Не зря говорят что прислуга знает о хозяевах больше чем они о себе сами.
Я поморщился. Все, как всегда. Мужчины говорят либо про футбол, либо про женщин. Футбола в этом мире нет.
О, женщины – это oтдельное мироздание! Там, где мужчины поссорятся и подерутся, а через час выпьют и помирятся, женщина отомстит, затем забудет и еще раз отомстит. Если кто-то останется в живых,то отомстит контрольный раз и только после этого… но не факт! Может быть простит. А может и нет.
Выругалась и отцепила лямку от подобия дверной ручки, в очередной раз убеждаясь в житейской мудрости: одежда цепляется за что угодно ровно тогда, когда ты и так уже злая, как ужаленный под хвост черт.
Хлеб в карман – это ли не жалость в голодное время?
До чего же непонятливы эти мужчины. «Я так доверяю тебе»… Так доверяю, что могу изменить, оставить тебя одну и не допустить и мысли о том, что ты можешь поступить так же. Просто замечательно!
Мужчины что, вьючные животные, взва-
лили поклажу и тянете бремя. Не просить о помощи, делать все самим, не бояться, не жа-ловаться, терпеть, не плакать... Кому будет хорошо постоянно подстраивать себя под это мерило? Быть и казаться разные вещи. Мы все просто люди..
– А ничего, что я не знаю программы вашего выступления и понятия не имею, что должна говорить Снегурочка?
Стас отмахнулся:
– Все, что в голову придет. Главное – не выходить за рамки Уголовного и, желательно, Административного кодекса.
Нат чувствует себя комком замазки, и женщины, которые откуда-то все время берутся, безжалостно мнут его жесткими требованиями и железным неодобрением. Он честно пытается им угодить. Ему это не удается - не потому, что он слаб и безволен, а потому, что их желания безнадежно противоречивы. И не одна женщина, а несколько. Они преумножаются, кишат.
— Привет, — дружелюбно сказала Драгана на фарси. — Меня Драганой зовут. А ты Садхир, верно?
— Я говорю на языке северных варваров, — ответил тот по-русски.
— Вот что меня всегда удивляло, — заметила Драгана, — так это с чего люди вечно считают соседей варварами? Почему-то у них все вокруг обязательно бескультурные дикари, даже если собственные достижения ограничиваются возведением будки с дырой, чтобы не гадить по кустам.
— Человек — это всегда свой собственный мир, — усмехнулся гуру. — Он, как звезда, вечно плывёт в пустоте.
— Ага, а его племя — это прямо целая галактика, — хмыкнула Драгана. — Ладно, это был риторический вопрос.
"Я дрожу не от страха перед опасностью,а от боязни оказаться нелюбимой."
Но Маргарита была истинной дочерью своей матери, хотя так не считала. Она умела приспосабливаться к любым условиям, не считая уступки унижением. К чему требовать чего-то, что едва ли получишь, если можно смириться и получить куда больше?
Иногда мгновенное решение определяет всю твою жизнь. И не только твою, а и жизни тех, кого ты любишь.
Мне нужно возвести вокруг сердца толстые стены и выковать внутри клинок.
Жизнь всегда меняется, вопрос лишь в том, как вы будете относиться к зигзагам своей судьбы. Начнете плакать и причитать или подумаете: «Ну и ну, вот это поворот!»? Все, что ни делается, – делается к лучшему. А все плохое, что с нами происходит, всегда приводит к хорошему. И если человек пока от жизни не получает то, о чем мечтает, то это означает лишь одно: он непременно получит нечто другое, прекрасное, просто замечательное – то, о чем он даже мечтать не мог.
Безумие и разум равноценны, как равноценны в мире свет и тьма
Так, все вопросы оставим на потом! Для сагара я, даже отравленный вопросами и сомнениями, менее вкусным не стану.
а чужие мне никогда не мешали жить. Только родные.
Тем, кто касался обугленной плоти и вдыхал ее удушающий запах, стерильное слайд-шоу не кажется таким уж страшным.
Моя улюблена гра з тобою, в цілунки та ніжність
Лучшая случайность-та,что тщательно подготовлена.
Вы можете представить себе нечто среднее между глазами удивленного рака и бешеного быка?
...если встретил девушку и сердце ворохнулось, либо женись на ней, либо беги без оглядки. Такие – самые опасные.
Припомнилась аксиома Бене Гессерит: прибегнув к помощи грубой силы, становишься бесконечно уязвимым для ещё больших сил.
Рад, что прочитав вторую книгу Александра Лысёва вторично не ошибся в авторе и остался доволен произведением.