«Жень, да всего‑то один раз только было! Ошибся. Был нетрезв и оступился», — развёл руками, пока я медленно умирала.
Я «синий чулок», ботан, прошлый век, постоянно в земле ковыряюсь и еще ку-ку немного – с деревьями и растениями разговариваю. Не музицирую по вечерам на фортепиано, не вышиваю крестиком, не хожу на дискотеки и в клубы, не тусуюсь, не состою в социальных сетях, не делаю селфи, не чатюсь, не постюсь и даже не умею водить машину.
Присмотрись... Только смотри не глазами – сердцем. Если хочешь, душой.
— Отряд, какой Отряд? — Ночной, — пробормотала я. Весь вечер я пластом лежала на кровати, уставившись в потолок. Двигаться не хотелось. — У них там менталист заболел. Говорят, от пули простудился. — А-а-а. Ясно, — сказала бабушка, возвращаясь к любованию на себя в зеркале. — Я тебе вот что скажу, у них теперь не один больной менталист, а два. Один — простывший, а у второго беда с головой. Если что, это я на тебя намекаю. Скажи-ка мне, Ева, какой из тебя боец? Ты хоть раз в обычной школьной драке участвовала?
Над ухом раздался смешок. - Вот уж не думал, - шутливо произнес Адриан, разглядывая комнату, - что у меня когда-нибудь соберется столько зрителей. И все как один – члены моей расчудесной семейки. Ох … В пылу страсти я как-то умудрилась забыть, что большая часть стен все еще была увешана фотокарточками Леконтов, и теперь чувствовала легкую неловкость от неживых темных взглядов из каждого угла.
Дело не в том, что кто-то проявляет интерес. Дело в конечной цели, которую этот человек преследует. Фальшь никогда не бывает привлекательной.
Тот, кто оправдывается, уже признает себя виновным. В столицу следует въезжать с победой.
По натуре своей они – домоседы, и их дом – судно – всегда с ними, а также и родина их – море. Все суда похожи одно на другое, а море всегда одно и то же.
Факты — упрямая вещь, а они заключаются в том, что, по мнению современных западных биологов, корни поведения человека лежат в его генетической природе. Следовательно, двадцатичетырёхлетний убийца является убийцей потенциальным и в два, и в три, и в четыре года. Разумеется, так же, как гениальный математик или музыкант.
Надо быть человеком. Куда бы ни занесла тебя жизнь, какие бы вензеля она ни выписывала, надо оставаться человеком. Иногда даже вопреки своим желаниям.
- Однажды небо рассмеется, глядя на тебя. А ты... Ты просто улыбнись ему в ответ. (с) Карси
Глупо разрушать, еще ничего не построив.
***
Мораль есть вопрос обычаев.
***
Я хотел создать правительство порядочных людей, не осознавая, что ни одна страна не располагает достаточным количеством порядочных людей для того, чтобы сформировать правительство.
***
Нет другого Бога, кроме того, существование которого отвечает нашему желанию.
***
Когда вы, воины, бросаетесь в бой, вам вечно недосуг поразмыслить о том, какое зло вы можете причинить нам, женщинам, которые остаются сзади, получая удары и при этом не разделяя с вами славы...
***
Могут меняться столетия и даже пейзажи, но люди-то остаются прежними и, в итоге, становятся единственными героями одной и той же, тысячу раз повторенной трагедии, как бы ни менялось время или пространство.
– Мы все здесь паломники, в Вечном городе, даже его жители, – сказал как-то мой римский знакомый. Лучше не скажешь.
Почему этот парень сидел в машине? Он поднял книгу и начал читать. Он читал? Сидел на парковке во время выпускного вечера и читал?
Хрустящие бумажки под пальцами — одно из приятнейших тактильных ощущений.
Я никогда не понимал, как можно говорить одно, а делать совсем другое. Клясться, что любишь, и ранить любимого человека. Дружить и легко забывать о друге. Принадлежать одной семье и ничего не знать друг о друге. Провозглашать высокие принципы и не следовать им, утверждать, что веришь в Бога, и поступать так. словно Его нет, мнить себя героем и поступать как сволочь.
А что такое жизнь, как не цепь вдохновенных безрассудств?
Умные люди не делают скоротечных выводов по обрывкам случайно услышанных фраз. Только скудные умом.
Иной раз прекрасные глаза ранят куда больнее, чем свинцовая пуля.
Ведь у страха своя магия: чем страшнее, чем больше леденит душу, тем притягательнее.
Жалость оскорбляет. Она подразумевает, что ты чем-то лучше человека, которого жалеешь.
Кажется к лету я приползу с языком на плече.И все два месяца каникул я буду лежать,причём неважно где:в школе,в доме Кеймана,в съёмной комнате с тараканами и трактиром на первом этаже.Просто буду лежать и чувствовать,как болит мозг.
...счастье – в равновесии.
Если с Рианом все в порядке, за какой Бездной ты ко мне сунулся, остолоп мертвоходящий?
Ничуть не обидевшись, напротив как-то странно улыбнувшись, Савен пояснил:
- Уже живоходячий.
- И? - лениво раздраженное. - Мне исправить это досадное недоразумение?!
Человечество прекрасно умеет создавать ценность из ничего. Объекты становятся ценными не потому что полезны, а потому что их мало, как алмазы или старые дискеты во времена лихорадки.