Потрясенная, я хватала ртом воздух, моля богов дать мне сил не прикончить придурка. Все же дипломат, вещь полезная. Ведь не будет ничего страшного, если я сломаю ему челюсть? Он заткнется и перестанет нести бред. О, нарры, нельзя ему челюсть ломать, это его рабочий инструмент. Трибунал мой поступок не одобрит и не поймет. Даже если буду объяснять, что таким образом помогала мозгам Иррилия встать на место.
Раньше Митя себя считал самой главной и устойчивой частью жизни, а время - чем-то зыбким и суетливо сквозь него скользящим, теперь же единственно главным и извечным стал загнутый в прозрачное колесо оборот енисейского года, на который человек лишь наматывался, и на сколько витков хватит, одному Богу известно.
Первые дни по смерти тирана бывают счастливейшими для народов...
Г-дин? Да туда только буквы «а» поставить вместо дефиса и после «н» - и будет выражена вся сущность Енота Адольфовича.
Самокритика— вредный сорняк, но многие из нас привыкли считать его прекрасным цветком, хотя он и душит другие растения. Самокритика не только не мотивирует— она провоцирует болезни.
Люди – глупцы, своего счастья не понимают. В смутное время лучше всего дела вершить.
...перепады настроения меня не беспокоили больше года, и я уже было решила, что этой проблемы больше нет. Ты тешишься этой надеждой каждый раз, когда чувствуешь себя нормально достаточно долго, но неизменно ошибаешься.
— Я сделаю из вас первоклассную дебютантку! Вы будете танцевать как… как…
— Богиня, — подсказала Янира, припомнив слово самого мэтра.
— …антилопа, — закончил мужчина, поджав губы. — До богини даже я вас не дотяну.
У сердца есть свой разум, о котором наш разум ничего не знает.
...нет большего греха, чем рассуждать о том, чего не знаешь.
Ведь в итоге все на свете когда-нибудь кончается...
Биографии этих людей часто похожи на остросюжетные боевики. Когда я разговаривал с ними о прошлом, мне часто казалось, что все их проделки были не только ради денег — они как будто хотели стать героями книг и фильмов вроде тех, которые они так любили в детстве.https://www.rulit.me/books/vtorzhenie-kratkaya-istoriya-russkih-hakerov-read-586355-1.html
"Дурацкое положение. Ты вот умеешь танцевать, а я чувствую себя ущербным уродом. Контраст удручающий. Наверное, я парень недалекий, но я не хочу, чтобы все знали насколько."
Творцы создают свои шедевры хаотично, кто на заре жизни, кто на закате.
— Не знаю, что ты называешь минуткой, зато точно знаю: Сад спал слишком долго. Он запылён и скован оцепенением! Необходимо как можно скорее вдохнуть в него жизнь.
С психопатом вы отлично проведете время, но заплатите высокую цену.
Людская молва что морская волна.
Боже, чего у меня только не обнаруживали школьные доктора! И малярию, и тонзиллит, и чёрную желчь. Последняя болезнь, по утверждениям местных эскулапов, возникала на почве беспорядочного неуёмного чтения.
Книга – это переход через границу. Первые слова ее первой страницы становятся ключом к новому миру, о котором ты не знал до того, как раскрыл книгу. И этот мир постепенно открывается перед нами в воображаемой вселенной нашего ума.
Как часто бывает с достигшими вершин людьми, на него навалилась скука и меланхолия. Нередко груз свалившегося на голову богатства давит на человека, ломает душу.
Моим убежищем стали слова. Я часто уходила одна в школьную библиотеку и писала.
Каждая клеточка тела обновляется, заменяется; значит, и с воспоминаниями может произойти то же самое.
как обычно бывает после нескольких лет тяжких трудов над сложным произведением, у автора наступает спад – серый, унылый спад, депрессия, кризис воли: не знаешь, что делать дальше. Многие писатели испытывают такое чувство по завершении важной для них работы – это как бы своего рода смерть
В анонимном статусе он чувствовал себя лучше. В этом была своеобразная власть. Можно отрицать все что угодно, можно исчезнуть, если захотеть. Анонимность – это неразгаданная тайна, обладающая почти божественной властью.
Если изловчиться, то можно использовать кинжал, направленный на тебя, против твоих врагов. Элемент неожиданности даёт преимущество.