Не знаю, кто передал новенькой мой личный номер телефона, но убедительно прошу впредь так больше не делать.
В комнате нависла тишина. Более того многие принялись отводить от меня взгляд, боясь с ним пересечься. В принципе, я и так знаю, что они считают меня «ледяной мегерой». Даже называют так за спиной. Но мне плевать. Главное – работу пусть свою выполняют и не мешаются.
Многие из живущих заслуживают смерти. А другие погибают, хотя заслуживают долгой жизни. Можешь ли ты наградить их? Так не торопись же раздавать смертные приговоры. Даже мудрейшие не могут предвидеть всего.
- Мадам, только не говорите, что там всё плохо, и вы пытались привести его в чувство цветочной эссенцией для обморочных дам, а теперь вытираете ему слёзы платочком, чтобы он не расстраивался? - усмехнулся инквизитор, пока я сгорала от стыда.
- Мне...мне...тётя говорила, что...- задохнулась я. -Чтобы я перед тем как...эм...с мужем...Протёрла его цветочной водой и платочком! А то мало ли , где он был до меня!
- До вас он был на работе - с мрачном сарказмом заметил муж, глядя на меня странным взглядом. - Кстати, как успехи? Я могу им воспользоваться? Или пока рано?
«Жаль, фотоаппарата под рукой нет, а с телефона не сделать, – крутилась в голове мысль, – такие кадры пропадут!»
Чужая жизнь — дело такое, чем меньше о ней знаешь, тем лучше.
Меняю обретенную реальность на утраченные иллюзии…
Любовь прощает все, кроме низости. Низость убивает любовь, ослабляет даже родственную привязанность; без уважения нет настоящей любви
Если есть возможность не делать то, что не нравится, грех этим не пользоваться.
Только женщина способна превратить мужчину в безумца. А красивая женщина может еще и погубить!
Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны.
Найдите сегодня время насладиться красотой: природой, искусством, людьми. Не бегите, не торопитесь, дышите глубоко. Улыбнитесь. Согласитесь, мир все-таки прекрасен.
Озеро сверкало в рассветных лучах и слегка рябило от утреннего бриза. Просто не верилось, что всего несколько часов назад это была бурлящая пучина, черная, злобная, обжигающе холодная.
Любопытство – не порок. Но его надо держать в узде…
Никому - будь то мужчина или женщина - не нравится, когда преклоняются перед его соперником
Единственное, чего я на самом деле хотела — перестать выставлять себя дурой в этом городе.
Без прошлого нет будущего.
- Ты когда - нибудь задумывался, - спросила Элис, - о том, что деревья такие же живые , как и мы , только жизнь их течёт медленнее? Быть может, для них лето- всё равно что для нас один день: проснутся, как мы , и опять заснут. Мысли у них , наверное, длятся долго-долго, а беседуют они так неторопливо , что нам их речь просто не уловить.
СЕВЕРНЫЕ ИНОРОДЦЫ СУМЕЛИ НАУЧИТЬСЯ ЖИТЬ ТАМ, ГДЕ ДЛЯ ЖИЗНИ ЛЮДЕЙ ПОЧТИ НЕТ НИКАКИХ РЕСУРСОВ. В УПРЯМОЙ И БЕСКОНЕЧНОЙ БОРЬБЕ С ПРИРОДОЙ ОНИ ДОБИЛИСЬ СОВЕРШЕНСТВА СВОЕЙ УТВАРИ, ОДЕЖДЫ, ИНВЕНТАРЯ И СНАРЯЖЕНИЯ. ИХ БЫТ – ЭТАЛОН ЭРГОНОМИКИ, А ИХ ПРОМЫСЛЫ – ЭТАЛОН ЭКОЛОГИЧНОСТИ. ОБЫЧНЫЙ ЧУМ, С ВИДУ СОВСЕМ НЕЗАМЫСЛОВАТЫЙ, – ШЕДЕВР ИНЖЕНЕРНОЙ МЫСЛИ.
Без истории люди перестают быть людьми.
– Ты жив? – спросил Адриан.
– Если бы я умер, вряд ли на том свете увидел бы гусей. – Ройс запрокинул голову и разглядел движущийся на юг птичий клин. – Но может, это злые гуси.
– Злые гуси?
– Мы понятия не имеем, что творится в мире водоплавающих. Может, это банда, крадущая чужие яйца.
– По-моему, у тебя жар.
Полагаю это и есть взросление: держащие тебя нити отпадают, и приходится стоять на собственных ногах.
Английская поговорка гласит: «Если хочешь преуспеть, проси об этом свою жену».
Торопиться - значит пренебрегать этим миром и думать только о том, чего еще не видно за поворотом дороги, или о самых обыкновенных препятствиях, или исключительно о себе.
Те, кто выжил, лишились рассудка и превратились в человекообразных тварей и сами уже забыли, что когда-то были гигантами.
Это был великолепный пример торжества изобретений, приведших к гибели изобретателей и системы, породившей изобретателей. Очевидно, в том была определенная высшая справедливость, ибо изобретение было сделано с целью убивать людей. Убивать «чужих». Но как всегда бывает на войне – не хватило времени для того, чтобы как следует подумать. И убили всех.
Нас никогда не спрашивали, что приготовить. Потому что пустое дело — задавать такие вопросы детям: они никогда не знают, а если сам скажешь, что будет на обед, непременно зафыркают и забракуют твой выбор. Родителям хорошо известна эта тихая непрекращающаяся война и как трудно в ней одержать победу.