Мужу можно поручить кое-какую несложную работенку, например, вынести помойку или развесить белье после стирки, ну еще детей отвезти на занятия. Только поручение должно быть одно, да и выполнит он его, скорее всего, плохо.
У нас, баб, восхищение мундиром с наградами где-то вот тут, на подкорке записано.
Нажала на кнопку воспроизведения, врубила на полную мощность звук и на студию и принялась скакать под музыку, несмотря на то, что Гоша активно крутил пальцем у виска. Кто ж виноват, что он хочет сделать там лунку?
– Ты в своем уме?! Да нас с твоим танком на первом же перекрестке полиция за жопу возьмет!..
Нартай улыбнулся и разлил остатки «Вайцен-Корна» по кружкам:
– А мы с тобой, как партизаны – потихонечку, ночами и огородами.
И ведь что удивительно! Украинская девочка Наташа за пятьдесят лет жизни в Германии стала истинной баварской немкой – расчетливой и бережливой до скупости, со слегка ханжескими представлениями о правилах приличия, с неукоснительным соблюдением всех католических праздников, с болезненной чистоплотностью и поразительной энергией при ведении своего хозяйства!
Многогранность российского мата была беспредельна! Ругательства могли служить синонимами любой технической терминологии, названиями самых различных областей человеческой деятельности.
А вот такие вот… либералы, они не то что не патриоты, они антоним этого понятия. Как говорил один писатель, они словно дети, бьющие и поносящие свою мать, которые радуются всем её неудачам. Отрава, гнусь ещё большая, чем преступники. Потому что вреда от них масса, а закон в этом случае бессилен. Те, кто чернит свою родину за деньги, понятны и менее омерзительны — это просто шваль, для которых нет ничего святого, и странно ожидать от подобных благородства. Но нет хуже тех, кто действуют по убеждению, по собственному почину. Это какое-то уродство, душевная болезнь, настоящий садизм — находить удовольствие в чьих-то бедах, смаковать трагедии, измываться над чужим подвигом,
Два восхитительных метра комплексов и тараканов.
Её облик жирным оттиском отпечатался у него перед глазами. Вонзился огненным клеймом ему в мозг. Воткнулся кинжалом в живот.
А больше всего раздражало то, что его это раздражало.
Под таким взглядом обычно вилки гнутся и магниты к груди прилипают.
За мой язвительный тон в критических статьях и отзывах меня многие корили, но мук совести по этому поводу я не испытывала. Ведь вы не станете мoлчать, если встретите плохого врача. Да и безрукий парикмахер услышит от вас не один десяток ласковых слов. Так почему же я дoлжна прощать «мокрую липқую кровь» и зарифмованную к ней «любовь»?
Лучший способ справиться с соблазном - избегать его.
Люди, уверенные, что имеют право убивать — страшные.
— Страшнее чудовищ?
— Равные им.
... заговорила толстая леди голосом нежным, как китайский фарфор. В его мелодичных звуках цвели магнолии и жимолость.
– Молчание – золото. Повторите это про себя десять раз, пока я не решился на смертоубийство. Поверьте, я близок. Заранее благодарен за понимание.
Поигрались детки в 'Оттенки серого'.
Девочка в морге, мальчик в тюрьме. Размазывает сопли и уверяет, что все было по добровольному согласию. Просто девочка какая-то хрупкая попалась…
Даже комодский дракон жил — целый месяц.
— О Господи! Это-то откуда?
— Да привез один идиот, — пожала плечами ведьма. — И не сообразил, что после достижения массы в двадцать кило варан переходит на питание крупными копытными животными.
— И?
— Варан решил, что его хозяин — как раз такое.
Любовь – это основание. Основа всего. Любовь не рассуждает. Любовь не взвешивает. Любовь не рефлексирует. Любовь ничего не боится.
Вот взять бы их логику. И дать им ею же по голове!
Все в этом мире продается. Даже боги. Просто нужно знать цену.
Ни дня без подвига, ни сантиметра задницы без приключений!
Я все сильнее убеждался в том, что абсолютно все продается. Абсолютно всё… Кроме нервов.
... для мужчины стоит ему встретить ту единственную и впрямь не остается никого важнее в целом мире. Если ты все еще выбираешь, что для тебя важнее, то это всего лишь означает, что это не она.
- В этих полях живут души праведников! Те, что почитали богов и чтили предков! - важно изрек я, косясь боковым зрением на Катерину. - Не все удостаиваются милости попасть в поля Элизиума. Это - высшая моя милость.
- Высшая милость, это когда банк забывает о твоем кредите! - усмехнулась смертная. - Высшая милость, это когда застрявшие туристы доползли до консульства! А таких полей у нас за городом, хоть ушами ешь! Едешь - справа поле, слева поле! Не знаю, на счет Элизиума, а у нас это называется “Колхоз “Красная Звезда”.