После Петра наступили царствования, в которых правящие государством лица относились к России уже не с двойственным характером ненависти и любви, а с одною лишь ненавистью, с одним презрением, которым так богато одарены немцы ко всему славянскому, в особенности ковсему русскому. После этого тяжелого периода долго еще продолжались, да и до сих пор продолжаются еще, колебания между предпочтением то русскому, как при Екатерине Великой, то иностранному, как при Петре III или Павле. Но под влиянием толчка, сообщенного Петром, самое понятие об истинно русском до того исказилось, что даже в счастливые периоды национальной политики (как внешней, так и внутренней) русским считалось нередко такое, что вовсе этого имени не заслуживало. Говоря это, я разумею вовсе не одно правительство, а все общественное настроение, которое, электризуясь от времени до времени русскими патриотическими чувствами, все более и более, однако же, обезнародовалось под влиянием европейских соблазнов и принимало какой-то общеевропейский колорит то с преобладанием французских, то немецких, то английских колеров, смотря по обстоятельствам времени и по слоям и кружкам, на которые разбивается общество.
Болезнь эту, вот уже полтора столетия заразившую Россию, все расширяющуюся и укореняющуюся и только в последнее время показавшую некоторые признаки облегчения, приличнее всего, кажется мне, назвать европейничаньем; и коренной вопрос, от решения которого зависит вся будущность, вся судьба не только России, но и всего славянства, заключается в том, будет ли эта болезнь иметь такой доброкачественный характер, которым отличались и внесение государственности иноплеменниками русским славянам, и татарское данничество, и русская форма феодализма; окажется ли эта болезнь прививною, которая, подвергнув организм благодетельному перевороту, излечится, не оставив за собою вредных неизгладимых следов, подтачивающих самую основу народной жизненности.
<...> заглянул ему в глаза и не понял в них ничего. Он смотрел на меня на чистейшем венгерском языке.
Но это был он. Полуэльф, который, сам того не желая, изменил мою жизнь. С его легкой подписи я получила зачёт и отправилась на практику. И увидела бывшего в его истинном свете, разочаровалась, умерла, родилась заново.
Если есть в страхе смерти хоть одно преимущество, то вот оно - перестаёшь экономить деньги на чёрный день, потому что он уже настал.
- Обычно, всем моим знакомым девушкам, требуется не меньше получаса, и заметь ровно с того момент, когда они говорят, что готовы.
— Это клевета, Гарик. Миф о том, что женщина долго собирается, придумали мужчины, чтобы оправдать свою медлительность. Лично все мои подружки, включая меня, всегда ждем своих спутников.
— Вы сегодня просто очаровательны, — начал со стандартного захода кавалер, кружа мою тушку по залу.
— Вроде бы мы с вами еще в прошлый раз обо всем договорились, — шипеть с улыбкой на губах сложно, но я отлично справилась.
Дерюбе состроил невинную мордашку:
— Женщины же склонны к смене решений.
В репертуаре русских народных бахарей есть такие сказки, в которых в первую брачную ночь все испытания героя только начинаются, а не заканчиваются. Причём Змей Горыныч и Кащей, Морской Царь и чудо-юдо проклятое не представляют для нашего юноши опасности; а вот царевна, чья неприступная красота пленительна и коварна, заключает в себе для него самую настоящую угрозу!
Вот оно, то слово! Вот различие между его первой женой и второй. Он сжал голову руками. Джейн была пустым сосудом и пыталась свою пустоту наполнить дорогими вещами. Кассандра же... Кассандра была наполненным сосудом. Она не нуждалась во внешних украшениях потому, что была красива внутри.
я вдов, и у меня есть дочь, ей пятнадцать. Дочь я люблю, но что такое девочка? Это, по сути, чужой человек. Я ращу её для другого рода, куда она с возрастом и войдёт.
Мы меняемся и развиваемся. Невозможно дойти до какой-то точки и замереть там навечно. Чего-то не знать, не уметь, чем-то не обладать в данный момент времени-совершенно нормально.
Брак — это всегда компромисс между реальностью и ожиданием.
— А как же список людей, которые войдут в состав нового отдела по изучению запретной магии? — поинтересовался кто-то из первых рядов.
— Кого надо, я вызову сам, — довольно резко ответил Мастер Ревел. — Кстати, добровольцев я тоже назначу сам, так что можете не утруждаться.
Забавно. Добровольцев я назначу сам. А в чём же тогда добровольность-то?
Похоть так же командует людьми, как и любовь. Если не больше.
"Сколько, наверно, есть людей, на которых я всю жизнь смотрю и не вижу. Даже подумать страшно."
Как говорится в восточной мудрости, «когда дипломатия исчерпана, остаётся женщина». Или наоборот. От перемены мест слагаемых сумма не меняется.
И хотя Роран ненавидел войну, он не мог отрицать, что сражение с врагом обладает поистине притягательной силой.
однако критиковать подарок супруга – последнее дело.
– Алиса, в твоей жизни только ты принимаешь решения, – сказала мама, смягчив голос, – Только ты отвечаешь за свой выбор. – Я знаю, мам. Но как сделать всё правильно? – Кто сказал, что выбор обязательно должен быть правильным? – улыбнулась мама, – Выбор должен исходить из твоего сердца. А каким он будет – покажет жизнь.
...мы же не виноваты в том, что у нас с кем-то общая кровь, общие предки, частично схожий генетический код. Это не делает нас ни семьёй, ни тем более родными. Родственниками – да. Только родственники бывают такими, которых никогда в жизни и не видишь и, более того, ничуть от этого не расстраиваешься.
Запретным плодом было не яблоко , а сам змей.
Нет, сумку она все-таки не выбросила. Она затолкала в самую глубокую глубину шкафа-купе. Пусть лежит, как тайное предупреждение о том, что нельзя мнить себя самой умной, и наивно думать, что можешь всегда контролировать ситуацию.
техническое развитие не должно опережать морально-этическое. Иначе такой армагеддец наступит, что Бога сметет и чертям хвосты поотрывает.
Выбор — вот то, что определяет человека. Поступки, а не слова
На меня смотрело жуткое чудовище. Создавалось впечатление, что какая-то мадам согрешила с дубом. Или одинокий дровосек соблазнился дуплом.
Одна голова горюет, а две - о деле толкуют.