... чем статуснее и пафоснее семья, тем жирнее тараканы и больше шкафы.
Все это время Эмма разговаривала с Миллардом, заставляя его отвечать на вопросы и не позволяя ему погрузиться в забытье.
— Миллард! Кто у нас премьер-министр?
— Уинстон Черчилль, — отвечал он. — У тебя что, совсем крыша поехала?
— Столица Бирмы?
— О Господи, понятия не имею. Рангун.
— Отлично! Когда у тебя день рождения?
— Да прекрати ты орать и дай мне спокойно истечь кровью!
Всех не спасти. Перемены всегда страшны и многие будут цепляться за привычную жизнь, словно за спасительную верёвку, брошенную утопающему.
В нашем возрасте не секс страшен - любовь.
- Ну и тормоз же этот чувак! Тупица!
- Целиком и полностью с тобой согласна, - чуть слышно ответила я.
- Знаешь, что я тебе хочу предложить?
- Догадываюсь. И сразу отвечаю: нет. Я не собираюсь его убивать.
- Зря. Было бы так здорово... Посмотри вон на тот цветочный горшок, который стоит на перилах. Хороший горшок. Тяжелый. Если его как бы случайно уронить, он, пожалуй, угодит мистеру Фарнаби прямо в голову, и тот очень красиво раскинет мозгами. Ну, что скажешь, а?
— Интересно, что бы сказал Маттиас об этом наряде.
— Уж точно бы не одобрил.
— Как и всё, что как-то тебя касается. Но стоит тебе рассмеяться — он тут же вскидывает голову, словно тюльпан в свежей воде.
Нина фыркнула:
— Маттиас — тюльпан?!
— Огромный и мрачный желтый тюльпан.
С красотой рождаются, а вот мозги нужно заслужить.
Я постаралась спрятать боль за вежливой улыбкой. Может быть со мной рядом нет достойного мужчины, но гордость и чувство собственного достоинства всегда при мне.
«Я лишь один из многих, но и я кое-что значу. Я не могу сделать все, но могу предпринять хоть что-нибудь. И пусть я не способен изменить все, но я сделаю то, что в моих силах!»
Ещё один надёжный источник информации, кроме книг — это базар. Там все можно увидеть своими глазами — и ассортимент, и спрос, и сбыт, и ценообразование. То есть курс маркетинга в прикладном исполнении.
Во имя всеобщего блага часто творятся удивительные зверства.
— Я подыгрываю, как только могу, а она меня в сугробе прикопать хочет. Совесть есть?
— Одолжить хочешь? — я заинтересованно встрепенулась. — Если для тебя, так и быть, отдам не глядя! Забирай, холи и лелей, пусть она тебя грызёт долгими холодными ночами.
— Спасибо. — Улыбка вышла кислая.
Наверное, стоило изобразить восторг, чтобы не расстраивать дарителя, но я была настолько неблагородной девицей, что испытывала к опере чистую, ничем не замутненную ненависть. В тот единственный раз, когда нас водила на представление наставница Ру, я заснула в первом отделении, а в антракте спряталась в дамской комнате и после начала второго акта сбежала домой.
— Ты ненавидишь оперу, — резюмировал шеф.
— Как можно! Все интеллигентные девушки любят оперу… — фальшиво возмутилась я, скромно примазав дочь трактирщика к интеллигенции.
Не всякую грязь можно смыть водой.
- Мне кажется, для всего этого – не время.
– Для чего «этого»? – усмехнулся Тимур.
– Для любви.
– Разве для нее нужно искать время? Ты просто любишь или нет.
Я отлично научилась лгать — круче, чем отпетый психолог. Да-да, в моем личном рейтинге лжецов именно психологи возглавляли топовую пятерку. А уже потом шли шулеры, актеры, продавцы и описание товара на Алиэкспрессе.
Слова о любви не зависят от того, в каких обстоятельствах, в каком месте их произнесли. Эти слова сильнее всех обстоятельств и всех мест.
- Что нас ждёт на четвёртом этаже?
- Встреча с прекрасным. Как вы относитесь к поэзии, Степан Борисович?
- К поэзии, в смысле : "Буря матом небо кроет..."?
... природа не терпит пустоты. И пустоту, как правило, заполняет только тьма.
Отношения это всегда открытость и уязвимость.
Негры… Люк разбирается в черномазых, знает, из кого выйдет толк… они работники всяко лучше белых. Одна беда – негры хотят расти по службе… и если я не возведу их в ранг помощника буфетчика или поваренка, они тут же уходят туда, где им это пообещают. Так что проблема с мойщиками не решается. Если мойщик работает целую неделю – я уже в выигрыше. Если две – я ликую. Как-то раз мойщик продержался целый месяц. Но такое счастье может выпасть лишь раз в жизни.
Ты рождён для того, чтобы выполнить предназначенное тебе судьбой, и никакие козни Мартена не смогут этому помешать.
Может, быть человеком и означает изменить к лучшему чью-то жизнь?
– Не смейте! – зашипела я. – А если поймают? А жетоны? – Боже, Вера, ты со своими жетонами! – отмахнулась Ирка. – Как свинья-копилка!
Накопительный эффект — тот инструмент, который вместе с системным подходом и правильными действиями навсегда изменит вашу жизнь.