Почему мы утратили способность жить во времени, как рыбы живут в воде, а птицы - в воздухе; почему мы разучились жить, как дети?
Wyrd bið ful ãræd. Судьба неумолима
(...) писатель, объяснял сам Бартелми, становится писателем, "выбирая себе отцов. Поначалу я думал, что дальше Хемингуэя в писательстве зайти невозможно... тогда я даже не знал о существовани фон Кляйста... ничего не знал о Кафке, а как же можно писать, не зная хотя бы того, что был такой Кафка?.. Читая все больше, и в свою иерархию набираешь все больше отцов. А уже затем, призвав двадцать-тридцать отцов, возможно, рождаешься сам..."
Если думать о других людях более позитивно и реалистично, будет гораздо легче избегать конфликтов и налаживать продуктивные личные и профессиональные отношения
Куда бы ты ни отправился — ты всюду будешь обязан выполнять работу, которую считаешь не правильной. Это основное условие существования жизни, тебя всегда будут принуждать насиловать собственную совесть. В определенные моменты каждое живое создание обязано так поступать. Это всеобщий мрак, крушение мироздания; проклятие в действии, проклятие, которое лежит на всей жизни. В любой точке Вселенной.
Это вообще проблема людей, посвятивших свою жизнь гуманитарным занятиям и потому воображающих, что со злом покончено, коль скоро оно выведено в книгах
Земля тяжко застонала. Тоскливый и яростный вопль огласил окрестности; вокруг погрузившегося в земную плоть клинка вскипела тёмная кровь. Лицо Санделло побелело, но горбун даже не дрогнул.
Когда тонут — топора сулят, а как спасутся, то и топорища не допросишься!
...одежда сама собой спадает с женщины, которая хочет, чтобы ее раздели.
О, женщины! Слава богу, нет никакой нужды иметь мнение о женщинах. Женщины подобны воде. Они могут искушать, так же как предавать; могут быть такими, знаешь ли, бездонными и такими поверхностными. И такими грязными
Кризисы, которые переживает человек, точно так же, как и кризисы целых народов, осознаются как таковые, только когда остаются в прошлом.
Истинной живут, её не преподают
Уважайте гордость львов и не делайте из них узников зоопарков. Уважайте гордость собак: не давайте им жиреть. Уважайте гордость своих соплеменников и не позволяйте им жалеть себя.
Уважайте гордость покоренных народов и позволяйте им чтить отца и мать.
Then began a long correspondence, not between Gertrude Stein and T. S. Eliot, but between T. S. Eliot’s secretary and myself. We each addressed the other as Sir, I signing myself A. B. Toklas and she signing initials. It was only considerably afterwards that I found out that his secretary was not a young man. I don’t know whether she ever found out that I was not.
И они радовались поутру, радовались, вовсю радовались, играли, плясали темными вечерами вокруг одинокого фонаря. Но был в сердце каждого уголок, где прятались тревога, г лубине глаз затаилась тьма и выдавала, какова их жизнь.
Настоящая романтика должна быть более личной.
Между нами стояли тысячи преград, но любовь оказалась сильнее. Она их разрушила.
Всё, наши отношения безвозвратно загублены даже не начавшись.
А зори-то здесь тихие-тихие, только сегодня разглядел... И чисты-чистые, как слёзы...
Виниция эти слова поразили, и, придя домой, он задумался над тем, что, возможно, доброта и милосердие христиан и впрямь доказательство их малодушия. Люди твердые, закаленные не могли бы так прощать. Не в этом ли, подумал он, причина отвращения, которое испытывает его римская душа к этому учению. «Мы умеем жить, сумеем и умереть!» – сказал Петроний. А они? Они умеют лишь прощать, но им неведома ни настоящая любовь, ни настоящая ненависть.
Века идут – ничего не меняется. Делают исполнители, выгоду получают руководители. Не так уж наши предки от нас и отличались, похоже. Мне это, кстати, и до того в голову приходило, когда я «Повесть временных лет» штудировал на втором курсе. Если копнуть поглубже, то можно увидеть, что это не исторический документ, а детальное описание разноуровневых бандитских разборок.
Любовь – такая же работа, как и любая другая, бесконечное приложение усилий.
“Человек и его творение столкнулись.”
Больнее всего бьют те, кому ты доверил спину. Пустил в душу. Доверил своё сердце. Душа черствеет, а сердце превращается в осколок льда.
любви женщину может научить только мужчина. Как и мужчину только женщина.