Ладно, у меня сейчас собрание, поэтому нужно собираться.
Вот это и называлось – попался.
Бродил, значит, бродил себе по торговым улицам и рядам и думал уже, будто все искушения одолел. И вот – на тебе пожалуйста. Такое, мимо чего пройти ну никак невозможно.
На прилавке ровными рядами, корешками вверх, лежали книги. Самые настоящие книги. Десятка два разных. А может, даже целых три…
Я люблю твою жизнерадостность. Ты веселишь меня даже тогда, когда хочется тебе врезать.
Самопожертвования, если о них известно другому, достойны признания и поддержки – и даже благодарности. Но жалость к себе порождает бессердечность, упреждающую все перечисленное.
у всякого могущества есть свой предел
«Настоящий мужской шарм кроется в трехдневной щетине, – И в непобедимой уверенности в себе».
Яйцо – это не овощ и не мясо, не конфета и не молоко. Но всего лишь 1 яйцо, по своим питательно-полезным свойствам, - на порядок выше всей озвученной продукт-линейки.
Порой правда сбивает с ног не хуже силового удара.
я была крайне удивлена, увидев выходящего из нее Германа.
— Добрый вечер, — мрачно поздоровался он и потер запястья.
— Добрый, — крайне вежливо ответила я, но не удержалась: — Если вам сегодня нужна соль, не могли бы вы прийти до полуночи?
Миллионер не ответил, сверкнул синими глазами и скрылся в подъезде. Я пожала плечами — не больно и хотелось болтать.
— Мне все кажется, что философия Шиллера шла во вред его поэзии, ибо она принудила его идею поставить над природой, более того — в угоду идее уничтожить природу. Все им задуманное должно было быть осуществлено, все равно в соответствии с природой или наперекор ей.
— Грустно, — сказал Гёте, — что такой необыкновенно одаренный человек терзал себя философическими измышлениями, для него совершенно бесполезными.
Говорят, если ты что-то отпускаешь и оно к тебе не возвращается, значит, так суждено судьбой и это просто не твое.
Людям может надоесть что угодно, даже жизнь на другой планете.
Подлость всегда останется подлостью, сколько бы ты ни пытался замазать ее белой краской.
- За проступки сильных всегда платит слабый, а за ошибки родителей - дети
— Эй, что ты там опять роешься?
— Я гусеничку нашел, — умиленно сообщило супероружие и, едва Женька изумился столь внезапно прорезавшейся любви к природе, добавило: — Съедобную!
— А ну, живо дай сюда!
Раздирать киборгу пасть, как собаке, схватившей какашку, к счастью, не пришлось — Джек послушно протянул хозяину добычу.
Встретить бы кого-нибудь разумного для разнообразия!
... я полностью с тобой согласен: нет ничего ценнее честности.
К нежилому трёхэтажному дому на Башенной улице писатель Роман пришёл примерно за час до полуночи, когда мир уже так привык к темноте, словно дня и не было, и не будет, «солнце» - просто странное слово, фантазия, а свет бывает только от фонарей.
Не вредно иногда прибегать к услугам серых клеточек.
... у сaвaнa кaрмaнов нет.
Однако, как выяснилось, чертовски сложно не разговаривать с мужчиной, которого ты на прощание каждое утро целуешь до синяка на шее.
Интересно, что он там искал, пока спускался с корейки к моему филею, потом окороку и покушаясь уже на рульку? Не иначе ценные запасы калорий.
У нас есть одежда, которую мы носим только на шабат, фарфор, серебряные приборы и хрустальные бокалы, предназначенные только для шабата. Мы не включаем и не выключаем свет, не слушаем музыку, не ходим на работу, не готовим на плите, не говорим по телефону, не заводим машину. Мы посвящаем этот день Богу и семье, проводя двадцать пять часов между заходом солнца в пятницу и первой субботней звездой в молитвах, за трапезами, отдыхая от работы. Внешний мир исчезает для нас, пусть и на один только день.
Прибыв на Рыбачью Гору, я пошел в аптеку, и там мне дали взаймы шесть дюжин восьмиунцевых склянок с пробками. Этикетки и нужные припасы были у меня в чемодане. Жизнь снова показалась мне прекрасной, когда я достал себе в гостинице номер, где из крана текла вода, и бутылки с "Настойкой для Вокрешения Больных" дюжинами стали выстраиваться передо мной на столе.
- Шарлатанство? Нет, сэр. В склянках была не только вода. К ней я примешал хинина на два доллара, да на десять центов анилиновой краски. Много лет спустя, когда я снова проезжал по тем самым местам, люди просили меня дать им еще порцию этого снадобья.
Поэтому я решила пойти позавтракать и узнать, как обстоят дела в общей сложности.