Проза здесь перед нами, конечно, короткая. Но ярости хватит на несколько романов. Что именно описывает Берроуз, против чего протестует - не столь важно. Важно прямое действие, кривая логика и кривая речь. Настоящий революционер всегда по обе стороны баррикад и главный его враг - тот, кто с белым флагом. В "Здесь Ах Пуч" перед нами - смерть майя, в "Аллее Торнадо" - убийство американской мечты. За все. И за все хорошее в том числе: "...благодарю за индейцев, не очень строптивых, не очень опасных,...
Небольшое поэтическо-философское размышление… О смысле жизни… О жизненных ценностях и приоритетах… Да и вообще… Простой, дружеский разговор с читателем (зрителем)…
Где же ты можешь увидеть Собаку-Поводыря? В окружающих людях? В отце? В матери? В зеркале? А может все-таки Собака-Поводырь — это просто собака, раскрывающая глаза слепому человеку?
Интересна судьба чукотского юноши Ринтына. Суровое детство в дымной яранге при свете жирника. Знакомство по книгам с большим миром рождает мечту об университете. Нелегок путь к осуществлению заветной цели "чукотского Ломоносова", как шутя назвал Ринтына капитан одного судна. Но он неутомимо стремится к ней. Преодолевая всякие трудности и испытания, Ринтын оказывается в городе Ленина, "к которому издалека, за десять с лишним тысяч километров, тянулось сердце чукотского юноши". В книге "Время...
В свои 33 года Соня написала много рассказов, которые тянут на книгу, наконец собранную и изданную. Соня пишет о «дне», что для русской литературы, не ново. Новое, скорее, в том, что «дно» для Купряшиной в нас самих, и оно-то бездонно. Соня выворачивает наизнанку интеллигентные представления о моральных ценностях не ради эпатажного наезда на читателя, а потому, что сложившиеся стереотипы ей кажутся мерзкой фальшью.
«Парадоксия: дневник хищницы» Лидии Ланч — это откровение, признание женщины в своей ненасытной тяге к самовыражению, которое проходит через слово, художественный образ. Книга пронизана одержимостью, стремлением проникнуть в самую суть вещей, открыть некую истину и тут же, без колебаний, представить ее на всеобщее обозрение, невзирая на то, что эта истина безобразна и разрушительна. Потому что Лидия Ланч работает с тем, что она знает лучше всего. Ее материал — это она сама.
Автору было 12 лет, когда она стала принимать наркотики. Днем ходила в школу, вечером продавала себя, чтобы купить зелье. Школу она все-таки закончила, училась на продавщицу в книжном магазине. Когда вышла ее книжка «Мы дети вокзала Цоо», Кристина быстро превратилась в звезду кино и телевидения, стала завсегдатаем разнообразных ток-шоу.
Сейчас ей тридцать девять. Книга имеет огромный успех, переведена на многие языки; ее тираж в Германии перевалил за три миллиона.
''Деньги, всякие интриги, семейные неурядицы, невозможность любви, неизбежность смерти". Если у человека нет особых проблем, он должен себе их создать. Так мог бы звучать лозунг Фредерика Бегбедера денди и сноба, профессионального рекламщика, горячего сторонника коммунистов, писателя. Кроме того, он – один из тех пятисот избранных, без которых немыслима ночная жизнь Парижа. «Рассказики под экстази» рисуют картину общества, обреченного (по мнению автора) на гибель, что не помешает этому...
«То, что автобиографии футбольных хулиганов стали очень популярны, доказывает, что лицо футбольного насилия стремительно меняется. И чем дальше, тем быстрее развивается культура хулиганизма сегодняшнего. И чем дальше, тем более захватывающим это становится для участников. Соблазн стать членом „фирмы“ заставляет людей совершать все более жестокие поступки, в результате „фирмы“ растут, и полиции требуется все больше усилий, чтобы нейтрализовать их. Чем больше полиции, чем опаснее игра, тем...
Банда социально амбициозных скинхедов устраивает беспорядки в лондонском арт-мире, интригами провоцируя возрождение и жестокую гибель эфемерного авангардного арт-движения. Потакая массовому читателю, «Медленная Смерть» использует непристойности, чёрный юмор и повторения во имя иронической деконструкции. Животный секс всегда нагляден, а традиционные представления о литературном вкусе и глубине отброшены ради греховной эстетики, вдохновлённой столь разными авторами, как Гомер, де Сад, Клаус...
Четверо сирот, в числе которых страдающий нервными тиками Лайонел Эссрог, слепо преданы своему покровителю Фрэнку Минне, вытащившему их из приюта, чтобы сделать `своими парнями`. Они готовы выполнить любое его поручение, чем, собственно, и занимаются под крышей то ли транспортного, то ли детективного агентства. Но в один черный день Фрэнка убивают, и Лайонелу приходится стать настоящим детективом, расследующим преступление.
"Козлоногий Бог" - один из самых амбициозных романов Дион Форчун, описывающий духовное пробуждение Хью Пастона, богатого, занудливого, скучного и отчаянно несчастного человека. После смерти своей жены в автокатастрофе с любовником Хью Пастон безутешно бродит по захудалому книжному магазину, где фраза из подержанной книги и, по-видимому, случайная встреча с владельцем приводят его к поиску истинного смысла Великого Бога Пана. Это путешествие, которое приводит его в болезненный контакт с Моной,...
Вэтом сборнике собраны стихи, проза и мысли в слух объединённые темой войны, как в широком так и в узком смысле. Автор своими словами не призывает ни каким действиям, кроме как разве что задуматься, а просто делится мыслями посетившими его больное воображение и не менее больной разум.PS некоторые ошибки являются частью художественной задумки.
Содержит нецензурную брань.
В сборник вошло одиннадцать рассказов, которые исследуют разные грани женской сексуальности. Писательницы говорят о детских переживаниях, адюльтере, сексе в браке и сексе вне брака, о сексе с мужчинами, женщинами и ангелами, о поиске секса и отсутствии секса. От рассказа к рассказу секс — это то, что приносит радость и то, что приносит боль, это способ сближения и причина для отдаления. Секс — это часть нашей жизни, о которой мы хотим поговорить. Идея сборника принадлежит курсам и сообществу...
Открывающая часть работ о Сторонах и Виртуальности мира "Эльфийской кулинарии", "Коммунмаркетполиса" и "Беспредельного тупняка". Гармоничный синкретизм, вытекающий в структуру сюрреалистичного городского фэнтези, в синтезе затрагиваемых авторским слогом вопросов о ценности воображаемого, что в конечном итоге сами найдут в себе самоцель истории Громосвета, запустившего неостановимый механизм деконструкции дорогих ему Миров.
Оставшись наедине с собой автор пытается найти истоки обрушившегося на него одиночества — следствия череды неправильных романтических отношений с ранней юности до поздней зрелости. В поисках причин автор анализирует отношения в семье, особенно отношения с матерью и братом, которого в школьные годы совратила учительница. Послужили ли связи брата толчком к череде ненужных романов младшей сестры? Права ли была мать в своей борьбе против связей своих детей?
В 2009 году я начал вести дневниковые записи. Первоначально это были скетчи, которые со временем переросли в небольшие рассказы. Если говорить о жанровой принадлежности, то это мемуары, написанные в форме юмористических и сатирических историй, эссе, рассуждений, нелепостей и абсурда. Книга вмещает в себя пока около 90 небольших произведений и будет делиться на множество томов. Сколько их будет в результате, пока неизвестно. Поэтому могу сказать только одно: начало книги мной положено, а о точных...
Лейла – востребованный экспат, человек мира и свободная душа. А может, «безродная космополитка» XXI века, которая бесцельно блуждает по странам, переживает из-за чужих предрассудков и теряет связь с реальностью. Мир вокруг движется ко все большему абсурду, пока героиня вовсе не оказывается запертой в клинике посреди пустыни, где ставят под вопрос любые ее высказывания и учат «быть нормальной». Только как быть, если все теперь – нонсенс и часто переходит грани допустимого? Примет героиня свою...
Свет, камера, мотор! Женя – заботливая дочь, студентка, будущий учитель… и актриса фильмов для взрослых. В объективе, под светом софитов, картинка прилизана и красива. Это смотрят миллионы. Изнанка, о которой не принято говорить, совсем другая. Грязь, боль и личные трагедии, сплетаются здесь в причудливый клубок сценарных троп. Это никто не видит. Только люди за кадром. Такие, как Женя. Камера. Стоп! Снято! Исповедь актрисы фильмов для взрослых. История о том, что вырезают на монтажном...
Насилие на футбольных стадионах не прекращается. В чем его причины? В чем суть этого явления, поразившего старую добрую Англию? «Марш хулиганов» — попытка знаменитого автора охватить всю историю развития хулиганизма в Британии, показать его истоки, проследить влияние на остальные страны, в которых футбол давным-давно превратился в фетиш.
В рекламном бизнесе совесть — понятие устаревшее. А уж чтобы провести успешную кампанию очередного моющего средства — и вовсе все средства хороши. Участие в ролике настоящей уличной банды? Великолепно! Настоящее, реальное избиение в кадре? Гениально! Потому что цель оправдывает средства. Потому что победителей не судят!
Представленные в сборнике произведения, при всей кажущейся их разноплановости, объединены одним: все герои находятся в добровольной или вынужденной изоляции от общества. Но они отделены не только от мира, но и разделены в душе своей — и старый алкоголик Михалыч, и обитатель районного городского кладбища вампир-неудачник Семен Петрович, и некрофил-романтик, и загнанный безжалостными охотничьими облавами в нору наивный философ-заяц… Они живут в мирах, которые поражены одиночеством, словно...
«Сучка!» — страшным голосом закричал пьяница. И девочка-подросток Сандра превратилась в собаку. Суку по кличке Леди. И у нее появилась возможность не только взглянуть на себя, своих близких и отношения с ними со стороны, но и увидеть мир людей из перспективы, которая хоть и может показаться странной, но зато откроет глаза на многие секреты ее жизни. И потом, побыть собакой, поохотиться на кошек, сравнить радость от человеческого и животного секса, — кто откажется от этого? Только что она...
Кто-то спился, кто-то – сторчался, кто-то просто вырос и продался истеблишменту. История поколения Х закончена. Настали «нулевые» – время Поколения А. Новая Зеландия. Франция. Канада. Шри-Ланка. Средний Запад США. Людей поколения А все больше. Пока что их можно не замечать, игнорировать, не принимать всерьез. Но они… изменят мир, и это только – вопрос времени. Вопрос только, – хочет ли мир, чтоб Поколение А его изменяло?