Это просто. Чтобы быть учеником, ты должен хотеть стать глупцом.
Говорите что хотите: знаю я, что знаю;
Вы меня на рынке били, боль я ощущаю:
Будь моя спина пергамент, а пинки — чернила,
Ваша рукопись самих вас быстро б убедила.
...нет более коварного заболевания, чем «банальный» острый аппендицит.
Раньше хуже было. Андрей и Эридан смотрели спортканал. Ну и Прядущий с ними. А там показывали соревнования по прыжкам в воду. Ну и паук мгновенно вдохновился. Забирался куда повыше на кухне: на холодильник, на шторы, ну или на люстру – и сигал оттуда в вазочку с вареньем. Иногда даже попадал. И варенье, соответственно, брызгами по всей кухне. Ну а порой Прядущий у нас подлодка. Ныряет в вазочку и заляжет на дно. Только серебряная лапка иногда высовывается из варенья, повертится по сторонам и снова прячется.
Ввиду того, что наша встроенная экзистенциальная потребность полной эмоциональной и физической безопасности никогда не сможет быть удовлетворена, в нас живёт сильное влечение к заблуждениям и системам невероятных верований. Психологическая эволюция наделила нас непреодолимой жаждой удовлетворения нашей эмоциональной потребности в стабильности и эмоциональной многозначительности посредством порождения метафизических миров и невидимых личностей.
Звали ее Верой Даниловной, была она классной у Виталика, но по жизни совсем не классной, а шизанутой напрочь училкой русского и литературы, тощей, нескладной, синевласой и вдохновенной. Сеяла доброе и вечное горстями. Разумного там было чуть, да и разум был какой-то внеземной.
Судьба жестока, а люди жалки. В устроенном таким образом мире тот, кто много имеет в себе, подобен светлой, веселой, теплой комнате, окруженный тьмою и снегом декабрьской ночи. Поэтому высокая, богатая индивидуальность, а в особенности широкий ум, - означают счастливейший удел на земле, как бы мало блеска в нем ни было.
...то, что нам сегодня преподносят как новость, часто вовсе не новость, а мнение одного из полудюжины ученых мужей о том, что означает эта новость.
...девушки, весёлые и раскованные...
Довольно-таки распространённый вариант, это содержанка, которая, в свою очередь содержит нищего художника или поэта. Не всегда, к слову, можно провести грань между содержанкой и куртизанкой.
Натурщицы, зарабатывающие на жизнь продавщицами и модистками, но летящие в Мир Искусства, как мотыльки на огонёк свечи. Они и сгорают, как мотыльки.
Девушки из аристократических семей, ищущие себя, острых ощущений и кокаина. Они появляются и исчезают — то ли замуж, а то ли в клинику.
Неприкаянные художницы и поэтессы, всегда — с амбициями, почти всегда — с изломанной психикой, и очень редко — талантливые.
А ещё журналистки, студентки, жёны и случайные подружки художников (подчас решительно не вписывающиеся в среду!), и все те дурочки, что ставят знак равенства между искусством и богемой. Дурочки, не понимающие, что можно стократ восхищаться картиной, но считать при этом её творца человеком аморальным и даже подлым, не желая подавать ему руки.
Мастурбация и случайные связи – особенно с «уродливыми» женщинами, которые вытягивают жизненные силы быстрее, чем красивые, – ведут ко всякого рода телесным скорбям. (Вливание спермы в любимую женщину не иссушает жизненные соки, потому что, как выразился автор трактата «Онанизм» Самюэль Тиссо: «радость душевная… восстанавливает потери».)
Боги играют с нашими судьбами, потому что лучший способ контролировать смертных – это забрать их, когда их смертность рассыпается в пыль, а потом отправить обратно искалеченными, сломленными и неправильными.
Наверное, все вырастают со странностями, только их не сразу видишь. Интересно, какие будут у меня?
Мой проверенный годами типаж – женщины-люди. К сожалению, людей, без живущих в них тараканов я не встречал.
Нет ничего более не постоянного чем привязанность обреченных властью
Можно вытащить девушку из грязного квартала, но как вытряхнуть квартал из девушки?
-Любовь - Это больше, чем доверие, - шепчет Брент в ответ. - Это принятие.
-Принятие? - удивляется Джесс. Она знает, что он гораздо умнее ее и многих их сверстников и мыслит порой совсем по-взрослому.
-Мы принимаем друг друга такими, какие мы есть, - говорит Брент. - Доверие - часть принятия.
-А можно ли принять человека, если он - монстр? - спрашивает задумчиво Джесс, пытаясь накрутить на кончик пальца его взлохмаченные светлые волосы. - Если он совершает преступления? если он убивает? Такой человек недостоин любви?
-Ты сама сказала, что он - монстр, - Брент смотрит вверх на темное небо, на котором еще не успели появиться звезды. - Может ли монстр любить? Способен ли принимать любовь? Я не знаю. К тому же нужно понять, кто такой монстр? какие критерии мы возьмем для того, чтобы определить - этот человек чудовище, а этот - нет?
-Убийство, - вдруг говорит Джесс.
– Стыдись! – попенял ему король. – Нехорошо издеваться над теми, кто слабее.
- Подумаешь, удар по голове, - сморщился король. - У тебя там всё равно сотрясаться нечему...
Элияру верить можно. Мозг мне выедает именно он. Если говорит, что ничего не осталось, значит, теперь будет клевать печень.
Судьба не трогает тех, на кого ей наплевать. Эта леди бьет лишь любимчиков, их же щедро вознаграждая за страдания.
Проверенный факт: если мужчине намекнуть, что он в чем-то первый, тот в лепешку расшибется, чтобы стать не только первым, но и лучшим.
книги сильнее жизни. Они – самая прекрасная победа над ней. Они – свидетельства несокрушимой стены нашего духа, неприступной крепости нашей памяти.
Смерть придет, так или иначе. Какая разница, когда это случится?
то, что не получается с одним человеком — не хватает ни моральных, ни физических сил, — выходит с другим? Может, в этом и есть таинство любви?
– Плохой секс это очень плохо. Очень, очень плохо…
– Он не был плохим. Он был…
– Никаким? – Подсказала подруга.
Я вздохнула.
– Понимаешь… Нельзя сказать мужчине, что он плох в постели! Проще сказать ребенку, что он приемный!
- Почему ты ему не веришь? Лад кажется очень искренним. По сути, он лучший их этих Первый сыновей! Почему ты даже на секунду не допускаешь, что он отвечает за свои решения, поэтому будущее есть?
- Ой, Катя, хватит! - Белка вскочила на ноги. - Это ты у нас во всё веришь, как трёхлетний ребёнок, а я правду знаю - сказок не бывает.
- Не бывает, если в них не верить.