Время – странная штука. Оно стирает всю остроту, и даже самая сильная боль притупляется настолько, что ты привыкаешь с ней жить.
Положительные эмоции — это когда на все положить.
Ведьмочки вообще народ храбрый, особенно в руках сильного и умного ведьмака!
Морис всегда бдительно отслеживал, чего людям нужно. Он нутром чувствовал: Злокознии нужен кляп.
Дальше, вот здесь, моя комната, а это комната Джорджа. Советую входить к нему с опаской. Однажды я зашел, а Джордж в это время голышом занимался йогой.
Я хочу говорить о счастье и благоденствии, об этих редких, негаданных мгновениях, когда твой внутренний голос вдруг замирает и ты сливаешься с окружающим миром.
Я хочу говорить о наступившем лете, о гармонии и блаженном покое, о малиновках и желтых зябликах и синичках, мелькающих среди зеленых ветвей.
Я хочу говорить о сладких часах сна, о радостях вкусной еды и хорошей выпивки, об ощущении, когда ты выходишь среди дня на солнышко и чувствуешь, как теплый воздух заключает тебя в свои объятия.
Когда страх выбивает пробки, обесточивая тело, все, что остается, – идти в темноте и примиряться с демонами, которые в ней прячутся. Становиться одним из них.
Хреново, когда этика отсутствует напрочь, в угоду тщеславию.
Думаешь, я не знаю, что ты у меня воруешь? Кому еще ты такая нужна, кроме меня? Ты всю жизнь болтаешься туда-сюда. Не можешь определиться ни с карьерой, ни с мужчиной. Сама не знаешь, чего хочешь.
Молодость угрожает, старость даёт обещания.
- Это ведь ты полностью изменилась, - ответил он. - Раньше ты бы никогда так легко не отказалась от совей мечты. А сейчас? Приезжаешь сюда и распродаешь любимые вещи, потому что у тебя явно пустой кошелек. Видимо, ты предпочла спустить все деньги на операции, вместо того чтобы дальше работать над мечтой.
Дальше, - отмахивается он от меня, входя в амплуа пикапера со стажем, - женщину надо кормить. Они ж все сейчас разучились готовить, да и времени нет - работают, просветляются, авокадо свои в контейнерах таскают. В общем, поверь - нормально кормишь свою женщину, и почти Казанова.
..Потому что я знаю (пусть это кощунство, но это так): праздник только с нею, только тогда, если она будет рядом, плечом к плечу. А без нее завтрашнее солнце будет только кружочком из жести, и небо - выкрашенная синим жесть, и сам я.
«У человека всего две жизни, причем вторая начинается тогда, когда мы понимаем, что жизнь всего одна», – сказал Конфуций.
Не нужно забывать, что любой ребенок — это тоже личность, который хочет быть или казаться взрослым, но еще не знает как. А задача взрослых: ненавязчиво, без давления, задать правильную траекторию взросления.
- А тебе так смеяться не вредно? Мышцы живота же напрягаются. - Я нахмурился.
Она расхохоталась еще сильнее.
- А как же еще получать эндорфины? - Пролепетала она мне в плечо.
Психотерапевт объявил, что у меня, оказывается, низкая самооценка. И самое правильное, что я могла начать делать – ценить себя. Дети, мужчины, родня, работа – этому всему нужна я, счастливая и довольная, а иначе это буду уже не я.
Битого, пролитого да прожитого не воротишь…
Истинный мужчина делает то, что он хочет, а не то, что он обязан.
– Зиночка, у Мони Абрамовича сын бил, как это? В уголовке, так это называют? И що, он день и ночь ловил бандюков, устанавливал справедливость, таки от него ушло три жены, плюнув через порог, – плеснула мудростью, как морской волной, бабушка Ида. – Чью-то там справедливость он устанавливал, а сам без кальсон, денег и нужной женщины. Я вас таки спрашиваю: и это дело?
Так еще отвратительнее! Вот скажи, чем я так провинилась перед богами?
— Увела из-под носа левитджанс у своего потенциального работодателя, — как ни в чем не бывало заметил Кэвин,
Никому никогда не говори ничего такого, что можно использовать против тебя.
Надо смотреть в душу, а не вестись на внешний лоск. Оболочка не всегда отражает настоящую сущность.
Магические ритуалы порой изумляют меня ничуть не меньше, чем, допустим, предписания для облавы на сумасшедших мусорщиков. Между тем Джек был счастлив, и я вместе с ним.
– Расскажу как-нибудь в другой раз, – сказал Локвуд. – А сейчас лучше поспешить. Джордж не простит, если из-за нас остынет еда.