Иесть не возвращает мертвых к жизни.
– Выкладывай. Расскажи мне все, что сегодня случилось.
Я посмотрела на их маму, не уверенная, что хотела признаваться при ней в своей лжи.
– Мама уже знает, – сказала Бек. – И хоть этого не одобряет, она может понять, почему это необходимо нашим незрелым мозгам.
– Ты неправильно меня цитируешь, Ребекка. Я сказала, что месть – продукт неверно направленных эмоций, но касаемо Ив у меня тоже есть несколько эмоций.
– Ты не сказала неверно направленные, – громко возразила Бек. – Более того, я помню, что ты употребила определение незрелые.
– Может, я сказала недостаточно развитые?
– То же самое, – произнесли одновременно Бек и Хейден.
Оливия наложила на холст темно-синюю краску широким мазком прямо под изогнутым пурпурным глазом, который уже был нарисован.
– Я хочу сказать, что месть никогда не является ответом.
– Да, да, – Бек махнула маме рукой, а потом повернулась ко мне: – Итак, расскажи нам о мести.
Я посмотрела на ее маму и задалась вопросом, расстроена ли она этой перепалкой. Ее, казалось, это совсем не заботило.
– Хорошо, Ив была там с Райаном.
– Я это знала! – воскликнула Бек. – Они все еще вместе, да?
Я кивнула.
– Но ты была права. Она к тому же хотела захомутать Хейдена.
– Не хотела, – сказал Хейден.
– Тогда почему она тебя обнимала, сидела так близко и клала руку тебе на ногу?
– Она клала руку тебе на ногу? – Выражение лица Бек стало строгим.
– Она так сделала? – удивился Хейден.
– Ох, пожалуйста, – скривилась Бек. – Ты знаешь, что сделала. Не пытайся строить из себя невинного, Хейден. И, возможно, тебе это понравилось.
Хейден просто встретился с ней глазами со спокойным выражением на лице, на котором невозможно было ничего прочитать.
– Поэтому, пожалуйста, скажи мне, что ты ей отомстила, – сказала Бек, переводя взгляд на меня.
– Мы держались за руки и обнимались. Танцевали.
– И Джиа запрыгнула на меня, – прибавил Хейден.
Я ахнула. Его мама повернулась ко мне.
– Я не прыгала... намеренно. Это произошло спонтанно. Я не собиралась тебя валить.
– Скажи мне, что Ив это видела, – с улыбкой попросила Бек.
– Видела.
Бек покружилась на месте, разведя руки в стороны, затем схватила меня за плечи и потрясла:
– Ты потрясающая. Месть потрясающая.
Оливия покашляла.
– Потому что у меня очень, очень незрелый мозг, – добавила Бек.
Нет ничего хуже, чем когда тебя внезапно разбудят во время послеобеденного сна.
Бейте рюмки и бутылки,
Бейте хрупкое стекло!
Жгите пробки, гните вилки Бильбо Бэггинсу назло!
Обмакните в жир салфетки,
Искромсайте их ножом!
На пол выкиньте объедки
И залейте их вином!
Кочергой посуду смело
Искрошите в порошок,
Если что осталось целым
- Бросьте в мусорный мешок!
Бейте хрупкое стекло Бильбо Бэггинсу назло!
Почему же иногда шулеру не говорить хорошо, если порядочные люди говорят как шулера?
От женщины, которой позволили на мгновенье быть счастливой, еще никто не уходил.
Порой и от злых польза быть может
Женщины, мой мальчик, всегда достаются решительным, амбициозным и стремящимся к власти.
Я смотрю, черный уровень опасности в подпитии вы щелкаете как орешки! Пора вводить на браслетах уровень «Берегись, пьяная «Рука Хаоса» идет, спасайся, кто может»?
он сам художник своей жизни и творит ее себе каждый час по новому произволу
— Что будем делать? — патетически воззвала я к Грегу.
— «Темную» ему устроим? — оживился брат.
– Ну, Грегориан! Какой смысл устраивать «темную» темному магу, промышляющему самым темным из всех видов темной магии и проживающему в Темной империи?
— «Светлую»?
Сколько весит корона, знает лишь тот, кто примерял ее на себя. И ты уже видел, что случается с теми, кому она велика.
Эти двое были настолько поглощены своей беседой, что не заметили бы меня, даже если бы я обернулся гламурным единорогом и вошел в спальню, звонко цокая копытцами.
ПЕРЕРАБОТКА – НЕ ПАНАЦЕЯ
Снижение потребления – первично. Не будет отходов, не надо будет с ними возиться. Меньше экослед.
Ты же знаешь правду, а тебе никто не поверит.
Они толковали знамения, определяли счастливые и неблагоприятные числа в лунном календаре, а исходя из этого назначали сроки военных операций и даже маршруты движения войск. Все их рекомендации Унгерн выполнял неукоснительно. Дошло до того, что полковник Костерин, предпоследний начальник его штаба, втайне выплачивал им "авансы", чтобы результаты гаданий не сильно расходились с "боевыми интересами дивизии".
Ум следователя должен не иссякать, как источник в горах. Об одном и том же он должен уметь спрашивать постоянно, и всё по-иному, бесконечно бить в одну точку новым, тут же придуманным оружием, чтобы человеку казалось, что разговор идёт всё время о разном.
концепт кайдзен призывает вас постоянно самосовершенствоваться. Кайдзен говорит: даже если вы стараетесь делать всё самое лучшее, вы никогда полностью не реализуете свой потенциал. Да это и не требуется. Нужно просто всегда совершенствовать себя, свою работу и условия жизни. Вы не терпите поражения, вы получаете новый опыт и становитесь лучше.
Идолы и боги умирают трудно. Они не исчезают, не стареют, не засыпают крепким сном. Они умирают, выжигая всё твоё нутро пламенем и болью. Такой болью - словами не описать. А самое худшее, что ты боишься никого больше не полюбить, ни в кого больше не поверить. Не захотеть поверить. Потому что нельзя выжигать нутро дважды.
Абонент не отвечает. Абонент в море, ему не до ответа.
Герои берут фамильный меч и копье, а умный янки – бутерброды с сыром. Потому как фамильный меч грызть не станешь даже при железодефицитной анемии.
посмотришь фейри в глаза - потеряешь сердце, заключишь договор - потеряешь душу
– Классная футболка, – сказала я.
– От Армани, – ответил Димка. – Честное слово. Сам подписал фломастером… – И улыбнулся.
Лучше подумать и сделать правильно, чем поддаться порыву и потом жалеть
Расставание было неизбежным — наверное, она всегда знала это где-то в глубине души.