Одет этот фрукт неведомый был вроде и просто, но держался так, что сразу понятно: если и пальцем делали, то палец был с позолотой.
Аушвиц был лишь современным промышленным применением политики уничтожения, на которой давно уже покоилось европейское мировое господство.
Сейчас он чувствовал себя так, словно покидал собственное тело и теперь, вернувшись в пустовавшую оболочку, никак не может устроиться в ней как следует.
С мертвыми всегда есть о чем поговорить.
"Я люблю его! Я всегда буду любить его! Я обещала ему, что мы будем вместе!"- я кричала это в своей голове, потому что слова были слишком зазубренные, чтобы вытолкнуть их. Они скребли, как гвозди в горле.
Вот чем поэзия хороша: она говорит нам то, чего нет и что не только лучше того, что есть, но даже больше похоже на правду...
Любовь- это доверие, желание вместе состариться, это когда знаешь человека до малейших недостатков и тебя это не отталкивает....
Тот, кто в свое время надзирал за полмиром, теперь сам под надзором; все полицейские приемы, рожденные его изобретательным гением, применяются его учениками и подчиненными против своего бывшего учителя.
- Ты смотришь на меня так, как будто я собираюсь выпрыгнуть из кареты, – подколола я.
- Не исключаю.
- В Тевете есть поговорка: на переправе коней не меняют.
- В смысле, я конь? - в лице Кайдена мелькнуло недоумение, и мне стало смешно.
Такое свойство русского человека, так-то он мирный и спокойный, но любая агрессия в его сторону включает режим атаки. Сам пришел? Сам и нарвался. Тут и зароем, если что.
Идти под ручку, вместе молчать и слушать тишину — это ведь тоже общение. Если рядом с кем-то молчать неловко и тягостно, то разговоры вряд ли исправят ситуацию.
Сказки и их герои никуда не делись. Они там, где и были всегда, во Владимирских лесах и нижегородских озерах, в пермских пещерах и вятских чащах. Надо лишь уйти с проторенных троп и пошире открыть глаза, а главное, быть готовым к чудесам. И тогда чудеса обязательно случатся!
Личная жизнь – это предприятие, в которое нужно вкладывать силы
...Я уже и есть не могу — еще прошлые пироги не переварил, а мне гору следующих навалили. Понятно теперь, откуда у Саши такой аппетит. Ей пришлось его развить, чтобы выжить...
Каждый выбирает по себе
Женщину, религию, дорогу,
Дьяволу служить или пророку.
Каждый выбирает по себе.Каждый выбирает для себя
Слово для любви и для молитвы.
Шпагу для дуэли. меч для битвы
Каждый выбирает для себя.Каждый выбирает для себя
Щит и латы, посох и заплаты.
Меру окончательной расплаты
Каждый выбирает для себя.
Ю.Левитанский
Я, как медик, была в курсе этой маленькой детали, а вот, судя по ошарашенным лицам в группе, некоторые – нет. Что тут скажешь? Надо лучше читать то, что подписываешь.
Тебе кажется, что ты никому ничего не можешь дать, но на самом деле даже тридцать рушек или тарелка супа могут спасти чью-то жизнь, потому что люди умирают по трем причинам: старость, болезни и разочарование.
Если с первым мы ничего не могли сделать, а для второго нередко требовались огромные деньги, которых у нас не было, то третье по силам было исправить каждому. Иногда людям просто нужно сохранять веру в добро, а что это — добрая улыбка, тарелка супа или две недостающие монеты, — на самом деле неважно. Важно душевное тепло, которым ты делишься в этот момент.
«Только когда выпьешь из реки молчания, запоешь по-настоящему. И, когда достигнешь горной вершины, начнешь свой подъем. И, когда земля позовет твою плоть, пойдешь ты в пляс».
- Это, наверно, Мирмидоны, они раз в пять лет пролетают мимо Марса к Земле. Меня в самую гущу занесло. Кругом точно огромный калейдоскоп... Тут тебе все краски, размеры, фигуры. Ух ты, красота какая, этот металл!
— Простой девке легче живется, чем благоразумной барышне. ... Делай, что хочешь, говори, что хочешь - свобода! Скажут только: «Эта дура опять начудила!», и все. А барышне высокородной и шагу ступить нельзя без одобрения родственников мужского пола.
Между лучшими друзьями не должно быть никаких секретов.
Громыхнул гром. Сидящая неподалеку от нас горгулья с грустью констатировала:
— Началось.
— Хуже пьяного Эллохара только Эллохар трезвый, — подтвердил висящий в воздухе вампир.
Какой- то маленький демоненок со змеиным хвостом осведомился из-под стола:
— И что, уже можно идти? Правда?
Незабываемая гамма эмоций на лице Эллохара, и с тихим стоном он спросил у крылатого:
— А что я сделал?
— Ооо, — Хардар, судя по всему, был уже тоже трезв. — Помимо того, что согнал всех встречных в таверну и заставил пить с тобой всю ночь? Не знаю, меня ты встретил по дороге, я тебе горгулий помог загнать.
— Точно, — Эллохар поморщился, — эти ядом плевались, а еще шипели.
Со смертью можно смириться: через какое-то время боль сменяется воспоминанием. Но если не знать, что сталось с человеком, которого любишь, остается одно сомнение. И оно не оставляет тебя, пока ты не получишь ответ.
Никогда больше не взваливайте на меня груз ответственности за ваши чувства, магистр Эллохар.
Когда успело так пролететь время? Всего два года, а мы уже чужие. Вроде вчера только школу закончили. Вчера только все ссоры казались временными и ничего не значащими. Пустые споры, после которых запросто можно было подойти, шарахнуть по плечу и проорать: «Ну, что надулась, старуха?!».А теперь мы были в одном городе, но так далеко друг от друга. И те ниточки, что соединяли нас когда-то, теперь оборвались, превратившись в целую пропасть.Эй, жизнь!Мне не может быть столько лет! Мне их подкинули! Ау!