Юмор
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра». В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое...
— Гостья?! — слышится возмущённое из-за приоткрытой двери, а я невольно вжимаю голову в плечи. — Ну не совсем, — тянет моя новая знакомая, но пояснить не успевает. — Очередная тупая подружка? Ты же только приехала. И откуда она взялась? — Не поверишь… С обочины и… я это… ну-у… — Лиза оправдывается всё тише, а мне хочется сбежать. — Только не говори, что ты сбила человека, — рокочет хозяин дома. Не выдержав, подскакиваю с дивана и направляюсь к выходу. Мало ли... Как он решит помочь своей...
— Лера, к этому давно всё шло! — К чему? К измене? — захлёбываясь слезами, кричала я. — К разводу! — жёстко припечатал муж. — Так сначала нужно было развестись, а потом спать с моей подругой! — Я не дождался. Секс с тобой это мука! — резал без ножа Майский. — А с ней у нас всё супер! Уж извини. — Поздравляю, — мой голос осип от боли. — Можешь к ней и идти. Это мой подарок тебе на день рождения. *** Мне изменил муж. Подло. Мерзко. Спасение я нашла в новом друге. Это собака, а не то что Вы...
У Лизы большие планы на новую жизнь. После тяжелого развода квартира на седьмом этаже кажется ей идеальным убежищем — местом, где наконец воцарятся спокойствие и умиротворение, а всё её внимание будет принадлежать сыну и любимому делу. Однако тихая гавань оказывается не такой уж безмятежной. Любопытные соседки, знающие всё и обо всех, не дают прохода, а новый сосед заставляет сердце биться в пугающем ритме.
Судовой журнал брига "Секрет" с алыми парусами.
Или реальные будни счастливой семьи с тремя детьми.
Жесть, треш, ржач и угар.
Людям с тонкой душевной организацией, моралистам и идеальным родителям НАСТОЯТЕЛЬНО НЕ рекомендуется.
Остальным предлагаю вместе посмеяться.
Почти 100% реал, но литературная обработка присутствует.
То есть все совпадения случайны и т.д.
Начала записывала для себя, чтобы потом перечитать и самой вспомнить.
За обложку огромное спасибо Ольге Турбич!
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра». В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое...
Андрей Рискин, являясь заместителем главного редактора «Независимой газеты», в душе по-прежнему ощущает себя на столько журналистом, сколько флотским офицером. И это ощущение не уходит с годами. Потому что служба на флоте – это на всю жизнь. В книге «На флоте менингитом не болеют, или Нептуна расстрелять, русалку – утопить» не только традиционные флотские байки, но и рассказ о подъеме атомохода «Курск» осенью 2001 года (во время этой уникальной операции автор был в Мурманске), версии гибели...
Лев Лукьянов — писатель-сатирик. Его повести-памфлеты посвящены злободневным вопросам международной политики. «Набат в Диньдоне» рассказывает о том, как группа дельцов маленького европейского городка продает американцам приморский участок, а вместе с ним и независимость своей страны. Сюжеты повестей-памфлетов Л. Лукьянова и их действующие лица — вымышлены. Но автор приводит читателя к верному выводу: рассказанные события могли вполне обернуться реальностью, если попустительствовать тем, кто...
Лейкин, Николай Александрович — русский писатель и журналист. Родился в купеческой семье. Учился в Петербургском немецком реформатском училище. Печататься начал в 1860 году. Сотрудничал в журналах «Библиотека для чтения», «Современник», «Отечественные записки», «Искра». В рассказах Лейкина получила отражение та самая «толстозадая» Россия, которая наиболее ярко представляет «век минувший» — оголтелую погоню за наживой и полную животность интересов, сверхъестественное невежество и изворотливое...
ПАМЯРКОТЫ это небольшие смешные, иронические, сатирические рассказы, в стихотворной форме. А с учетом белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (покладистости) я их называю – ПАМЯРКОТЫ. Пожалуй, вы слышали знаменитый, классический анекдот о белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (ПОКЛАДИСТОСТИ): «Во время оккупации, немецкий комендант собрал на городской площади все население и объявил, что завтра вас будут вешать. И чтобы обязательно все явились к 10-00 и без опозданий. И вдруг из толпы голос: «А веревки с собой...
ПАМЯРКОТЫ это небольшие смешные, иронические, сатирические рассказы, в стихотворной форме. А с учетом белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (покладистости) я их называю – ПАМЯРКОТЫ. Пожалуй, вы слышали знаменитый, классический анекдот о белорусской ПАМЯРКОВНОСТИ (ПОКЛАДИСТОСТИ): «Во время оккупации, немецкий комендант собрал на городской площади все население и объявил, что завтра вас будут вешать. И чтобы обязательно все явились к 10-00 и без опозданий. И вдруг из толпы голос: «А веревки с собой...
«Привет, улыбчивая незнакомка, я наконец нашел тебя.» Меня вполне устраивала моя размеренная и скучная, по мнению подруг, жизнь, и я не собиралась искать себе парня, но очередной вечер-слез с подругами закончился идиотски-заманчивым спором, от которого теперь не сбежать. И если хочу выиграть, то мне придется найти себе пару на сайте знакомств, а еще убедить всех, что он нормальный. Но как это сделать, если пишут одни чудики, а самый главный из них еще и преследует на каждом свидании? И что...
Собрание сочинений в пяти томах, том 3
Из послесловия: ...Веселые, с мягким юмором и добрым отношением к жизни, комедии Софронова наполнены искренней радостью жизни и простотой чувств героев, их нравственной чистотой... Вл.Пименов
Он пришел ночью в мой дом. Опасный бандит, холодный и безжалостный. Сделал предложение, от которого, по его мнению, не отказываются. Схватившись за чугунный утюг, я отказалась. В неравной схватке, победил утюг. Сохранив невинность, я лишила бандита памяти. По-хорошему, Хасана следовало бы сдать в полицию, но я тут подумала, пригодится в деревне крепкий мужик… Кого-то сводит судьба, а кого-то старинный чугунный утюг… А вот что со мной случится, когда к нему вернется память... Вы...
Девять ночей на море с любимым мужчиной – мечта, которая вот–вот исполнится. В смысле он не может лететь?
Ах так! Тогда мечту будет исполнять другой мужчина – красавец–сосед из самолета.
***
# изменщик и изменщица
# красавчик и красавица
# месть преданной жены
Спорим, я смогу взять интервью у самого неуловимого человека, чья скандальная репутация будоражит многих? Тот, кто оставил все ради своих целей.
Спорим, я сделаю это?
Спорим, при этом меня не сожрет лев?
Надеюсь…
Ева хочет написать статью. Идей нет. Она хочет отношений – нет парня. Катастрофа. Зато есть письма от неизвестного мужчины к ее коллеге. Той самой, что умерла при загадочных обстоятельствах. Ева решила это использовать. Разгадать тайну смерти и написать статью. Но друзья и близкие против этого. Особенно следователь. Говорит, что это опасно для жизни. Но запреты не для нее. Она всегда добивается того, что хочет. А вдруг это дело поможет ей не только написать статью, но и найти свою...
Драки, соревнования, вражда, любовь, ненависть, предательства, измены и деньги – вот, что получили они, записавшись в клуб «Черный Дракон». Но неужели это все лишь мишура, скрывающая поистине гениальную игру?
— Ника, это мои дети? — прорычал босс, схватив меня за руку. — Какие дети? — приподняла бровь, уточняя. — Те, с которыми я тебя видел, — уточнил Никита, он же бывший. — С чего ты взял, что дети твои? — холодно спросила. — У меня есть глаза, — рыкнул босс. — А, ну раз есть, тогда плати алименты, — выдала я. — Узнаю меркантильную дрянь, — снова прорычал Никита. — Ни копейки не дам, пока не получу доказательств. — А раз хочешь доказательств, тогда дети не твои, — фыркнула я и...