Стилистика должна опираться не только и даже не столько на лингвистику, сколько на металингвистику, изучающую слово не в системе языка и не в изъятом из диалогического общения «тексте», а именно в самой сфере диалогического общения, то есть в сфере подлинной жизни слава. Слово не вещь, а вечно подвижная, вечно изменчивая среда диалогического общения. Оно никогда не довлеет одному сознанию, одному голосу. Жизнь слова — в переходе из уст в уста, из одного контекста в другой контекст, от одного социального коллектива к другому, от одного поколения к другому поколению. При атом слово не забывает своего пути и не может до конца освободиться от власти тех конкретных контекстов, в которые оно входило.
Каждый член говорящего коллектива преднаходит слово вовсе не как нейтральное слово языка, свободное от чужих устремлений и оценок, не населённое чужими голосами. Нет, слово он получает с чужого голоса и наполненное чужим голосом. В его контекст слово приходит из другого контекста, пронизанное чужими осмыслениями. Его собственная мысль находит слово уже населённым. Поэтому-то ориентация слова среди слов, различное ощущение чужого слова и различные способы реагирования на него являются, может быть, существеннейшими проблемами металингвистического изучения каждого слова, в том числе и художественного.
Подозрительность не только треплет нервы, она ещё и жизнь продлевает.
Если ты когда-нибудь перестанешь бросать мне вызов, я пойму, что проиграл.
Я забежала под арку и словно вынырнула из морской глубины во внутренний сад. Темный, загадочный, красивый, освещенный луной и звездами. Лишь несколько светильников болтались в воздухе недалеко от меня.
Иногда мы больше всего держимся за то, что следовало бы отпустить.
Все подходили выразить соболезнования, а я отвечал одной и той же заученной фразой. Похоронные обряды – самая большая мерзость, унаследованная нами от предков
Для простых моряков война не была захватывающим приключением. То ли дело для разряженных офицеров, которым она приносила немалый доход, несмотря на все ужасы.
Существует множество причин, из-за чего мужчина возвращается домой после работы очень раздражённым, но благоразумная жена всегда вовремя замечает признаки надвигающейся бури и оставляет мужа в покое, пока тот не остынет.
Я в который уже раз пожала плечами. Сволочи. Но понять их можно.
Что делать, если у тебя ни особых талантов, ни ума, ни фантазии, а есть только хитрость, подлость и пронырливость?
И неистребимое желание жить хорошо?
Гриша Храмов хотел. И нашел выход, пусть за счет брата, пусть пришлось приговорить его жену и сына, ну так что ж? Он ведь все для блага семьи делал…
При быстром пролистывании ленты события теряют свою энергию и свой смысл. Так же, как компульсивное переедание не даёт ощутить вкуса пищи, но сообщает лишь чувство вины, так и быстрое пролистывание новостной ленты не даёт нам осознания событий, но сообщает лишь чувство меланхолии. Это испарение смыслов одновременно вызывает тоску по этим смыслам, тоску по большому высказыванию, метанарративу: такая тоска по метанарративам и есть метамодерн.
Все люди разные. Кто-то видит смысл жизни в семье и детях, кто-то в творчестве, а кто-то – в себе самом. Кто-то стремится к богатству, кто-то ищет славы, а кто-то покоя. Самое важное – это внутренняя гармония, а остальное лишь шелуха.
Чтобы чего-то добиться – нужно точно знать, чего хочешь, и пахать над реализацией, а не сидеть на пятой точке, давясь фаст-фудом. Хотя допускаю, что некоторые довольствуются малым.
— Это случаем не тот магазинчик, который называется «Магия для вас»? — уточнила темноволосая девушка — Нина, немного полненькая и, что удивительно, маг света.
— Именно так, — улыбнулась я. — Приятно, когда твое дело знаменито.
— Не хочу вас расстраивать, но я слышала мало хорошего о вашем магазине, — натянуто улыбнулась соперница.
— И тем не менее, вы о нем слышали, — улыбнулась я в ответ.
Человек, который никуда не спешит, никуда не попадает.
Два часа! Каких-нибудь пять минут поиграли, а уже два часа!
- Прежде чем птенцы вылупятся, мы превратим их в яичницу, - весело сказал Пенкроф.
- А в чем же ты будешь жарить яичницу? В твоей шляпе?
— Я пришел к вам за советом. — Советовать просто. — И за помощью. — А вот это не всегда так просто.
Люди притягивают то, что, им кажется, они заслуживают. Мы сами создаём нашу жизнь.
И если будет сила, будет любовь – будет и встреча… и счастье… и любовь
Девушка посидела, повздыхала, а потом выудила из складок платья «Справочник для абитуриента, поступающего в СИФИЛИС». Ниже, на обложке, правда, имелась расшифровка: «Столичный институт философии и истории».
Хм… а я-то до этого и не знала, что наш Хромой Джо ругался названием учебного заведения. Его самым любимым ругательством как раз было: «Сифилитик хренов». Значит, он имел в виду студентов этого вуза. Буду знать.
Если в игре со смертью всегда есть доля азарта, еще не факт, что тебе выпадет в расклад нужная карта. Везения на нее может и не хватить.
Очень удобно жить, когда все друг к другу равнодушны. И очень неудобно, болезненно, страшно, когда – нет.
— Как думаешь, создание инновационного белья для коров с целью повышения бычьей потенции может быть темой научной работы?
— Ну… — Бер почесал ручкой за ухом. — Если верить нашему декану, тема научной работы может быть любой. Главное, широта взглядов и глубина изысканий.
– Ну, благодарю вас за примочку, доктор, – сказала она наконец, – хотя и не верю, что от нее будет какая-нибудь польза.
Я тоже не верил, но, конечно, запротестовал. Вреда примочка принести не могла, а знамя своей профессии надо держать высоко.
— Он должен был поступить иначе, – с серьезным видом заговорил Теодор. – Наставить на нее зонтик и закричать: «Назад – или я стреляю!»
— Зачем? – удивился Кралефский.
— Она бы поверила и в панике улетела.
— Чего-то я не понимаю… – Лицо у моего репетитора сделалось озабоченным.
— Видите ли, чайки все немного много чайкнутые. – Теодор торжествовал победу.
— Тебя слушать – все равно что перечитывать старый номер «Панча», – простонал Ларри.