В голове проскальзывает дикая мысль: вжать педаль газа до упора и сбить его. После сдать назад и проехаться по его трупу. А потом ещё раз. И ещё. И ещё.
Он протянул руку и просунул её под наброшенную на плечи жены куртку, а безошибочно найдя тонкую, гибкую талию, положил на неё ладонь уверенным жестом мужчины, имеющего полное право.
- Отдохни ещё немного, - притягивая девушку к себе, шептал дорин простые слова, но Лиарена слышала за ними истинную заботу, нежность и тщательно скрытую тревогу.
И это было именно то, чего втайне хотелось её сердцу, накрепко связанному путами правил и законов, строгим воспитанием и собственными принципами.
Ума не приложу, почему люди называют катание на лыжах "зимней забавой". Хотя, возможно, со стороны это действительно забавно...
Нужно думать о прекрасных вещах, изо всех сил. В мире столько прекрасного, если оглядеться. А ты смотришь себе под ноги, Джимми, там ничего нет, кроме грязи.
Двадцать с лишним лет прошли, а в сухом остатке двое прекрасных детей, гипертония, гастрит, невроз, паршивый характер и обострившаяся подозрительность.
Физически я нисколько не страдал, но душевным мукам не было конца.
Не стоит сваливать все на Господа Бога. И тем более это не занятие для астрофизика...
- А тебе вообще что-нибудь во мне нравится? Варя обернулась. Сумел-таки… удивить. Снова. - В каком смысле? – только тут сообразила, что скалка все еще в руках. Положила со стуком обратно на стол. - В прямом смысле, - Тин невозмутимо отхлебнул чая. - Должно же тебе что-то во мне нравиться. - С чего бы это?! – фыркнула Варвара. - Да потому что ты умная девушка, Варвара Глебовна. Очень умная. А с чего умной красивой девушке встречаться целых три… Три! – он поднял указательный палец. – Трижды встречаться с мужчиной, который ей совсем ничем не симпатичен? На прирожденную страдалицу и любительницу хождения по граблям ты не похожа. Меркантильный фактор я тоже исключаю. Значит, что-то есть. Хотя бы что-то одно. Что тебе во мне нравится. Что это, Варь?
Под старость жизнь такая гадость…
Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно.
"Знай, мой мальчик: благоденствует не страна золота, а страна железа."
…и время… совсем как взятый напрокат костюм… я никак не могу к нему приспособиться.
О, люди постоянно настороже: им мерещится, что их обманывают, разыгрывают, водят за нос. Каждый мнит себя этакой важной персоной, ради которой был затеян бесконечный спектакль, полный коварных замыслов и интриг, тщится заранее разгадать планы злоумышленников и искренне гордится своим могучим умом после каждого нового «разоблачения»…
– Я поняла, что не все зависит от нас. Иногда мы не можем изменить… совсем ничего не можем. Если что-то суждено, то нам самим уже ничего не исправить.
Раньше я не верила, что люди меняются, но теперь, пожалуй, верю.
Настя очень изменилась за год, прошедший после нашей свадьбы с Игорем. Она менялась постепенно, мы даже не замечали этого. Пока однажды утром я не вошла в детскую и не обнаружила её со своим сыном на руках.
«Гришка плакал, — сказала она смущённо. — А ты и так всю ночь не спала… Я его укачала. Ничего?»
«Ничего», — ответила я, и Настя сразу расцвела.
Я знаю: чувство вины будет преследовать её всю жизнь. Так всегда бывает с хорошими людьми, что бы они о себе ни думали.
Так Игорь мучается из-за Андрея, так я виню себя за то, как относилась к матери в последние месяцы её жизни. И так же будет с Настей.
Мы оставили наши лабиринты позади, но всегда будем помнить о них.
Зачем?
Чтобы больше не заблудиться.
Вот пойдут детишки, - я-то умру, а часть меня все-таки останется на свете... Нечто вроде иллюзии бессмертия.
– нельзя доверять мужчине, которому от тебя что-то нужно. И который вот так улыбается, что начинаешь задумываться, а так ли важны они – эти принципы.
"This is a fine country you`ve got here," he said to Antrobus II. "Such a fine place. A nominal leader who should have been in a sepulchre a week ago and a military full of inbred psychopaths." They walked a little further. "A little bit like Imperial Rome, really."
Знаете, Блэквуд, по роду свoей профессии мне зачастую приходится общаться с редкостными идиотами. И я успокаиваю себя формулировкой «уникальные собеседники».
Мужчины существа нежные.
Особенно те, которые твари.
- Существующую родню, конечно не выбирают, но всегда можно выбрать, с кем из них общаться, а с кем нет.
Ожидание всегда хуже самого наказания.
...разочаровываться в людях не страшно. Хуже если ты продолжаешь с ними общаться. В мире 20 миллиардов человек. Нет смысла держаться за кого-то, если он тебя подвёл. Лучше выкинуть его из жизни.
Вокруг великих всегда вьются грязные сплетни. Не стоит обращать внимание…
— Что это за обезьяна? — спросил майор. — Эта обезьяна — чистокровный австралиец, — ответил Паганель.