Драма
Начало декабря 1998 года.Магический мир Великобритании наконец-то свободен от войны. Вот только никто не подозревает, что гоблины и домовые эльфы, объединив усилия, совершили незаметный переворот, и власть находится в их руках. Драко, вместе с семьей выброшенный за пределы Купола, отчаянно хочет вернуть все на свои места, и для этого ему нужна помощь Гермионы. Маленький Брат следит за тобой в мире магической антиутопии.
Пятнадцатое июля тысяча девяносто девятого года. Юный оруженосец из Булони встречает свою судьбу на одной из узких улочек святого града Иерусалима.
После Авады Волдеморта и очередного путешествия на тот свет Поттер очнулся сильно не в себе и сбежал в поисках кого-нибудь, кто сможет довершить то, чего не смог сделать Тёмный Лорд. В Запретном Лесу он встречает себе товарища по несчастью, который желает того же. Казалось бы — убить друг друга, и все дела, но это оказывается не так просто — она не может, а он не хочет. В поисках фатальных приключений они отправляются по свету...
В последней сцене в кабинете директора не было портрета Снейпа. Это случайно или преднамеренно? Роулинг: Намеренно. Снейп фактически покинул директорский пост перед смертью, поэтому не заслужил быть включенным в августейшее общество. Тем не менее, мне нравится думать, что Гарри поспособствует тому, чтобы со временем портрет Снейпа там появился.
– Так закон для тебя – пустой звук, Антонин? – Риддл внимательно смотрел на него, не мигая. – И законы совести для тебя ничего не значат? – Совесть – не бог, – сухо отрезал Долохов. – Она живет по тем правилам, которые мы сами для нее устанавливаем. – А твоя совесть… По каким правилам живет твоя совесть?
Гермиону Грейнджер, ведущего колдомедика Св. Мунго, специализирующегося на ментальных заклятиях и психосоматических проблемах, просят «посмотреть» очень необычного пациента. Сможет ли она помочь человеку, который искренне верит в то, что для такого, как он, спасения быть не может?
Спустя десять лет я возвращаюсь в родной город Мортимор на похороны своего лучшего друга. По официальной версии следствия смерть не носит криминальный характер. Но вскоре мне начинает казаться, что в этой трагедии замешан кто-то ещё. Чем глубже я погружаюсь в своё собственное журналистское расследование, тем больше страшных тайн мне предстоит узнать.
Мы в некотором роде уникальны, и чувства наши уникальны. Вы скажете, тоска по дому — обыденна, человечество знакомо с ней с древности, ничего нового. Но вы пробовали жить на Луне? Здесь каждый из нас — словно Антей, оторванный от матери Геи.
Пытка пахнет весной. Нарциссами, тюльпанами и подснежниками. Букетами, принесёнными из садов поместья, чтобы оживить холодные каменные стены, за которыми держат заключённых. Пасхальное безумие обретает смысл в этом извращённом пейзаже: единственный шанс Драко выжить — выдержать его. Он понимает, но икры ног всё равно дрожат, а пальцы сжимаются.
Грейнджер поднимает руку над полом, и Драко едва не выворачивает, когда она протягивает ладонь через полупрозрачную нить и тянется к нему.