Человек теряет все, если он теряет чувство юмора.
Женщина может ошибиться в мужчине, даже если она ведьма.
Увы, женщины иногда думают. Не беспокойтесь, обычно это быстро проходит.
Нельзя жить в постоянном сознании своей смертности. Об этом надо забыть, и если такие мысли приходят все-таки, надо их гнать, надо душить их, иначе они могут пустить корни в сознании и разростись, и их ядовитые споры отравят все существование тому, кто поддался. Нельзя думать о том, что и ты умрешь. Иначе можно сойти с ума. Только одно спасает человека от безумия — неизвестность. Жизнь приговоренного к смерти, которого казнят через год и он знает об этом, жизнь смертельно больного, которому врачи сказали, сколько ему еще остается — они отличаются от жизни обычного человека только одним: те точно или приблизительно знают, когда умрут. Обычный же человек пребывает в неведении, и поэтому ему кажется, что он может жить вечно, хотя не исключено, что на следующий день он погибнет в катастрофе. Страшна не сама смерть. Страшно ее ожидание.
Нормально – это когда мы занимаемся тем, что любим, и получаем за это справедливую плату.
Любовь превыше всего. Время не может заставить её поблекнуть так же легко, как старые воспоминания.
Я был очень завистлив и страшно завидовал тем, кто умеет то, чего не умею я. Так как я не умел ничего, поводов для зависти было много.
Человек так устроен, что самое простое и теплое удовольствие он получает, если несет людям радость. … Если бог есть, и он нас такими создал, то он чертов гений.
— А разве мы не можем поговорить в открытую, как два взрослых человека? — наконец прошептала она.
— Нет, не можем, — отрезал Филипп. — Пока ты на две трети остаешься ребенком.
— Я не понимаю тебя! Не понимаю! Ты говоришь, что все кончено… и я чертовски несчастен! Мне пришлось вдребезги разбить телефон, чтобы не названивать тебе каждую минуту каждого проклятого дня. Я притворялся в универе, что все хорошо, чтобы ты была счастлива… а тебе, черт побери, угодно злиться? Ты разбила мое чертово сердце!
Она вскипает, смотря на меня с гневом и шоком. В ней клокочет масса эмоций, она раскрывает рот, готовясь выпалить мне в лицо всё, что думает, но лишь отрывисто выдыхает.
И от этого даже хуже.
Лучше бы она выплеснула всё дерьмо на меня.
А так... Кто знает, что щелкнет в ее мозгу через мгновение?
Осознание смерти дает нам силы жить дальше.
«Ведьма, если ты так будешь быстро бежать, ты таки догонишь свой инфаркт!»
- Тебе плохо от того, что я покупаю продукты? – Решил спросить он.
- Мне плохо от того, что ты покупаешь такие дорогие продукты. – Всплеснула она руками и… почувствовала себя дурой. Ну кто она такая, чтобы человеку указывать?
Григорий помолчал полминуты и вдруг улыбнулся.
- А давай ты потерпишь мои закидоны, а я… тебе позволю готовить все, что ты сама пожелаешь? – Решил он пойти на компромисс.
от простыней до сердца путь хоть и не короткий, но вполне проходимый. Многие чувства берут начало в алькове.
— Толпа сама пришла! И это не я их взволновала! — решительно заявила Джейд, понимая, что благодарность, закипевшая в душе минутой раньше, стремительно остывает, превращаясь в глыбу льда.
— Но раньше они сюда с вилами не ходили, — заметил Грегори
Эти опасные идиоты из АП, мэрии и прочей думы уже давно бы сломали шею, катаясь на американских горках, которые их скудоумие сооружает каждую неделю.
Ведьма ведь не просто молчит, она о чём-то молчит.
Вы, взрослые, всегда делаете глупости!
Письмо, попавшее не в те руки, — вещь опасная.
"У меня вообще на нервной почве всегда просыпался волчий аппетит и засыпала сила воли. Скромность вместе с нею."
Фельстан был доволен собой. И как каждый злодей бахвалился перед жертвой злодейскими делами.
Самый первый признак истинно больного разума — отсутствие минимальной критики по отношению к своим действиям.
...советы хороши для тех, кто умеет слышать.
– Я что – похож на идиота?
В том-то и беда, что не похож. А жаль…