- По моему опыту, - начал фонарь тихим голосом, - такие места, как океан или небеса, девственный лес, бездонная пропасть или тайна женского сердца и разума - все это не конец путешествия, а лишь его начало. Не позволяй страху перед неизведанным помешать тебе сделать великие открытия, вампир. Иначе история твоей жизни превратиться в скучную повесть.
Старое анрилинское предание о Ледяной принцессе и Огненном лорде:
История о принцессе севера, прекрасной Фьоре, полюбившей наследника южных земель, Кайна. В то время Роувэл и Волдион враждовали, и только пылкая любовь двух сердец могла примирить королевства. Спасти их от ненависти и разрушения.
Родители дали согласие на брак, молодые влюблённые были на седьмом небе от счастья. А над Анрилином наконец-то забрезжил рассвет после многих лет мрака кровопролитной войны.
Но потом что-то пошло не так.
Богиня Сиариль хотела, чтобы война продолжалась. Она жаждала новых жертв. Однажды ночью она явилась к принцу Кайну, околдовала его своими чарами и…
Фьора, обезумев от горя, покончила с собой. Считается, что их души так и не обрели покой. Бродят в поисках друг друга и соединяются лишь раз в году, в ночь огней, а потом снова расстаются.
В народе Кайна и Фьору прозвали Огненный лорд и Ледяная принцесса.
- Тебя вообще не поймешь, то поддаешься и ждешь, когда я тебя найду, то ерепенишься! Сама с собой разберись для начала!
Гость опытным взглядом обвел стол.
— Нет-с, я уж коньячку попрошу! Вот эту рюмочку побольше.
Хозяин вздохнул и прошептал:
— Как хотите. На то вы гость.
И налил рюмку, стараясь недолить на полпальца.
— Полненькую, полненькую! — весело закричал гость и, игриво ткнув Кулакова пальцем в плечо, прибавил: — Люблю полненьких!
— Ну-с… ваше здоровье! А я простой выпью. Прошу закусить: вот грибки, селедка, кильки… Кильки, должен я вам сказать, поражающие!
— Те-те-те! — восторженно закричал гость. — Что вижу я! Зернистая икра, и, кажется, очень недурная! А вы, злодей, молчите!
— Да-с, икра… — побелевшими губами прошептал Кулаков. — Конечно, можно и икры… Пожалуйте вот ложечку.
— Чего-с? Чайную? Хе-хе! Подымай выше. Зернистая икра хороша именно тогда, когда ее едят столовой ложкой. Ах, хорошо! Попрошу еще рюмочку коньяку. Да чего вы такой мрачный? Случилось что-нибудь?Аркадий Аверченко
Широкая масленица
«Предать может только друг». Глубокая мысль, на мой взгляд. От врагов мы и так не ожидаем ничего, кроме каверз, а вот друзья порой могут стать источником весьма неприятных неожиданностей
— Допустим, вот ты его любишь. Слепо и отчаянно, а он секретаршу свою отымел. Это бы была трагедия, катастрофа, и это бы тебя от него отвратило. Со временем. Вы бы, возможно, даже не разошлись, потому что любовь прощает все, что полнейшая глупость, конечно, но в итоге ты бы встретила с ним старость в ненависти и презрении.
─ Знаешь, Анька, для многих «золушка» ─ это диагноз. А для тебя ─ приговор.
Как ты смеешь уходить когда я решила перевернуть тебе на штаны салатницу и вылить на голову графин с водой?
Милость? Помогли? Тем, что убили? Все потрясенно молчали. Как же так? Это же больница. Больные… Зачем европейцы отдают своих умирающих чужим людям, когда, наоборот, их нужно в последние дни окружить заботой, вниманием и лаской? Нужно, чтобы рядом были дети, и внуки, и братья. Ведь это очень важно – уйти к Аллаху, не оставшись в одиночестве. Нужно призвать всех и простить всех. И чтобы тебя простили все! И чтобы с тобой попрощался каждый, потому что больше тебя они не увидят! Как же так, ведь смерть это так же важно, как рождение! И нельзя нарушать традиции. Нельзя бросать младенцев и оставлять без внимания умирающих! Этого Аллах не простит!
А они… Хос пис. Как так можно?
Я спросил Бобэоби и Ана, зачем они собирают эти списки и почему пытаются прочитать их в эфире.
— Люди должны все это узнать, опознать УУУУ — уровень урона, утрат и ужаса. Понять, что у них нет дела более важного, чем сказать: «Я не хочу выживать, а хочу жить» и «Я больше единицы, я всегда плюс один». Они утратят страх. Мы хотим пробиться до самого важного в себе и в них.
Подушки-лучшее средство от любых жизненных невзгод.
Пути и желания мужчин разнообразны.Но сердца всех женщин, думается мне, бьются а одном ритме и настроены на старую мелодию любви.Любовь для женщины означает жертву. Если она достойна этого имени, то ни деньги, ни положение не перевесят для нее истинного чувства.
To exist is to resist, существовать — значит сопротивляться, написал кто-то на стене.
Мечтать о счастье крайне важно, даже если вы несчастны.
Весело спасибо!
— Знаешь, Иджин, на моей родине говорят: «Дураков не пашут и не сеют, они сами рождаются, и урожай всегда неплохой».
— Она пишет, что врачи не оставляют ей много надежд, — сообщила мама.
— Они не оставляют ей никаких надежд вот уже сорок лет, а она до сих пор здорова как бык, — заметил Ларри.
– Тебе нельзя есть вредные продукты!
– Мне нельзя нервничать, переживать и голодать! И откуда вам знать, что мне полезно, а что нет? Скольких детей вы воспитали, Ваша Честь? – закричала я.
– Надеюсь, приказ понятен? – проигнорировав мой вопль, спокойно осведомился Себастьян у служанки.
– Поставьте мою еду на место, а кашу и творог пусть ест господин Брок! И ложку сахара ему туда насыпьте для стимуляции мозговой деятельности! – в свою очередь приказала я застывшей в нерешительности служанке, продолжая тянуть на себя тарелку с вожделенными сладостями.
Все грезят о красивой жизни. И совершенно не хотят прикладывать усилий для того, чтобы их мечты реализовались.
Настоящий дом находится там, где стоят твои книги.
Он долго и молча смотрел на меня, а потом тихо спросил:
— Ты никогда не простишь меня?
— Прощение не имеет смысла, если нет возможности забыть...
Лесть всегда была лучшей смазкой для колес, на которых вращается наш мир.
– Mon ami, редко случается, когда два разных человека видят одно и то же. Вы, например, увидели богиню, а я… – Он помедлил.– Что?– А я увидел девушку с тревожным взглядом, – мрачно закончил Пуаро.
«Настоящая работа совершается здесь, внутри, серыми клеточками. Никогда не забывайте о серых клеточках, mon ami
Во время бедствий громче всех к чужой совести обычно взывают те, кто в благополучные времена не помнят, где хранят свою.
Ссать — это как читать хорошую книгу: если уж начал, фиг остановишься.