"Было такое впечатление, будто последнее мгновение его жизни неожиданно растянулось, - так воспринимает время человек, падающий в глубокую пропасть, когда каждая секунда превращается в вечность и длится, пока и само время не исчезает навеки".
Человек сам по себе ценность. Хоть как его выряди, ценность его от этого не меняется.
Угловатая, дерзкая девчонка со странной магией занимает свое место в руках истинного мага. Сына Хейза. Сына Ордена. Немыслимо. Сейчас же истинный маг сжимает иную в своих руках и делают вид, что она безопасности. Что он защитит от всего мира. Что она на своем месте.
Это нам только кажется, что мы из них (сказок) вырастаем, а на самом-то деле, они просто чуть лучше от нас, взрослых, прячутся.
– Доброе, – буркнул Лэшел, скользнув по нам взглядом, а затем я увидела, как его глаза изумленно расширились. Понятно, магистр уже дошел до того уровня ментальной магии, на котором можно видеть сквозь иллюзии. – Это же…
– Да, – согласилась я.
– Но ты же не…
– Не вампир, – подтвердила я.
– И тебя взяли на обучение в…
– В некотором роде. – Мне не хотелось вдаваться в подробности о том, как я обучалась владению сардами.
В покои Краст поднимался, когда я уже спала, а утром исчезал до моего пробуждения. Правда, до тех пор, пока однажды вечером я не обнаружила, что половина кровати залита чем-то мокрым и холодным!
— Я случайно, — ныла Анни, хлопая глазищами.
— Врешь! — разозлилась я.
Девчонка стыдливо кивнула, но тут же вскинулась:
— Так надо, лирин! Я же вижу, что ты совсем в этих делах темная, хоть голова и светлая! Ресницы не чернишь, губами вот так не делаешь! — и прислужница сложила губы бантиком. — И мне запретила, а я бы научила, как надо! Смотришь прямо, кто же так на мужчину смотрит! Да еще и на хёгга! Вот он к тебе и не прикасается, не приходит даже, а время-то идет! Скоро и не останется его, времени! А дары? Так и будешь в одном платье ходить, лирин! А так поневоле придвинется, лед в кровати — дело проверенное!
Ну, хоть не навоз, мрачно подумала я.
Ругать Анни оказалось бесполезно, девчонка горела искренним желанием помочь глупой чужачке и не понимала, почему я злюсь.
— Я еще много способов знаю, ты не переживай! — жарко выдохнула она, и мне совсем дурно стало.
Да уж, со сноровкой Анни надо было сразу в Варисфольд подаваться — окручивать местных богатеев. Вот там бы девчонка развернулась!
Девушки скрывали свою невинность, супруги - верность. Разрушение считалось хорошим вкусом, неврастения - признаком утонченности. Этому учили модные писатели, возникающие в один сезон из небытия.
– Не родился еще тот человек, который заставит меня отступить…
Аделия прыснула и рассмеялась в голос:
– Блин, я уже думала, все, упустила свое счастье… Никто больше массаж не сделает… И пловом не накормит… И не обогреет…
– Смейся, смейся. Ты сейчас бросила мне вызов… – Он добавил газу, подгоняя машину вперед. – Я ей душу изливаю, в любви практически признаюсь…
– В любви-и-и?
– В любви, да, практически. А она такая «Макс», «Макс»… Мымрикова – она и перед новым годом Мымрикова…
– Кажется, я тебя люблю, – произнесла она, несколько раз сглотнув. Кажется, я забыл сейчас, как дышать. Я крепко обнял Кэт и в тот же миг осознал: если придется, я спалю ради нее весь мир, и даже больше. Сделаю все.
Никогда не поздно! Даже если уже поздно.
Кто добрый, у него глаза светлые, чистые, – орк указал на озеро, – а злой, он мутный, темный и… грязный, – шенге указал на лужу у озера. – В глазах доброго видна истина, у злого искажено все.
Путь – это когда достигают того, что мысли народа одинаковы с мыслями правителя, когда народ готов вместе с ним умереть, готов вместе с ним жить, когда он не знает ни страха, ни сомнений.
"...надо избавиться от старых переживаний и простить тех, кто причинял им боль, чтобы жить дальше свободными"
– Если так будет продолжаться, ты так и состаришься в одиночестве, Анна!
Анна расхохоталась и вышла из машины. Если бы ей давали монетку всякий раз, как она слышала эти слова, она бы купалась в деньгах.
У меня странный организм. Я не помню случая, чтобы работа утомляла меня. Зато безделье меня изнуряет.
Бабочки меня не волнуют, милая. Бабочки живут один день. ⠀
Несчастье обычно обрушивается,случай-подворачивается,а счастье-подваливает;значит,надо с опаской поглядывать на небо,с интересом-под ноги и с надеждой-по сторонам.
-Да. - Она взглянула на него. - Один из двух всегда бросает другого. Ведь вопрос в том, кто кого опередит.
– Все маги законченные собственники и свято чтят простую истину – в жизни нет ничего дороже любви и здоровья любимых.
— Мы с тобой никогда не обманывали друг друга, и изо всех только, ты смог стать моим постоянным спутником и другом. Но счастье — такая странная штука… Как тут можно что-то предсказать? — он помолчал. — Когда-то я тоже был помолвлен и готовился к свадьбе. Но я тоже не такой, как другие, только это не проявилось внешне, как у тебя. И моя невеста, с которой я был готов разделить Пламя и Чашу, меня испугалась.
— Но ты же не был женат! — воскликнул я.
— Да, я так и не женился, а сумел найти в жизни свою дорогу и свой интерес.
— И что же? — спросил я.
— Да все это, — он обвел руками все находившееся в доме.
От грозного жутковатого оклика за спиной Руся вздрогнула и, не поворачиваясь, попыталась боком забежать в кусты. Почему в кусты - понятно: пряталась, почему не поворачиваясь, ведьма тоже знала - посмотреть в глаза врагу завсегда страшно, а вот почему боком - это осталось тайной даже для нее самой.
— Ну так слушай, что я тебе скажу: пока не выходишь из комнаты, ты как будто в материнском животе. Ты не родился, а значит, не рискуешь умереть. А раз не рискуешь умереть, то и жить можно не торопиться. Можешь всю жизнь… не жить.
Вот преимущество юности: в одну секунду тебе кажется, что мир рухнул, а в следующую ты уже выбираешь обломки и примериваешь их для построения нового
Чейз: У тебя хорошо получается тайком пробираться в определенные места. Мэдди: Например, куда? Чейз: В мое сердце. < Чейз удалил сообщение>
– Кстати, это часть той игры, в которую приходится играть в моем каньоне. Здесь ты делаешь то, что тебе не позволяют делать на экране. Так сказать, слегка мараешь свое лицо. Ведь потом, в понедельник утром, можно почистить зубы, надеть на себя улыбку и продолжать корчить из себя добропорядочного американца. То есть принимать тот образ, который нравится людям, несмотря на то, что это чистой воды иллюзия. Когда тебя никто не видит, ты можешь быть самим собой. Делать все, что тебе по душе. А на людях нельзя позволять себе ничего такого, что может разрушить их мечту. Они должны верить в то, что ты само совершенство. Но если каждый божий день соответствовать идеалу, со временем можно сойти с ума. Все, кто побывал здесь, были далеко не совершенством, но их это не слишком заботило.