И было в этом взгляде все: и горечь, и немой упрек (за что?), и нежность, и покрытая привкусом горечи благодарность. И отражение тихого «прости», и миллионы вариантов, которые могли бы случиться, но не случились, потому что для того, чтобы идти по одной дороге, люди должны держаться за руки. А мы все боялись… боялись сблизиться слишком сильно.
Зря боялись.
А теперь поздно.
– Бедные ведьмы, – смерив нас с Кьяной оценивающим взглядом, заключил Мелвин.
Подозреваю, этот город еще не слышал подобных слов из уст мага. Равно как и не видел, чтобы нечисть со всех ног неслась к боевому магу в поисках защиты и моральной поддержки.
Что же, все однажды случается в первый раз!
Когда не знаешь, чего ожидать, всё вокруг наполняется страхом...
Она сделала выбор: принимать все в своих детях, и для этого ей надо было понять, что они не отвечают тому, чего когда-то, неразумно и эгоистично, она для них пожелала.
– Так бывает, господин Джокер. Иногда мне удавалось еще до завтрака поверить в шесть невозможных вещей.
Когда дерётся тигр со львом, то побеждает обезьяна, с пригорка наблюдавшая за схваткой.
Из-за черных и белых надгробий кладбище походило на шахматную доску. Интересно, почему нужно умереть, чтобы стать королями и королевами для близких, а пока мы живы, большинству кажется, что их считают пешками?
– Продолжайте хотеть, – говорю. – Хотение – вещь безобидная.
Никогда не доверяй революциям. Революция всего лишь замыкает круг. Поэтому их и называют революциями. Люди умирают, и никаких перемен.
Жили, жили, а -- вот... Не умеем. Терпенья нет.
Чувствуя, что слова монаха тревожат его, Артамонов старший проворчал:
-- Баловство. Крепостное право терпели, а воли не терпят! Слабо взнузданы.
Никита промолчал.
-- При господах -- не шлялись, не бродяжили.
Со стыдом она признавала, что, в отличие от прежних представлений, жизнь напоминала "готовое платье", искусно отделанное лентами и кружевом, бархатом и шёлком.
Как скажет позже Уильям Гибсон, американский писатель-фантаст: «Будущее уже здесь. Просто оно ещё неравномерно распределено».
люди проявляют слишком большую готовность страдать.
Еще немного - и я бы окончательно вылечил вас.
Вообще наш брат ожидает всего на свете, кроме того, что в естественном порядке вещей должно случиться.
Будущее зависит от того, какую пользу мы сумеем извлечь из настоящего.
Я обиделся. Я пришел во всем разобраться,а не чтобы он со мной разбирался. Пришел узнать, что такого сделал этот бессердечный тип, что мама плачет весь день напролет.
И в большом и в малом убедить человека в своей правоте (о чем бы ни шла речь) мы можем лишь в том случае, если наша собственная вера в нее будет твердой и нерушимой и если он увидит, что мы не говорим о ней, а живем ею.
Траур в сердце, а не в одежде.
Когда мы расстанемся, я припомню многое, что я имею ещё сказать вам.
И знаете, что самое главное в этой истории? Оля убедилась, что даже, казалось бы, маленькие недостатки характера могут стать серьёзным препятствием на пути к цели.
Это всего лишь дешевая фраза из плохого романа — что дух нельзя сломить. Я видел людей — настоящих людей, — которых они превращали в кричащих от боли животных. Почти любое сопротивление можно сломить; это вопрос времени и условий.
- Ну и тормоз же этот чувак! Тупица!
- Целиком и полностью с тобой согласна, - чуть слышно ответила я.
- Знаешь, что я тебе хочу предложить?
- Догадываюсь. И сразу отвечаю: нет. Я не собираюсь его убивать.
- Зря. Было бы так здорово... Посмотри вон на тот цветочный горшок, который стоит на перилах. Хороший горшок. Тяжелый. Если его как бы случайно уронить, он, пожалуй, угодит мистеру Фарнаби прямо в голову, и тот очень красиво раскинет мозгами. Ну, что скажешь, а?
Отпускать кого-то может быть тяжело. Это не обязательно может будить среди ночи. Осознание, что другие забыли нас гораздо раньше того, как мы хотели бы, чтобы нас забыли, ничуть не лучше. Мы вырываем из себя много самих себя в надежде исцелиться раньше, но некоторые вещи должны пройти свой собственный путь.
- Застегнись как можно плотнее, - озабоченно заговорил Халмурадов, - особенно ватник на горле. Насчет лица...
- Я все не хуже вас знаю, - перебил я.
- ...сначала очки, потом замотаешь шарфом, а потом уже - ушанку. Обязательно завязать под подбородком. Перчатки. Рукава и унты перетянуть бечевкой - вакуум шуток не понимает. Тогда минуты на три хватит. Все понял?