Мысли тянулись у него в голове, словно росчерки облаков на небе, — далекие, и будто не касающиеся его самого. У него было много женщин. Он даже перестал их считать. Все хотели Вилли — единственного наследника, будущего короля. Но любил ли его хоть кто-нибудь? Все эти девушки, приехавшие состязаться за него, — видели ли они его до этого хоть раз? Знали ли они, какой он, о чем мечтает?
Но вскоре молодая жена, преданно заглядывающая в глаза, разочаровала Пауля. Она оказалась не совсем такой, какой предстала перед ним на отборе. Чуть более резкая, обидчивая, назойливая… К тому же выяснилось, что у нее громкий раскатистый смех, и вместе с крупноватыми передними зубами, он вызывал стойкие ассоциации с ржущей кобылой. Король любил лошадей. Но не в своей спальне. К счастью, королева очень давно не смеялась.
- Леди Бригитта, вы не разденетесь даже здесь? — разбила повисшую тишину Паола Нэш. — Да что у вас там такого особенного под цветохроном?!
— Девичья честь, — сухо ответил Вейрон.
— Вам помочь? — спросил из-за двери Никита.
Я посмотрела на свое отражение — розовый лифчик в зелёных пятнах, красная, как ошпаренная кожа на спине, трусы, прилипшие к ягодицам, зелёные волосы… Если я впущу мальчика, он заработает психологическую травму, может даже вырастет и станет геем.
Пошла снова обходить дом. Нашла приоткрытое окно. Подумала, отправила смс Тане — «Лезу ночью в соседский дом. Имей ввиду». На что Таня ответила — «Да у тебя там уже абонемент». Никакого сочувствия.
— Тебе не приходило в голову, — Вика стряхнула собственноручно организованную гору папок и присела на стол, чтобы пригладить его волосы, — что все вокруг правы, а ты дурак?
— Приходило, — с Асиным простодушием признался Адам. — Но я подумал, какая разница, дурак я или умный. Предпочел мыслить категориями счастлив или не счастлив.
Объяснять постороннему мужчине свои психологические загоны совсем не хотелось. Обижать, конечно, тоже. Но я уже пришла к тому этапу развития личности, когда разумный эгоизм переходит в разряд плюсов.
Совесть не поверила, но немного успокоилась.
Видимо, к тридцати годам у всех женщин кукушка немного съезжает не в ту сторону, и желание обзавестись доминантным самцом отключает мозг.
Там, в груди, танцевало и искрилось сердце, а я стояла как громом поражённая.
Миг, и мужские губы растянулись в улыбке, которая не предвещала ничего хорошего. Вернее, кое-что хорошее в ней проглядывалось, но такие штуки не для приличных дев.
Улыбка обещала что-то зловещее, коварное и соблазнительное одновременно!
А мыслей было сейчас много, и они радостно сплетались в клубок, галдели и пихали друг друга локтями.
Конечно, в наше время, когда тебе девятнадцать, не иметь мужа и шестерых детей - позор, который не смоешь, даже если передешь жить в глухую тайгу.
Самец! Сердцеед, давно привыкший к тому, что девушки сами падают к его ногам и вешаются на шею. Этакий предельно уверенный в себе покоритель любых вершин. Сердечный альпинист.
... самый щедрый прилив не вечен, но море не знает и вечных отливов.
— Недостойно радоваться чужой беде. А иногда еще и глупо.
«Нет стыда в слабости. Слабость — шаг на пути к силе, ступень, которую не миновать, ибо нет сильных изначально. Слабость не отменяет справедливости, не мешает милосердию, не отрицает разума. Слабость — не оправдание, но и не вина. Делай то, что можешь по силе своей, и она сохранится. Делай больше хоть на волос — и сила твоя умножится».
— Самый распространенный типаж современного мужчины какой? Делец, владелец заводов и пароходов. Золотой мальчик — в крайнем случае. Потому что сейчас культ успешности. А успешность — это бабки. Поэтому сейчас мужик без бабок — и не мужик. А порядочность и большие бабки — вещи не совместимые.
Наблюдая за жертвой, преступник рано или поздно чувствует эмпатию к ней. Оборотная сторона стокгольмского синдрома, чтоб его.
— Не смотри на меня так! Тяжело в учении – легко в браке! Я не жена! Жена церемониться не будет! Как вынесет мозг – будешь знать!
Во взгляде принца читалось что-то вроде: «Умереть от смеха? Сейчас организуем!».
— Манипулировать теми, кто тебя любит, очень легко. — «Но очень гадко», — хотел добавить Демьян, но сдержался.
«Для того чтобы с умом обороняться от врага нужны минимум две вещи, но только врагов всегда с лихвой хватает…»
... если проблему можно решить с помощью денег, то это уже не проблема, а расходы.
Но тебе ведь хотелось и рыбку съесть и на елку влезть. Вот и получил ты рыбу в то самое место, которым на елке сидеть собирался.