Если все закончилось плохо, значит, это ещё не конец.
А затем в груди Ваймса поднялась какая-то волна, и его словно молнией ударило осознание того, что она ведь довольно красива, красотой особой категории; эта была та самая категория, в которую попадали все женщины, встреченные им на протяжении всей жизни, которым хотя бы на мгновение пришла в голову мысль, что он стоит их улыбки.
Она верит в Бога не больше, чем в Санта-Клауса, и всегда была убеждена, что те, кто посещает церковные службы, относятся к этому примерно так же: они выросли из своей веры, но продолжают каждое воскресенье ходить в церковь, так же как каждый год в конце декабря продолжают наряжать елку. Вера перестает быть смыслом жизни и превращается скорее в оправдание.
Не бывает всемогущих магов. Те, кто так думал, давно мертвы.
семья – это не те люди, с которыми вам легко. Семья – это те люди, ради которых вы готовы стараться быть лучше.
– Анжела? – взметнул он в деланном удивлении чёрные брови. – Без отчества? Без регалий? Так просто? А как же должное почтение?
– Ну, если вам так неудобно, можете звать меня госпожа.
У Достоевского было то, чему можно было поверить, и то, чему невозможно было, но кое-что настолько правдивое, что меняло тебя..
… паломникам не следует слишком подробно планировать путь: они, чего доброго, узнают про такие напасти, что вообще решат остаться дома.
— Я говорил! Я подсказывал! Только не левую! Левая соломинка — зло! — бушевал несущийся рядом драколич.
— Ну прости… я затупила…
Слова давались тяжело: дыхание сбивалось, внутренности леденели от жуткого воя и смеха с ноткой безумия, бьющих в спину, мышцы сводило от сдерживаемой телом магии.
— Я даже морду вот так наклонил и хитро подмигнул, — продолжал разоряться Спайк. — Подумать только! Я снизошел до плебейского подмигивания, и все ради чего? Ради непутевой курицы, которая все равно вытащила короткую соломинку!
Да, я уже тогда любила книги.
В книгах все было просто и понятно. В любовных романах главная героиня всегда обретает своего принца на белом коне, в приключенческих – герой находит потерянные сокровища, а в балладах рыцарь спасал свою принцессу. А в жизни…
В жизни просто не бывает.
Ей просто нравилось флиртовать, а он игру поддерживал.
Мужчины заводят любовниц для разнообразия сексуальных ощущений, а женщины, как правило, – из-за отсутствия внимания. И в том и в другом случае причина одна – надоели они друг другу. Хочется новых впечатлений. Ну а где впечатления, там, возможно, и новая любовь. Сначала изменил, потом и полюбил, очень часто так и есть.
Я предпочитаю верить и молиться сам, а не через посредство церкви. Уж слишком много посредников на пути будет, обязательно заплутает молитва.
Любовь стоит того, чтобы ради нее рискнуть или немного поступиться гордостью.
За здоровье ребенка несут ответственность только его родители - и перед богом, и перед обществом, и перед собственной совестью.
Как только один человек начинает чувствовать себя угнетающе в семье, то она вскоре распадается. Счастье ребенка там, где счастлив ты.
Каждому нужно перебеситься; после этого голова делается свежее…
Также я понимаю, как важно научиться видеть и создавать праздник в своей жизни, а не ждать его. Ведь жизнь – это то, что мы видим и творим каждый день сами.
Искусство сублимирует страдание, превращая горе в литературное сырье. Говорят, что для писателя нет ничего хуже счастливого детства.
– Знаешь, о чем я думаю, когда смотрю на тебя? – спросил он, следя за движением моих губ и языка. – У меня появляется ощущение, что я умираю. Дыхание перехватывает. Я думаю о том, что отчаянно тебя хочу. Пока ты рядом, я не в силах ни на чем сосредоточиться. А эта каморка слишком мала, чтобы нам по-настоящему лечь. Особенно с моими крыльями.
Хорошая месть – это всегда холодная месть, тщательно продуманная и рассчитанная на то, чтобы ударить как можно больнее.
Важнейший смысл сексуальной метаморфозы, писал П.П.П., в том, что «быть обладаемым – опыт космически противоположный обладанию».
Гораздо легче простить людей за то, что они не правы, чем за правоту.
Когда все двери заперты и нет ключей, человек имеет право сдаться. Какой смысл предлагать противнику ничью, если расстановка фигур на доске ясно показывает, что ты не можешь выиграть партию.
Пока людей не искусают, на мир любую красивую теорию примерить можно. Любую сопливую. А потом уже верится только в то, что с тобой до сих пор бывало.