Наши чувства создают границы вокруг чего угодно, — сказал он. — чем больше мы любим, тем сильнее границы.
ещё в сказках писали, что ненавидеть кого-то другого проще, чем себя.
Гость рассмеялся, покрутился на табурете и… заметил меня. Светлые брови удивленно поползли вверх, тонкие губы сложились в букву «о». Я посильнее запахнула халат.– Эв! – крутнулся обратно блондин. – Дай я им скажу! Я должен это видеть! Да они на чулках повесятся от зависти! У целителя же там очередь, все ноги удлиняют и тут… – блондин повертел пальцами у груди, намекая на пышные формы, – увеличивают. А ты… Ну ты и прохвост! Даже я не подозревал, что тебе маленькие… миниатюрные нравятся!
Когда долго вглядываешься в лицо зла, зло начинает вглядываться в тебя в ответ.
Можно лгать только тогда, когда хочешь пощадить чьи-то чувства.
ведь чувствовать самому и быстро отзываться на чужие переживания — разные свойства, лишь немногие натуры обладают обоими, некоторые же — ни одним.
-Вижу, вы пользуетесь популярностью у местных жительниц, лорд, -хихикнула я, еле поспевая за размашистым шагом эльфа, - видимо, скоро под окнами будем слушать серенады поклонниц с признаниями в любви. Что-то типа: твои глаза как чёрный омут, уста червонные, что мёд, а ушки как у поросюшки, увидит кто и упадёт...
— ...целоваться я тебе запрещаю. Ты еще маленькая.
— Ма-а-ам! А… а вот папа считает, что мне уже детей рожать можно!
— Твой папа идиот, — отозвалась старуха. — И что, милая, ты уже знаешь, откуда дети берутся?
Вася возмущенно расквакалась.
— Конечно! Они вылезают из-под земли, как умертвил, а потом гонятся за приглянувшимися им родителями. Если догонят, то все — придется воспитывать. — И, помолчав, выдохнула: — Что? Мне папа так говорил! Круговорот вещества в природе. А то, что ты про аиста рассказывала, — так это бред, ясно?
— Это тебе тоже папа рассказал? — хмыкнула Ядвига.
— Нет, сама догадалась.
Ядвига расхохоталась. Надувшаяся Вася то и дело обиженно квакала.
— Значит, дочь, сегодня у нас будет до-о-олгий разговор, — подытожила старуха. — О детях, поцелуях и выборе спутника жизни. Можешь мысленно готовиться.
— Мам!
— Надо, Вася, надо.
Тереза пятилась назад, пока уперлась спиной в холодильник.
— У меня было одно, одно-единственное место, куда я могла прийти и просто быть собой. — Она покачала головой; глаза застилали непролитые слезы. — Но и его ты у меня забрал.
Слезы все же потекли по щекам, и Тереза попыталась стереть их краем футболки.
Сандро, похоже, встревожился. Тереза даже не зам
— Ты знаешь, что такое препятствия? — Что? — Это испытания, чтобы понять, заслуживаешь ли ты победы.
Кстати, как их зовут?– Никак, – ответила она. – Просто кошки.– А если подозвать надо?– Ну… говоришь «кошки!», они и приходят, если захотят.
Счастье распирало его изнутри, словно он проглотил воздушный шар.
Бесполезно отвечать местью на месть: это ничего не исправит.
Жизнь хороша ,если смотреть на вещи правильно.
Я хочу стать профессионалом, мастером! А мастерство начинается с азов.
Однако, когда Федор еще в третьем классе вдруг ни с того ни с сего попытался Шуру поцеловать, то получил от нее этим самым портфелем прямо по башке. Получил так, что подобные мысли больше никогда не приходили ему в голову. Хорошо хоть вообще после этого мысли у него какие-то остались.
Мы уходим в походы и горы не только потому, что хотим проверить себя на прочность, понять, чего мы стоим, но и потому, что хотим измениться, что-то должны безвозвратно оставить в прошлом, сбросит старое...
Сожаление можно сравнить с дыркой в заднице, у всех есть по одной.
Мне просто казалось, что мы с Ивэном могли бы оставаться крепкой парой до самого выпуска, после чего расстались бы друзьями и разошлись по разным колледжам. Понимаю, это не слишком вдохновляющая перспектива, но таковы школьные романы.
когда предлагают всяческую поддержку, стоит испытывать сомнения: такое предложение ни к чему не обязывает.
- Странный этот ваш мир - где для детей придумывают ласковые игрушки, но мечтают о магическом мече с выпрыгивающим клинком!
Прощение — это нечто очень неуловимое. Иногда легко сказать "я прощаю", да проще и не бывает. А вот простить на самом деле невероятно трудно. Осадок внутри остается. Вязкий, тягучий. Или как пятно после химического вещества. Смоешь, а оно все равно там. Потому что въелось. Даже если сверху закрасить — со временем проявится. Вот какое оно, прощение.
Притворяйся, пока это не станет правдой.
... истинную тупость, как вы понимаете, по-любому ничем изгнать нельзя. Поэтому выдыхаем, крестимся и просто признаём её наличие в нашей жизни как некий фактор психического воздействия на реальность данного мира. Человек тупит не потому, что он туп, а потому что он человек.
— Ты слишком серьезно к себе относишься, — медленно проговорил он. — И воспринимаешь себя как чертовски важную персону. Это нужно изменить! Ведь ты настолько важен, что считаешь себя вправе раздражаться по любому поводу. Настолько важен, что можешь позволить себе развернуться и уйти, когда ситуация складывается не так, как тебе этого хочется. Возможно, ты полагаешь, что тем самым демонстрируешь силу своего характера. Но это же чушь! Ты — слабый, чванливый и самовлюбленный тип!