– Все дело в том, что я сама это пережила. С одной стороны, хочется, чтобы тебя любили. С другой – ненавидишь себя за это желание. Ведь любовь толпы ровным счетом ничего не значит, и ты сама это знаешь.
"–Зря они не дали ей сражаться, - прошептала мне Магдалена, прикрыв-шись веером. Прекрасная Юдифь на сцене жаловалась на свое положение в израильском обществе, полная стремления вместе с братьями дать отпор ордам захватчиков. Тронутая бедственным положением своих страдающих соотечественников, она поклялась отомстить ассирийцам. - Будь я главной, я бы позволила ей сразиться."
На самом деле, когда хочешь о чём-нибудь не думать, так обязательно только о том и думаешь.
Моя мать всегда говорила, что даже колдунья будет самой настоящей дурой, если станет действовать в одиночку. И еще она учила сначала думать, а потом действовать.
...сомнения при отсутствии альтернатив - это по меньшей мере глупо...
Если между тобой и Обинзе что-то произойдет, ответственность на вас обоих. Но природа несправедлива к женщинам. Дело делается двоими, а если возникают последствия - бремя только на одном.
Из разявленной матерчатой пасти на меня с лютой ненавистью таращилась огромная серая жаба. Конечно, может быть, виной злобному взгляду была банка с засушенными лягушачьими лапками на полке за моей спиной.
- Это Картер, - прошептала девица.
- Чего ты хочешь от жизни?
Я желал прошибить ее, выжать из нее ответ. А она понятия не имела о том, чего хочет. Она бормотала что0то о работе, о кино, о летних поездках к бабушке, о том, что мечтает съездить в Нью-Йорк и наведаться в "Рокси", перечисляла, какие бы по этому случаю надела наряды - вроде тех, что надевала на прошлую пасху: белую шляпку с розами, розовые туфельки-лодочки и габардиновое пальто цвета лаванды.
- Что ты делаешь по воскресеньям? - спросил я.
Она сидит на веранде. Парни ездят мимо на велосипедах и останавливаются поболтать. Она читает газетный юмор, она лежит в гамаке.
- Что ты делаешь теплыми летними вечерами?
Она сидит на веранде, она смотрит на проезжающие машины. Они с матерью стряпают воздушную кукурузу.
- А что делает летними вечерами твой отец?
Он работает в ночную смену кочегаром, всю жизнь он потратил на то, чтобы прокормить женщину с ее отпрысками, а взамен - ни уважения, ни любви.
- Что делает летними вечерами твой брат?
Он катается на велосипеде, он торчит у киоска с газировкой.
- К чему он стремится? К чему стремимся все мы? Чего мы хотим?
Она не знала. Она зевнула. Ей хотелось спать. Это уже было чересчур. Никто этого сказать не сможет. Никто никогда не скажет. Все было кончено. Ей было восемнадцать, она была очень миловидной - и пропащей.
Свободный выбор мужчины сотоит в том, чтобы выбрать женщину, которая будет управлять жизнью вместо него.
Душа общества, он изобретал самые веселые игры, и лучшие из наших танцорок всегда с радостью протягивали ему руку; все это так, хотя задорная веселость и нарядное оперенье не всегда были ему к лицу, ибо для этого он все-таки был слишком тяжел, слишком полон духа и мысли, – но ведь как раз тяга к глубоким размышлениям, гордость великими мыслями и служили у него связующим звеном между серьезностью и легкомыслием, между грустью и самодовольством. В общем же он был очарователен; в этом нельзя не признаться: такой открытый и добросердечный, в любую минуту готовый честно искупить свою провинность.
Стоит зайти в любви слишком далеко и потеряешь гражданство в той стране, которую ты сама для себя создала. Так и будешь плавать из порта в порт.
"И желаю верить, что доброта бесценна, что любовь должна преодолевать любые предубеждения, что богатство вовсе не то, к чему надо безудержно стремиться, что жизнь имеет смысл и что смерти не следует бояться."
Сорокавосьмилетний мужчина в пятницу вечером, в половине десятого, падает на кровать и спит как убитый — что ж, такова современная жизнь.
Вместе со всем остальным крокодилом. Аллигатором. Уля до сих пор не могла выучить разницу. Что-то там про форму морды? Нет? Хотя, судя по размерам этого чудовища, название у него было куда более древнее и куда более латинское и переводилось как что-то вроде «чудовищная пасть». Или там «тысяча зубов, мы устали считать».
Воспоминания могут составить целый мир, если вы сами им это позволите.
Закономерность очевидна: чем более длинную и изощренную прелюдию практикуют представители вида, тем менее их гениталии похожи на оружие и тем менее агрессивный характер имеет процесс совокупления.
Он сказал ей: "Это больше, чем секс", на что она решительно возразила: "Нет. Ты просто забыл, что такое секс. Это он и есть. Будешь вмешивать сюда другое - всё испоганишь".
Нельзя цепляться за мечты и сны, забывая о настоящем, забывая о своей жизни.
Два босяка сидели на взгорке, распивали полуштоф, любовались ногами прачек и рассуждали о смысле жизни. Краснощекая толстуха сидела напротив и орала в голос: – Ах ты, береза, ты моя береза, Все-то вы пьяны, я одна твереза!
Почему, когда мы оглядываемся назад, то вдруг то, что некогда было прекрасным, утрачивает свою силу из-за того, что скрывало тогда ужасную правду? Почему воспоминания о счастливо проведенных супружеских годах омрачаются, когда вдруг выясняется, что один из супругов все эти годы изменял другому? Потому, что в таком положении нельзя быть счастливым? Но ведь счастье-то было! Порой воспоминание уже тогда искажает впечатление о счастье, если конец был горьким. Потому, что счастье только тогда бывает полным, когда оно длится вечно?
Для ослабевшей памяти нет очков, дорогая моя.
- Добрый вечер, юноша. Прошу прощения, как говорите, вас звать?
- Микаэль.
- Ага, - гном задумчиво кивнул и я буквально всей шкурой ощутила, как по мне прошлись пронизывающим взглядом. - Пёс?
- Лис. Северный.
- Ага... песец, что ли?
Насторожившись ещё больше, кивнула. Какой умный гном! Вообще-то мало кто из местных разбирался в нашей иерархии и кланах. А тут какой-то гном. Странно...
Кровавый канцлер, чьё заклинание оказалось медленнее стрелы, выругался так смачно, что у меня уши чуть не завяли. Я, конечно, тоже не придворная дама, и позволяю себе иногда пару бранных словечек, но не пятиэтажных же.
Нынешний мир слишком грязен для деликатных и благородных людей.
... человеколюбие должно иметь какие-то пределы. Великий мудрец Гёте на старости лет писал своему другу Карлу Цельтеру, который одно время помогал композитору Мендельсону, что добрые дела нужно делать не всегда. Что иногда необходимо от них воздерживаться.