раз, другой, и где-то в глубине души мелькнула мысль: а может, друг был прав насчет дачных романов? И глядя на эту красивую женщину, я вдруг захотел поверить, что, может, не все потеряно. Может, этот дом, пес,...
– Аааа! – неожиданно раздается детский крик откуда-то сверху. Задрав голову, замечаю падающее тело. «Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку. У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью? – Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка. – Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я. Блин, как ее успокоить то? – Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос. – От мамы сбежала, –...
– Ма-а? – слышу очень печальный детский голосок. Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки. Замечает меня. Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются. – Ма-а? – Вообще мимо. Совсем не «ма-а», – качаю головой. Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы. – Пойдем,...
Для окружающих он — Бес, а для меня лучший друг Костя. Наглый, безбашенный, бабник и неисправимый холостяк. Однажды он помог мне, подобрал буквально с улицы и приютил, а я безумно в него влюбилась. Каждый раз, когда он с другой, моё сердце рвётся на части, но единственное, что я могу себе позволить — это дружбу с ним. — Ань, ты серьёзно? — шепчет Костя, склонившись надо мной. — Конечно, мне уже скоро двадцать пять, пора замуж. — Так ты выходишь замуж за него, потому что пора, или потому что...
Муж унизил меня и ушёл к другой. Плакать и убиваться? Нет уж! Не дождётся! *** – Здравствуйте, мне нужен мужчина, – говорю, заходя в бар. Вокруг одни мужчины, причём не самого цивилизованного вида. Оценивающе смотрят на меня, посмеиваются. – Да без проблем! Заходи, выбирай любого. Кроме Сени, он уже второй час валяется под столом, от него не будет толку. Бармен выходит из-за стойки и направляется ко мне. – Эй, дамочка! Это вообще-то приличное заведение... На этой фразе...
– Ах ты, кобелина! – со всей дури бью полотенцем его по спине. – Сестре моей изменять вздумал! Свинья ты, зятёк, свинья, как есть! Заприметила я зятя издалека, как он едва ли слюной не капал в декольте нашей продавщицы Клавы. И так как за измену должен отвечать изменщик, то ему и достаётся, когда Клава, игриво улыбнувшись, уходит. – Ты совсем больная?! Какой я тебе зятёк? – легко уворачивается. – Я тебя в первый раз в жизни вижу, женщина! – Совсем офонарел?! Какая я тебе женщина?! Он...
Правильно говорят: бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться. Вот и я мечтала о любящем муже и крепкой семье. Но не ожидала, что однажды стану избранницей орка, по незнанию приняв в дар из его рук еду. У орков же всё просто: выбрал женщину – хватай, защищай, корми да люби пожарче. Так что теперь мой новый дом – это степь, ночные пиры у костра и шатер со шкурами вместо уютной постели. Но как смириться с тем, что твой муж – зеленокожий варвар? Особенно если он огромен, суров и до...
— Я нагулялся, — заявляет бывший муж. Он стоит на пороге моей квартиры с чемоданом. — Что-что? — Нагулялся, говорю. Соскучился. Забудем обиды. Как ни в чем не бывало, бывший вваливается в мою квартиру и сатанеет, увидев на кухне молодого, спортивного красавчика. На нем из одежды — только мой кухонный фартук, а наглости — не занимать. — Что он здесь делает?! — звереет муж. — Проваливай! — Но это решать не тебе. Ты упустил свой шанс. Не знаю, куда спрятаться: меня...
Сильные пальцы сжались, слегка пережимая горло.
Страх заставил меня оцепенеть. Вытянуться струной под горячей ладонью.
Я непроизвольно выпрямилась. Подалась грудью вперед. Полностью вложила себя в руку хозяина города.
И кавказец это заметил.
– Он рассчитался тобой, Славная. А я эту плату принял. Теперь ты моя собственность.
Я всегда думал — нет ничего страшнее войны.
Ошибался.
Страшнее вынести женщину из огня и узнать в ней ту, которую любил больше жизни.
Увидеть рядом ребёнка от другого — будто нож в сердце.
Я готов был ненавидеть, но почему-то возвращаюсь.
И с каждым разом всё явственнее чувствую — за её молчаливой болью скрывается что-то важное.
Что-то, что заставляет усомниться во всём, во что я верил все эти годы…
- Ириш, у Сони нет проблем в садике? - Спасибо, Лёшик! Теперь нет. Как ты нас сюда перевёл, так сразу всё хорошо стало. Отношения в группе добрые и воспитательница приветливая. Да, Сонь? Скажи папе спасибо. - Папулечка я тебя лублу, - коверкая слова, призналась девчушка. - И я тебя, малышка, очень люблю. Ната слышала, как муж чмокнул дочь, и та рассмеялась. - Это что сейчас происходит? – терялась Ната, не имея силы встать. – Кто эта женщина? Кто эта девочка? У Лёши есть ещё одна семья?...
Когда-то Григорий стал моим первым мужчиной, а я любила его и мечтала провести рядом с ним всю свою жизнь, посвятить себя ему, родить от него детей... Однако у Горячева был свой взгляд на ситуацию, в соответствии с которым я стала лишь мелким эпизодом. Моя жизнь осталась при мне, оказалась невостребованной, и я распорядилась ею по-своему: решила доказать Грише, что он не прав...