- Ну?.. Чем платить?
- "Барин, я постель постелила — идите угнетать!"
Увлекает не созерцание истины, а поиски ее...
Каждый раз, когда предают - очень больно. Особенно если это любимый человек, или тот, кого ты считаешь кем - то вроде друга или старшего брата.
И пусть рана, которую мне только что нанесли, была не физической, а душевной, я точно знала - драконья регенерация всё равно поможет!
Результат важнее личных амбиций.
Музыка обладает магической силой устранять всё во внешнем мире, за исключением звуков, которые проникают прямо в сердце.
Окружающих было бы гораздо легче выносить, если бы они могли время от времени менять физиономии
Все мужики одинаковые, хоть с рогами, хоть без. Ничего им не надо, ничего им не важно.
– На меня наводят порчу!
– Да что вы говорите, Зинаида Ивановна?
Стоящая перед Ириной тетка выглядела совершенно неиспорченной.
Если отказ следовать правилам не повлечет за собой наказания, вообще никаких правил не будет.
Да пейте же, чёрт вас возьми. Разбудили, так пейте. <…> Любовь, водка и закуска!
...можно бежать в любом удобном темпе, но останавливаться нельзя. Нельзя сдаваться или переставать выкладываться по полной.
— Но ведь делать, что от тебя требуют — это тоже выбор, не лучше и не хуже других, со своими преимуществами и последствиями, порой ничуть не меньшими, чем отказ
Так что я повторяю: хочешь — делай, не хочешь — не делай. Последствия будут в любом случае, как и те, кто будет ждать от тебя поведения, удобного для них — можешь не переживать. Вопрос только в том, с последствиями какого выбора ты столкнуться готова, а с какими — нет.
Ещё Ф. Энгельс указывал, что пролетариат, по крайней мере при капитализме, т.е. в условиях интенсивного труда на износ, объективно испытывает «жизненную потребность в водке»
Это объяснимо рядом факторов: во-первых, способностью алкоголя быстро снимать моральный и физический стресс, а вернее — притуплять его восприятие; во-вторых, способностью алкоголя в силу своей высокой калорийности имитировать подпитку организма калориями и выступать, так сказать, в роли «суррогата пищи»; в-третьих, психологической потребностью неустроенного в жизни человека в алкоголе как средстве забвения; в-четвёртых, объективной потребностью в алкоголе на ряде производств, где алкоголь служит как бы противоаллергическим, успокаивающим, «комфортным» средством, а потому потребляющий его рабочий испытывает просто облегчение.
Так творения дивные и прекрасные, пока они существуют и радуют взор, говорят сами о себе, и лишь когда они в опасности или гибнут, о них слагают песни.
— Просто ты такой… трогательный, когда за меня волнуешься.— Какой-какой?— Трогательный, — жена подалась вперед, слабо сжимая его руки. — Так бы и трогала. — Подалась вперед и добавила уже шепотом: — Везде.
Все, сказанное сыном маньяка, звучит странно, каждый его жест настораживает. Жители нашего городка подозревают, что во мне бродит тот же яд, что в моем отце, или, во всяком случае, что его влияние не могло не сказаться на моей личности. Я и сам так думаю. И мне нелегко выкинуть из головы эти мысли.
Стань счастливой – это все, чего я хочу. Ты одна для меня была и будешь.
Неслучайно говорится: самый большой шаг в отношениях – это не первый поцелуй, а момент, когда один из партнеров впервые выпустил ветры.
“Among themselves, doves fight as often as hawks.”
И она усиленно затрепетала ресничками. Мужа перекосило.
— Потом, — резко ответил он. — Ты хоть понимаешь, что могли пытаться убить совсем не посла?! В моем дворце какой-то идиот травит мою жену! Найду — собственноручно шею сверну!
— Так среди любовниц своих поищите, — посоветовала Света. — Что? Ладно, пусть «возможных любовниц». Так лучше? Кто там хотел в вашу постель залезть? Полдвора, наверное, и то, потому что вторые полдвора — мужики?
Муж выругался, дернулся, тихонько зарычал, снова дернулся.
— За что?! Боги, ну за что?! — то ли прошипел, то ли прорычал он. — Да спокоен я! Угомони своих защитников!
Света подавила желание покрутить пальцем у виска. Сам ведет себя, как будто на него падучая напала, но при этом приплетает непонятных защитников…
— Пушок, Барсик? — дошло до нее. — Это вы, что ли, деретесь? Фу. Бросьте каку. Еще отравитесь.
Думаю, жизнь склонна заставлять нас забывать о том, как нам повезло.
Я чувствую, что не могу с ними всем делиться. Если ты рассказываешь о том, что происходит в отношениях, всё так искажается, и очень легко начать судить, а я не хочу, чтобы его совсем списывали со счетов.
Её сознание — сталь. Убийственная холодная могила. Одиночная тюремная камера.
«Без претензий и обид» - моё третье имя.