– Наглец! Я просто не хочу потом краснеть перед принцессой Иолантой, рассказывая, где ее жених потерял частичку своей сиятельной хамской морды.
Спаситель тряс меня за руку и требовал отдать долг.
– Отстань! – отмахнулась я от парня.
– Ты поклялась, значит, сделка состоялась! – не унимался рыжий и толкал меня в бок. – Времени осталось мало, я скоро уйду за Занавесь, а мне нужно узнать, кто убийца!
– Садовник, – пробормотала я.
мы любим не за что-то, а вопреки всему
"Утонуть в сожалениях об утраченном – легко. Гораздо сложнее дать себе тычка и начать двигаться. Начать что-то делать. Не позволять себе опускать руки и превращаться в блеклую тень на дне выгребной ямы."
Ведь когда по -настоящему любишь кого-то, когда этот кто-то так долго является частичкой твоей души, нельзя хранить на него обиды. Обиды и ссоры истощают, а вот прощение делает жизнь проще и легче.
Война все разрушила, но в солдатскую дружбу мы верили. А теперь видим: чего не сделала смерть, то довершает жизнь, — она разлучает нас.
Пробуди свое ,,я,, и неси свет миру.
Знаешь, что отличает человека от твари бесстыжей? Ответственность. За себя. За близких.
И не надо так смотреть на мой живот: это не жирок, а комочек нервов.
— Я свободная женщина, как бы вам ни хотелось думать иначе.
— Женщине положено делать то, что велит мужчина и ее господин. Быть послушной. В Артане это называют мудростью.
Я не удержалась от нервного смешка. Интересно, артанские женщины думают так же?
— Если мудрость означает подчиняться тому, кто способен унизить женщину, то я отказываюсь быть мудрой.
— Защищать, — процедил он. — Жен. Матерей. Их дом. Ценой жизни.
— А взамен получить жизнь на цепи, — с отвращением выплюнула в лицо.
Страшно не упасть, страшно – не подняться.
Богатый опыт показывает, что наиболее эффективный способ превращения рыночной экономики в авторитарную — это, для начала, введение прямого контроля над обменом валюты.
- Людская психика - дело сложное, - выдержав паузу, заявила ему вполне спокойно. - Бывает, кажется, что с человеком все в полном порядке, а на деле оказывается, что все далеко... гм... не в порядке!
...большинство революций провоцируется не усилиями революционеров, а глупостью и жестокостью правительств...
Февральский снег капустой скрипит под лыжей.
Я стараюсь найти в мамином лице знакомые мне черты и натыкаюсь на ее взгляд. Да, его я хорошо помню. В нем доброта и что-то еще. Пожалуй, грусть.
Порой самое значительное и судьбоносное событие жизни случается в самый обычный и даже хороший день.
то, что я так старательно сдерживала в себе, всколыхнулось снова. Я честно пыталась терпеть – может быть, боль утихнет? Но пожар в моей крови разгорался с каждой секундой все сильнее. Любовь. Ненависть. Любовь.
Не верьте, что женщины не умеют думать логически! Ещё как умеют. Да мало того, что логически, ещё и стремительно.
В покои Краст поднимался, когда я уже спала, а утром исчезал до моего пробуждения. Правда, до тех пор, пока однажды вечером я не обнаружила, что половина кровати залита чем-то мокрым и холодным!
— Я случайно, — ныла Анни, хлопая глазищами.
— Врешь! — разозлилась я.
Девчонка стыдливо кивнула, но тут же вскинулась:
— Так надо, лирин! Я же вижу, что ты совсем в этих делах темная, хоть голова и светлая! Ресницы не чернишь, губами вот так не делаешь! — и прислужница сложила губы бантиком. — И мне запретила, а я бы научила, как надо! Смотришь прямо, кто же так на мужчину смотрит! Да еще и на хёгга! Вот он к тебе и не прикасается, не приходит даже, а время-то идет! Скоро и не останется его, времени! А дары? Так и будешь в одном платье ходить, лирин! А так поневоле придвинется, лед в кровати — дело проверенное!
Ну, хоть не навоз, мрачно подумала я.
Ругать Анни оказалось бесполезно, девчонка горела искренним желанием помочь глупой чужачке и не понимала, почему я злюсь.
— Я еще много способов знаю, ты не переживай! — жарко выдохнула она, и мне совсем дурно стало.
Да уж, со сноровкой Анни надо было сразу в Варисфольд подаваться — окручивать местных богатеев. Вот там бы девчонка развернулась!
— А у нас щенки будут! — радостно и громко заявляет она.
Все на мгновение замолкают, синхронно переводя взгляд на живот Аси.
— Можно поздравлять?? — немного растерявшись улыбаются все.
— Можно… — смущаясь, кладёт руку на живот Синичка.
Зависаю в прострации. Перед глазами всё расплывается, пульс стучит в уши.
— А срок какой? — интересуется Машенька.
— Девять недель…
— Здорово! Испекли Пирожок к Булочке, ахах!
— Запах незнакомый: что за дерево? — Хранитель леса сильно жалел о неосторожных словах и пытался придумать выход из ситуации.
— Большое, — предельно информативно отозвался Джо, прищурил глаз и резко взмахнул рукой.
О некоторых вещах близкие даже догадываться не должны.
Внимание, срочно требуется специалист по общению с монстрами, охотников за приведениями просьба не беспокоиться, принимаются гадалки и экстрасенсы исключительно упитанной комплекции...
Нет более быстрого способа проиграть сражение, как сдаться до него…