— Представь, что жизнь — это необитаемый остров. И ты там застряла, и с этим что-то нужно делать.
— А потом меня спасут? — говорю я.
— Забудь о том, что тебя спасут, — сказал он.
— Не могу, — сказала я."Пожирательница грехов"
– На то в мире короли и их приближенные существуют, чтобы простым людям за их проступки доставалось, а богатым и власть имущим все с рук сходило.
– Безумец! Ты сжёг свой дар дотла! Ты больше не сможешь призвать Озарение!
Викран дер Соллен улыбнулся чуть шире.
– Я не жалею.
– Сумасшедший... ненормальный... идиот... зачем ты это сделал?!!
– Я не мог иначе.
– Почему?! – взвыл стремительно истончающийся, буквально тающий, словно кусок сахара в горячей воде, архимаг. — Что тебя заставило?! Что в НЕЙ такого, что ты готов умереть?!!
– Всё, – тихо прошептал мастер Викран, обернувшись к Айре и долгим взглядом посмотрев на её неподвижное, неимоверно бледное лицо, на котором пылали огнём лиловые глаза. – Она – это всё. Целая жизнь. И смерть. Воля. Свобода. Сила. Боль и счастье... абсолютно всё. Но ты не поймёшь. Для тебя это недостижимо. Это – только моя боль и моё счастье. Моя жизнь и смерть. В любой день. В любой год. В любое время дня и ночи. Отныне и навсегда... просто я слишком поздно это понял. Тоже – из-за тебя.
«Мы привыкли считать яд разрушением тела, духа и мыслей. Но иной раз он становится лекарством, исцеляющим от болезней. В любом отчаянии есть возможность и она будет с нами, покуда жива наша воля. Именно поэтому нет никакого смысла сдаваться под гнётом судьбы. Ведь тогда ты не узнаешь, какое счастье может ждать тебя впереди»
- Мнения похожи на сердца, - сказал господин Вернон. - У каждого оно имеется.
Но нас с ней болезненно объединяет не только одна на двоих боль, но и садистское нежелание окончательно с ней расстаться.
– Успех вообще мало кому приносит счастье. Люди потому и гонятся за ним, что должны все время самоутверждаться – любым способом, лишь бы мир их заметил.
– Какие у вас странные взгляды!
– Вы согласитесь со мной, если хорошенько подумаете. Счастливые люди редко стремятся достигнуть жизненных высот, потому что они довольны собой и на остальное им наплевать.
Адам Первый утверждал, что падение человека многогранно в своих проявлениях. Древние предки, приматы, спустились с деревьев и таким образом опустились до земли; затем отпали от вегетарианства и впали в мясоядение. Затем отпали от инстинкта и впали в разум, а затем в технологию; от простых сигналов — к сложной грамматике; от неимения огня — к огню, а от него к оружию; от сезонного спаривания к постоянному сексуальному зуду. Затем они перестали радостно жить моментом и погрузились в беспокойное созерцание исчезнувшего прошлого и неосязаемого будущего.Падение было растянуто во времени, но его траектория неизменно вела все ниже. Когда тебя втягивает в колодец познания, у тебя нет иного выхода, как падать, узнавая все больше и больше, но не становясь ничуточки счастливее.
Жизнь моя имела тенденцию изгибаться, ветвиться и выпячиваться — так часто бывает, когда следуешь по пути наименьшего сопротивления.
Успевает всюду тот, кто никуда не торопится.
"Мудрецы, ламы и махариши твердят, что все дело в текущем мгновении - что нужно наслаждаться мгновением и не беспокоиться о времени. Но даже в детстве я понимал, что красота заключена в мгновении до, в надежде на что-то, в ожидании, в тех совершенных образах, которые рисует воображение в предвкушении счастья."
Кай Крайзе, доктор психологии.
Годы жизни в чисто мужских коллективах военных училищ и академий накладывают свой отпечаток – большинство курсантов не имеют повседневного опыта общения с противоположным полом, а когда с ним сталкиваются, то подсознательно включают свои привычные стереотипы, напрочь сбивающие дистанцию. Будь то гусар утонченной души или сапог-солдафон, всегда где-то внутри сидит Поручик Ржевский, в той или иной степени, конечно. А ведь именно Поручика так часто ждут всеми желаемые, но всеми избегаемые, красавицы.
Ранние браки в ее черном списке стоят выше чем даже сварить щенков живьем.
Часы звонят. Дамы визжат. Но в целом ситуация под контролем.
Женщина в активном шоппинге — страшная сила! Да она на танки в лобовую пойдет, если они посмеют встать между нею и вожделенной покупкой!
"Только он, лес, умеет обласкать загрубевшие в походах сердца путников, вернуть им силы, разбудить в человеке нежность,мечту, принести ему ощущение радости жизни, иногда утраченное в борьбе с трудностями. Он умеет снять с плеч усталость, сделать людские шаги мягкими, а мысли легкими, умеет воскресить детство, стова превратить тебя в мальчишку… И самое главное- человек, попавший в настоящий большой лес, выходит из него как бы обновленным, светлым, добрым."
– ... Мы оба... ценим женскую красоту...
– Бабники, стало быть.
Ничто не придает человеку столько душевных и физических сил, как сознание, что он живет, трудится не зря.
Вперед? Старт? Что нужно сказать? Великая призма луны, дай мне силу?
И что значит — умрешь? Быть может, у человека сто чувств и со смертью погибают только пять, известных нам, а остальные девяносто пять остаются живы.
В итоге появились интеллектуальные стратегические игры в европейском стиле, в том числе и мегахит "Колонизаторы". Игра была продана в количестве более 22 млн экземпляров по всему миру с момента ее первого выхода в Германии в середине 1990-х годов.
Я абсолютно убеждена: не молотая фасоль с прополисом действуют, не ромашка с пчелиными какашками, а вера в их чудодейственную силу. Если человек верит, если настроил себя, он способен снести гору, даже если она — злокачественная опухоль внутри организма. Я искренне завидую тем, кто умеет иррационально, ненаучно и мощно настраиваться на победу в проигрышной ситуации.
В масштабных исследованиях, посвященных воздействию Helicobacter pylori на человеческий организм, были сделаны следующие выводы: изначально считавшийся опасным штамм, поражающий слизистую нашего желудка, несет для нас некоторые преимущества. Через 12 лет наблюдений за более чем 10 000 испытуемыми было отмечено: хотя у обладателей Helicobacter pylori повышенный риск развития рака желудка, зато опасность возникновения рака легких и инсульта значительно снижена. Практически вдвое!Предположение, что микроб, к которому так толерантен наш иммунитет, может быть не только плохим, но и хорошим, было высказано еще до начала проведения этого эксперимента. Эксперименты на мышах показали, что Helicobacter в детстве у мышей предотвращает развитие астмы. После приема антибиотиков и уничтожения Helicobacter у них пропадала устойчивость к развитию астмы, и мышки заболевали. Если взрослым мышкам вновь вводили суспензию с бактериями, защита от астмы восстанавливалась, но она была уже слабее. Можно сказать, что люди – это не мышки, но это наблюдение и по сей день актуально, особенно в индустриальных странах, в которых очень высокая (и со временем она растет) заболеваемость астмой, аллергиями, диабетом и нейродермитом, а количество лиц с Helicobacter pylori стремительно снижается. Это не говорит о том, что наличие Helicobacter pylori в организме – панацея от развития астмы, но и ее роль в защите от многих заболеваний также нельзя исключать.Поэтому был сформулирован следующий тезис: Helicobacter pylori наделяет нашу иммунную систему некоторыми способностями. Helicobacter, прицепляясь к клеткам слизистой желудка, стимулирует синтез так называемых регуляторных Т-клеток. Регуляторные Т-клетки – это иммунные клетки, которые в разгар ночной вечеринки, когда дело попахивает дракой, кладут руку на плечо подвыпившему другу (иммунной системе) со словами: «Друг, я разберусь». Возможно, свое название они получили в связи с чем-то другим, но функцию, которую они выполняют, мы описали максимально точно.В то время как иммунная система в состоянии боевой готовности кричит: «Убирайся, пыльца, из моих легких!», а глаза уже красные, начинается насморк, – регуляторные Т-клетки говорят: «Ну ладно, зачем так агрессивно! Пыльца всего лишь искала растение для того, чтобы его оплодотворить, и случайно попала в нос. Пыльца ведь тоже в дурацком положении, свой цветок она так и не нашла». Чем больше таких конкретизирующих клеток в нашем организме, тем более скоординирована работа иммунной системы.
Иногда наломаешь дров сгоряча, а потом сидишь и думаешь: Ну и на хрена мне столько дров?
— Так за правду… вы верно сказали, за нее, родимую ныне не содют, но в морду бьют исправно…
И была в том некая вышняя выстраданная многими годами отчаянного кляузничества истина.
— Хм, — Лев Севастьяныч даже проникся. — Если вы симпатизируете воеводе, то отчего ж доносы пишете?
— Так… — пан Мимиров развел руками. — Традицию блюду. Кто если не я?