Есть вещи, на которых не экономят, сколько бы они ни стоили, – потом все равно потеряешь больше.
- Нет, я не могу это есть.
- Хочешь сказать, что я не умею готовить? - предупреждающе прошипела я.
- Ты отлично умеешь готовить эту тыкву, - дипломатично отозвался пепельный и добавил: - Просто я не умею её есть.
Иногда... мосты, которые мы сжигаем, освещают нам путь впереди
– Здорова! – продолжала она. – Как быть здоровой бедной овечке? Спиритические сеансы, сеансы, все время одни сеансы! Это нехорошо, неестественно, разве для этого нас предназначил добрый наш Господь? По мне, скажу напрямик, – это самое настоящее общение с дьяволом.
Но было в этом что-то глубоко мужское — предложить руку желанной женщине и ощутить на мгновение её доверие. Стать для неё опорой. Почувствовать себя мужчиной.
- Это хамон? - заинтересовалась Софи. - И пармская ветчина. - Сделай тогда сандвич и мне. - А как же отсутствие аппетита? - Я передумала! - Вот нисколько не сомневался.
Я встретил Бентона только тем летом, но он показал мне, что такое настоящая дружба: это уметь слушать, делить беды и радости и прийти на помощь, если необходимо.
Стать счастливой очень просто. Надо просто радоваться всему, что у тебя есть и не желать того, чего у тебя нет.
"Рестарт эпохи.Это конец известного нам мира. 17 мая всё начнётся сначала. Новая игра. Новый мир. Новые герои. Новая жизнь. Доживи, чтобы увидеть."
Надо составить план, над чем следует подумать в первую очередь.
Верховный кивнул и двинулся вперед, желая как можно быстрее убраться с проливного дождя. Мечта его исполнилась нескоро.
Как выжить в таких условиях, не прикупив пистолет?
Молчание - лучший способ избегнуть опрометчивых слов. А еще лучше соглашаться со всем, что бы ни изрекли прелаты. Но это, похоже, не для тебя.
– Я должен ее найти. – Переверни мир набок – и все, что не удержится, осядет в Лос-Анджелесе. – Это Фрэнк Ллойд Райт сказал. – И был прав!
Национализм, шовинизм, расизм — все это явно претит брезгливому, этически чистоплотному Шерлоку Холмсу.
«К преданности и к любви нельзя принуждать».
— Ты уверен, что все это правда? — Я уверен, что все это журналистика.
- Я просто устал от всего этого. Я больше ничего не могу дать. Я больше ничего не хочу брать. Мне хочется отбросить своё имя.
рассказывали в тавернах анекдот о том, как однажды государственному совету сообщили, что президент умер, и все министры стали испуганно переглядываться и со страхом спрашивать друг у друга, кто же пойдет и доложит ему об этом, —
"Правильно, в нашем возрасте уже бояться особо...не то, что нечего, а не хочется."
– Я, как умудренная жизнью двадцатиоднолетняя девушка, знала о чем говорю.
- Мне двадцать пять. – Дежурный опять на что-то обиделся. Ну, парни всегда взрослеют позже, чем девушки.
Аристократизм - это внутри. Благородство, умеренность, хороший вкус - если этого нету, то никогда и не будет. Хоть ты жабу золотом облепи, а квакать будет.
лучше знать, кто обитает рядом, чем гадать, чем может обернуться нежданное соседство.
Запомни: ты не умираешь, пока тебя кто-то любит.
- Разве ты не слышал про то, что добродетель - сама по себе награда? - мягко интересуется Кардан, - Потому что не требует других наград.