В сильном доме можно позволить себе немного слабости.
В течении часа ... он работал над своим последним романом, намеренно, хотя и условно озаглавленным "Без названия". ... В ящиках письменного стола, на нижних полках книжных шкафов со страницами, переложенными счетами и судебными повестками, в машине на полу ... вперемешку с картонками из-под сока и отслужившими свой срок теннисными мячами лежали другие его романы, все решительно озаглавленные "Неопубликованное". И он знал -- в будущем его ожидали кипы новых романов, озаглавленных в такой последовательности: "Неоконченное", "Ненаписанное", "Неначатое" и наконец "Незадуманное".
Поделиться тайной - значит заставить других нести такое бремя; молчать - значит щадить их.
Подгребает Энди — он прикладывается к фляжке, ухмыляется и трясет головой. Кивает на Уильяма, который стоит на стене часовни, рассматривая озеро в маленький бинокль.— Он хотел здесь построить дом, — говорит Энди и трясет головой.
— Что?! — переспрашивает Ивонна.
— Здесь? — удивляюсь я. — На кладбище?! Он что, спятил? Стивена Кинга, что ли, не читал?
Сексуальность – словно толстое, закопчённое стекло, на что сквозь это стекло ни глянь, всё принимает одинаковый, смутно-расплывчатый оттенок. Вообразить просто углубление в камне, наполненное просто водой, уже невозможно!
Когда что-нибудь возвращается к жизни, всегда больно.
Она выпятила свою чахлую грудь, словно собиралась выпустить из нее, как из клетки, птицу.
Это было чудо техники, перемещалось оно с убийственной скоростью: пятнадцать и даже двадцать километров в час; пешеходы смотрели на автомобиль с удивлением, а те, кто оказался на его пути и был забрызган грязью, громко ругались. Сперва против автомобиля выступали потому, что это грозило опасностью пешеходам, затем ученые стали объяснять в прессе, что человеческий организм не предназначен для того, чтобы выдерживать перемещение со скоростью двадцать километров в час
– Значит, дети, бегавшие по магазину, отвлекли продавщицу и довели ее до головной боли. Торговка пошла в служебное помещение, за это время Фиру убили, обыскали и не нашли удостоверения, – вздохнула я. – Ну почему ты мне сразу не рассказала правду?Суля зашмыгала носом.– Я хотела платье купить… и туфли-балетки… папашка… деньги…
Есть дни, которые нечем заполнить, которые проходят бесцельно.
— Дивна штука — любов, — сказала якось Софія. — Що більше когось любиш, то байдужішим він стає.
— Так воно є, — погодилася бабуся. — І що робити?
— Далі любити, — грізно відповіла Софія. — Більше і ще більше!
- Я понял, почему люди смеются. Они смеются потому, что им больно и смех - единственное, что может заглушить их боль.
И это тоже, в некотором смысле, история всей моей жизни, неважно, что она не похожа на ту, предыдущую, несколькими абзацами раньше; спустя какое то время после этого самого собеседования, когда мы логически дошли до мифотерапии, я начал понимать, что одна и та же жизнь способна втиснуться в огромное множество историй - параллельных, концентрических, взаимозависимых или каких там еще, на ваше усмотрение.
...когда женщина без всяких слов и взглядов сама к тебе приходит и отдается целиком, телом и душой, да к тому же совершенно для тебя неожиданно, тогда ты оказываешься связанным по рукам и ногам, словно ты в капкан попал; и чем больше ты прилагаешь усилий, чтобы выбраться из этого капкана, тем глубже врезаются тебе в тело острые зубья.
Эти одаренные, или – как их любили называть люди – благословенные, чаще всего пытались изгнать или убить всех подряд, не раздумывая, добрый перед ними ёкай или злой. Почти во всем, что существовало в этом мире, жил свой дух, и порой по ошибке можно было изгнать того, кто защищал человека. Но кого это интересовало? Последователям оммёдо только и нужно было, что бахвалиться друг перед другом количеством уничтоженных ёкаев.
Когда так страстно ненавидят, это значит, что ненавидят что-то в себе самих.
Хочу подыскать себе занятие, но не хочу быть колесиком инфернального процесса автоматизации.
Вежливость беспола. Галантность сексуальна.
Глупец глупцу всегда внушает восхищенье.
добрые дела — они на то и добрые, что совершаются просто так, без оглядки на выгоду.
… бывают такие книги, у которых самое лучшее — корешок и обложка.
Чем больше я наблюдаю мир, тем меньше он мне нравится.
Отец не солгал. Он не пожелал платить за мое содержание, и меня отправили в весьма суровое место. «Приют радости». Кто придумал такое название? Или это была очень злая шутка. Радостью здесь и не пахло. Зато пахло страхом, гноем, дерьмом и смертью.Очень полезно было бы новобранцам, горящим желанием отправиться на поля сражений, показывать такие места. А то что они видят? Магов, демонстрирующих эффектные заклинания в красивых мундирах с золотыми пуговицами? Торжественные и пышные парады, где играет музыка? Здесь же молодые маги могли бы посмотреть на истинные результаты войны. И, возможно, перестали бы грезить о битвах.Но лечебница находилась на отшибе захудалого городка с труднопроизносимым названием и горсткой угрюмых жителей. Вдобавок ее окружали толстые каменные стены, сложенные еще во времена прадеда нашего правителя. В этом мне виделась попытка спрятать страдания от посторонних глаз. Стыдливо сделать вид, что этого места вовсе не существует.
И все-таки, ожидая смерти, следует жить. Цепляться за каждый подаренный судьбой день
Качество обслуживания клиентов – основной фактор, влияющий на рентабельность кофейни.