Я, конечно, не сторонник насилия, но считаю, что добро должно быть с кулаками, иначе затопчут просто.
- Сегодня... и хоть пару дней лучше посидеть дома, дождаться, когда ажиотаж пройдет, - громко посоветовал Жеуз.
- Это кто у вас там? Гости? Боже, ты представляешь, вчера не успели домой зайти, так к моему, как к памятнику, тропу топтать начали. И все в гости напрашиваются. Проходной двор какой-то, а не дом. Я сама скоро пациентом психушки стану - не стесняясь посторонних слушателей, эмоционально жаловалась Ксения.
– Это всё первобытный инстинкт, – любила говорить её омего-сестра, – беты должны подчиняться альфам, как в стаях в древнейшие времена.
– А омеги? – ядовито интересовалась Эрика.
– А омеги должны ложиться под них, – честно отвечала сестра, – так установила судьба.
...Этот тип опасен, как темный грех! Да у него на лбу написано: «Если не дадите мне то, что хочу, я возьму это сам и любой ценой!»...
Ладно, у меня сейчас собрание, поэтому нужно собираться.
Вот это и называлось – попался.
Бродил, значит, бродил себе по торговым улицам и рядам и думал уже, будто все искушения одолел. И вот – на тебе пожалуйста. Такое, мимо чего пройти ну никак невозможно.
На прилавке ровными рядами, корешками вверх, лежали книги. Самые настоящие книги. Десятка два разных. А может, даже целых три…
Я люблю твою жизнерадостность. Ты веселишь меня даже тогда, когда хочется тебе врезать.
Самопожертвования, если о них известно другому, достойны признания и поддержки – и даже благодарности. Но жалость к себе порождает бессердечность, упреждающую все перечисленное.
Яйцо – это не овощ и не мясо, не конфета и не молоко. Но всего лишь 1 яйцо, по своим питательно-полезным свойствам, - на порядок выше всей озвученной продукт-линейки.
я была крайне удивлена, увидев выходящего из нее Германа.
— Добрый вечер, — мрачно поздоровался он и потер запястья.
— Добрый, — крайне вежливо ответила я, но не удержалась: — Если вам сегодня нужна соль, не могли бы вы прийти до полуночи?
Миллионер не ответил, сверкнул синими глазами и скрылся в подъезде. Я пожала плечами — не больно и хотелось болтать.
Подлость всегда останется подлостью, сколько бы ты ни пытался замазать ее белой краской.
- За проступки сильных всегда платит слабый, а за ошибки родителей - дети
— Эй, что ты там опять роешься?
— Я гусеничку нашел, — умиленно сообщило супероружие и, едва Женька изумился столь внезапно прорезавшейся любви к природе, добавило: — Съедобную!
— А ну, живо дай сюда!
Раздирать киборгу пасть, как собаке, схватившей какашку, к счастью, не пришлось — Джек послушно протянул хозяину добычу.
Встретить бы кого-нибудь разумного для разнообразия!
Возле двери Дэнарт велел мне приложить руку к дисплею на панели, затем, набрав код, сообщил, что теперь я вхожу в число хозяев дома. Как удобно, однако. Ключи не потеряешь, пришел даже на рогах, коснулся рукой панели - и дома!
... у сaвaнa кaрмaнов нет.
Интересно, что он там искал, пока спускался с корейки к моему филею, потом окороку и покушаясь уже на рульку? Не иначе ценные запасы калорий.
"Очнуться?.. Поздно, любовь моя. Вся моя жизнь — это колдовской сон… Звёзды, уже настоящие, лижут твоё совершенное тело, отражаются в невероятных глазах, даже в лунном блеске сияющих ярче всего на свете… Я приворожён, очарован, опьянён тобой… Тёплые, ласковые волны мягко окутывают меня, идущего за тобой в Океан… да хоть за Грань! Я готов ради тебя на всё. Даже — обуздать своё желание. Мне далеко до твоей преданности миру. На первом месте у меня ты, один-единственный, всегда — ты. Я благословлён и проклят тобой, Джэд".
Поэтому я решила пойти позавтракать и узнать, как обстоят дела в общей сложности.
В сокровищнице посветлело, и когда я смогла видеть, застыла. Здесь было золото. Очень много золота. Золота здесь было до фигища!
Нужно уметь вовремя покинуть арену боевых действий, чтобы выйти победителем.
– Ты любишь ее? – Конечно, люблю! – Потому что иногда кажется, что любишь кого-то только потому, что не можешь заполучить его.
Человек не только яйца ест, но и их подделывает. По внешнему виду поддельное яйцо – практически не отличается от реально куриного. ...
Он был слабым. Слабые люди не способны на великие дела и решительные поступки. Слабость – это пересол на столе. Чумное пятно на еще здоровом человеке. Дырка от крысиного укуса, когда еще нет лихорадки. Подпиленный сук.
— Увидимся, Калеб. Хорошо тебе добраться до покоев, — бросила я, не поднимая головы.
— Это какое-то проклятие?