Любовь — это когда необъятная Вселенная сужается до размеров одного-единственного человека. Когда мир, большой и яркий, сосредотачивает фокус на ком-то одном. Когда мысли, в спокойном состоянии перескальзывающие по сотне различных тем в минуту, начинают сбоить, возвращаясь по кругу, вызывая в памяти чье-то до боли знакомое лицо. И хочется наполнять смыслом совершенно бессмысленные вещи.
Человек - все может... Лишь бы захотел...
Хотя нормальный точно бы не стал заказывать себе эскорт. Впрочем, есть такая категория мужчин, они просто кайфуют от своей власти над другими, поэтому заплатил деньги, считай, получил игрушку, которую можно ломать.
На удачу надо плевать – тогда она придет сама. И быть к ней готовым: недостойному она не поможет – он не сумеет ею воспользоваться, удержать. Ее надо добиваться, но на нее нельзя рассчитывать: везет тому, кто сам себя везет. Когда человек может и без удачи, своим горбом и разумом добиться цели – при любых обстоятельствах! – вот тогда удача сама идет навстречу.
Оборотни стояли в одинаковых позах, сложив руки на груди и расставив ноги на ширину плеч, и даже смотрели на меня одинаково хмуро. А на плече у каждого из них сидело по большому черному… ворону.
Искин, что ты знаешь о молекулах спирта?
- Они хорошо сочетаются с молекулами огурца!
- А вот это правильно!
Когда тебе в компоте попадется одна вишневая косточка, это может быть случайность, – как бы про себя пробормотал лекарь. – Когда две – небрежность, а когда пять – налицо саботаж кухарки.
«Смерть, — думал я, — любая смерть, только бы не в колодце!»
Правда намного удивительнее вымысла.
Иногда слухи о твоем безумии работают лучше, чем само безумие.
– Никто из нас не знает, сколько ему отпущено. Мы рискуем и живём каждый день как последний
священники, монахи и вообще духовные являются искусителями наших сердец
В вопросах шоу америкосы собаку съели. Когда дело касалось выхода и точно просчитанного эффекта, им не было равных.
Очень трудно углубляться в раскопки собственных недостатков, когда вас лечат кардинальным когтезапусканием в чувствительные места.
Водитель открыл багажное отделение, и тааможенник, вонзив в автобусное чрево луч фонарика, стал помешивать им темноту.
... если кто не способен прочесть предписанных молитв, тот пусть хотя бы думает о Всевышнем. Это тоже считается молитвой.
– Дитя мое, – говорил мне нередко дядя-инквизитор, – ты слишком впечатлителен. Никогда не добивайся невозможного, и тогда твоя жизнь будет спокойна и удачлива. Иначе это будет ряд неприятностей.
І кріпаки живуть на землі, а не під землею...
Теперь вот сидим да разбираем вместе какой-то зубодробильный текст на латыни. Причём не отпускает ощущение, что если зачитать этот опус вслух, непременно какой-нибудь демон да откликнется.
Они думают, всё самое интимное происходит в койке и жаждут этого. Но, на самом деле, всё самое интимное происходит не там. Это случается там, где они не способны увидеть.
Он не просил прощения. Он просил комфорта. Он просил, чтобы «удобная Регина» снова починила его сломанную жизнь.
Доверять — это значит «делиться тем, что тебя беспокоит». Полагаться на другого. Считать его достойным разделять с тобой твои проблемы.
— Камелье? У вас проблемы? — недовольно поинтересовался магистр.
— Никаких, сэр, — заверила я, расправляя плечи. — Можете продолжать.
По залу поползли смешки.
— О, правда?! — притворно удивился магистр и пятернёй зачесал рыжие волосы назад. — Идите‑ка сюда, будете моим пособием на сегодня.
- Ну?.. Чем платить?
- "Барин, я постель постелила — идите угнетать!"
Увлекает не созерцание истины, а поиски ее...