... почему вас должно беспокоить, что им нравится?
- Надо считаться с людьми.
- Разве вы не знаете, что большая часть людей берет что дают и не имеет ни о чем собственного мнения? Вы хотите руководствоваться их представлениями о том, что вам надлежит думать, или своими собственными суждениями?
Боже, какой прекрасный мир мы загубили.
Но поймите: вы никогда не добьетесь своих целей, никогда не воплотите мечту в реальность, если обходите трудности стороной.
- Чему только вас учат в школе, Ханс Томас? - спросил папашка.
- Нас учат тихо вести себя на уроках - ответил я. - Это трудно, и у нас уходит много лет на то, чтобы этому научиться.
За грехи родителей расплачиваются дети.
Искать истину в последней инстанции - зряшный труд. И существует ли она, эта последняя инстанция?
Уложив чемодан в машину, Джейн уже собиралась сесть за руль и уехать, но вдруг что-то остановило ее.
Это уже было. Она один раз поддалась панике и сбежала, а потом горько пожалела о своем импульсивном поступке.
- Мне лишь не нравится быть объектом внимания только потому, что у меня есть вагина.
Перестань постоянно думать, будто ты всем мешаешь! Если кому-то не нравится, он сам пожалуется. А если ему не достаёт смелости пожаловаться, то это его проблема.
- Григорий прав. Я – воспитатель. – Элла не могла не улыбнуться.
- О, значит, вы детей любите? – Тут же навострила ушки хозяйка дома и вновь покосилась на внучку.
- Люблю. – Девушка вновь улыбнулась. – Они такие… живые, открытые, разные…. Замечательные.
- Ой, как здорово. А одного великовозрастного оболтуса с ребенком вы случайно не хотите к рукам прибрать? – Вдруг быстро перешла она к делу. – А то болтается, как….
- Мама! – Насупился Григорий.
– Ты такая же продажная, как и все.
– Мужчины говорят так тем, кого не смогли одурачить бесплотными обещаниями неземного счастья. Только счастье, оно ведь разное.
— Но я и правда собирался, пока ты не закричала, — тихо ответил он. — Теперь пелена очарования спала с глаз. Это снова ты, а не та прекрасная нимфа, к которой тянулось мое бедное сердце...
— Не сердце, Грег, — покачала головой Джейд. — Тянулись губы и наглые руки! А у нас с тобой деловой договор. Мне нравится все так как есть.
– Меня отпустили, – безнадежно повторил Илья.
– Конечно, – согласился Арчи. Боится, с удовлетворением отметил он. Теперь – знает и боится. Вот так с ними и надо. Всем показать жужу, чтобы спрятались под лавку и не высовывали свои рыльца. – Вы как глисты, – сказал Арчи. – Заползаете в брюхо и гадите. Тащите свое уродство, мажете его по стенам. Вы уже одну мою страну прожрали и прогадили. Большую, теплую как сиська, ласковую. Теперь и за эту взялись, да?
Но когда концентрируешься на чем-то одном — упускаешь детали.
Мы думаем, что в жизни восторжествует справедливость, мы надеемся на это, бывает, лишь живем только ради этого, но лично в моей судьбе не было даже капли этой самой справедливости.
Книги быстро становятся скучными, если в них нет приличного злодея.
Оптимизм'-это недостаток информации
Просто мы, настоящие феи, до того впечатлительны, что стареем и молодеем так же легко, как вы, люди, краснеете и бледнеете. Горе – старит нас, а радость – молодит.
— Мля-я-я… — тихо протянула Якутова на десятой минуте сольного выступления Ростоцкого. — Ну ведь нормальный же мужик, пока не генерал.
— Ага, — также тихо, не разжимая губ, ответил ей Лёха. — Кросс бежать и то приятней.
— Заглохни. Слушай умного человека и делай одухотворённое, тупое лицо. Понял? Не просто тупое, как обычно, а чтобы на загляденье всем. Армейские это любят.
Денис делил женщин на пять категорий – по степени убывания красоты. С первыми тремя: богини, красотули, нарядные – с удовольствием водил знакомство. К остальным двум – «выговор родителям» и «мешок на голову» – относился со смиренным милосердием, но тщательно избегал.
Жадность и счастье никогда не встречались друг с другом,
Неудивительно, что они незнакомы.
Б. Франклин
Ну, здравствуй, - поздоровался болотник, улыбаясь. – Разве так встречают дорогого гостя!
Нервные клетки закивали. Гость им очень дорого обходился. Они уже готовы были выставить ему моральный счет и требовать компенсации.
– Это чем же вы думали, когда такое устраивали?
– Головами, – ответила я виновато. – Какие головы были, теми и думали. Простите нас – меня простите, Кларисса, как понимаю, уже обо всем рассказала…
Людям всегда нравятся результаты пролитого пота и дисциплины. Лёгкость, которую всем так приятно видеть, – это результаты десяти лет стёртых пальцев, неестественно вывернутых суставов и сбитых ногтевых пластин. Итог – изящество в белом, красота, нежность и возможность парить на пуантах – то, чего не добиться, лёжа на диване... Волшебство достигается только адскими усилиями.
- Время — это конкретный момент, который нельзя упустить! Только тогда оно есть. Если будешь сомневаться и пытаться избежать того, что уже неизбежно происходит, то время будет потеряно…