Тогда мне было легко угодить. Потому что, когда ты впервые влюбляешься в кого-то, достаточно всего лишь имени. Достаточно просто видеть, как твоя рука пишет это имя.
- Сатана здесь?
Вопрос был простой, на него можно ответить "да" или "нет", но Чаффи почему-то растерялся.
- М-м...кто?
- Сатана, сэр.
А у нас почему до сих пор о Сталине тоскуют? Потому, что общество в целом морально незрелое. Нужен царь, строгий отец, который при случае может и кнутом отходить, и пальцем погрозить.
Внушите человеку, что ему необходимы водка, табак, опиум, и все это будет необходимо.
Никогда ей не нравилось ходить стадом, а уж стадом любить - просто противно.
«Ты ничего не исправишь, если будешь валяться, как деревянный человек».
– Советую вам идти домой, мэм. Ждите. Готов поспорить, она вернется. Вы ее явно любите. Иногда наши дети не видят того, что у них прямо перед глазами.
Менять надо не внешний мир, а внутренний. Нужно лечить душу народа и каждого в отдельности. Конечно, на это уйдет много лет и даже поколений и у нас с тобой не хватит сил довести дело до конца.
- Голова у меня... побежала!.. - Завтра догонишь.
Она его ненавидит, как ненавидит все, что прежде любила.
Вот тогда я всё поняла. Нужно было молчать и притворяться правильной, хорошей дочерью. Так я и делала все эти годы.
Понимает ли он, что с ним поступят также, как он со мной? Цену дружбы он уже показал, почему он думает, что его друзья отнесутся к нему лучше, чем он ко мне?
— И наконец, я вообще сапиосексуал.
— Кто?! — Не то чтобы я не знала значение слова. Но услышать от Рю его не ожидала.
— На дур не встает.
– А ты, добрый молодец, небось, какое бесстыдство надо мной учинить хочешь?
– Да что ты, бабушка! И в мыслях не было!
Бабушка щелкает предохранителем.
– А придётся.
Господи, сэр, корабль, он ходит в море пока не потонет; и, Господи, сэр, для того его и строят, чтобы он потоп...
А чего я орать—то должен?
— А у тебя всегда так. Толком не разбираешься, всегда психовать начинаешь. Взрослый мужик но с повышенной эмоциональностью.
Никто из нас не знает, что скрывается иногда за благообразной внешностью человека, сэр. Все мы – только одна видимость....
У меня был коллега с милой привычкой хватать сидящего рядом человека за локоть или коленку. Ни на что «такое» он не намекал, но за эту привычку часто страдал лицом, особенно при общении с девушками.
Нужно быть очень мудрым, чтобы сделать человеку добро.
Кухня... но, эй! Почему опять крики? Что вы , призраков никогда не видели?!
Так. Тетка, ты зачем швырнула в меня кастрюлю с горячим супом? Вон, какого-то бедолагу ошпарила.Мужик...эй, мужик, добром прошу - не надо целиться в меня бараньей ляжкой! Я ж пригнусь, а кому-то достанется. Ну вот! Что я говорила? Поваренка чуть не угробил! А ты, придурок, на кого ножом замахнулся ? Что-о?! Какая мымра? Щас как двину меж ушей - все прыщи в салат осыплются!
Каждый из них сам по себе был ничем, а вместе они были три мушкетера.
...молодые аристократы покивали, и было видно, что каждый думает о своей печали. И если их печаль лежала в плоскости проблем отцов и детей, то моя заключалась в том, как бы потратить кучу денег, чтобы заработать две кучи.
«I’m always suspicious of people who seem too well balanced.»
«праздность порождает неудовольствие, беды, дурные поступки, пустые шалости.»
- Я тогда был молод, не сдержан и глуп..
- Был?- показательно дивился мастер. - Ты смотри, как он верит в лучшее.