- Тамика, выходи за меня.
Девушка испуганно переспросила:
- Куда?
- Что значит "куда"? - в свою очередь не понял Ривера. - За меня, а не куда-то.
- Я поняла, что за тебя, - продолжила встревоженно аналитик, - но куда именно за тебя я должна выйти? На арену боёв без правил? Или за тебя вступить в очередную армию? Уточни, пожалуйста, мне бы хотелось хотя бы представлять маштаб неприятностей, в которые ты меня в очередной раз втравишь! Так куда Ривера?
Я убивала человека и вносила данные в таблицу. Жизнь превращалась в несколько цифр в таблице и точек на кривой. Этого было мало. Надо было идти дальше и дальше. Кривая должна была быть построена целиком, чтобы мы наконец узнали нужную концентрацию – единственно верный результат, способный дать нам то, чего мы добивались.
-Истинно, в этом веке ждать нам прихода Детей Илуватара. Но не сейчас. Им суждено пробудиться во мраке и первый взгляд обратить к звездам.
«Сожаление - самый страшный кошмар».
Мы никогда не задумываемся над такими простыми вещами, пока не лишимся их.
Белобрысые, тонкие, тараканьи усы и неудавшаяся клочковатая бороденка, очевидно, предназначены были предъявлять человека независимого и, может быть, вольнодумца.
Коллективные пьянки, как известно, сплачивают, что способствует дальнейшим свершениям
Мы часто оплакиваем близких, потому что или виноваты перед ними, или что-то не успели им сказать...
«Зато переселение душ верит в тебя».
Торкель только что посмотрел новости по четвертому каналу, а затем дебаты, посвященные увеличению насилия в молодежной среде: причина — следствие — выход из положения. ...дискуссия не принесла ничего нового. Обвиняли отсутствующих отцов, отсутствующих родителей вообще, насилие в кино и прежде всего в играх, и под конец женщина с пирсингом лет тридцати высказала то, чего Торкель только и ждал, чтобы поставить галочку.
— Но не следует забывать о том, что общество стало гораздо более жестоким.
Вот и причины: родители, ТВ, игры, общество.
Выходы, как всегда, блистали своим отсутствием, если не считать решениями проблемы законодательно закрепленное разделение между родителями отпуска по уходу за ребенком, усиление цензуры и совет чаще обнимать детей. С обществом, очевидно, ничего сделать нельзя.
Сегодня над пылью театров наш загорится девиз: «Всё заново!» Стой и дивись! Занавес!
...мы любим не человека, а такого себя, каким ощущаем себя рядом с ним...
Он как самый лучший шоколад, сладчайший и пряный. Попробуешь раз - и больше ничего другого не захочешь.
Это же естественно: тот, кто любит читать, любит и говорить о книгах.
— Я жизнь готов отдать за победу над Хаосом, но хватит ли её? — в голосе Себастьяна не было страха, только вопрос, который он хотел прояснить. — Ведь, несмотря на эту силу, я простой человек.
— Пока человек, — поправила Справедливость. — Мы с Возмездием существовали в равновесии. Однако, став Хаосом, Возмездие нарушил это равновесие. Так что справедливо и мне последовать той же тропой. Вскоре ты станешь равным ему. Вся сила, которая ещё осталась во мне, перейдёт к тебе.
— Но Хранительница, вы…
— Я не справилась и подвела этот мир тысячу лет назад. Не смогла остановить Возмездие, — голос её стал громче и заледенел. — Так что во имя высшей справедливости я жертвую собой, чтобы дать шанс этому миру. Магией Порядка и силой Справедливости ты должен остановить его, Себастьян. Ты — должен.
Главный враг во время долгих переходов - это скука. И развеять ее можно разными способами, да вот только не все хорошо кончаются. Напиться и подраться — на виселице оказаться можно. А вот послушать необычную историю у походного костра, это завсегда полезно и познавательно.
Выдающиеся результаты не создаются с 9 до 18. Страну во время кризиса не спасают с 9 до 18. Многомиллиардные и даже многомиллионные бизнесы не создают с 9 до 18. Странообразующие отрасли не реформируют с 9 до 18. Люди, оставляющие заметный след в истории своей страны, не работают с 9 до 18.
...Значит во всём виновата революция?Так думает Солженицын теперь(1974-й год,когда я приписываю эти строки).Мещанский вздор,возвращение к самой жалкой обывательщине.Александр Блок лучше понимал в начале революции,почему жгу помещичьи усадьбы(хотя они были ему,наверное,более дороги,чем Солженицыну),ибо он был мыслящим человеком из дворян,а не из вышедших в люди кулаков,владельцев экономий,будущих офицеров военного времени и "прогрессивных" технократов.
Кстати говоря господин Солженицын,вы забыли или не знаете,что сами являетесь выходцем или более отдалённым продуктом той уравнительной волны,которая обрушилась на оскудевшее дворянство,которая привела к гибели "Вишнёвых садов".Ваши предки просто раньше начали,чем хунвейбины тридцатых годов.Почему же вам не понести то наказание,которое вы считаете справедливым по отношению к другим?
Кстати,чем бы вы были,если б не октябрьская революция?Проживали бы накопленное добро или,в лучшем случае,стали бы небольшим декаденствующим прозаиком.Может быть, - это в лучшем случае, - эпигоном Бунина.Революция дала вам всеобщий душевный подъём и народную трагедию в качестве самого большого и единственного ценного содержания вашего творчества.
Люси была очень наивная и вместе с тем невероятно добрая. Конечно, зашуганная более старшими товарками, но смотрящая на меня, как на некое божество. Это не то чтобы льстило, это открывало простор для манипуляций. Как и тот факт, что девочка была сиротой.
Он по — настоящему талантлив, ему и нужно-то было лишь немного помочь — подстегнуть воображение, сделать пару профилактических прививок хорошего литературного стиля да вывести плесень прокрастинации из уголков сознания…
Преступление - это поступок, который вовсе не вызван неизбежностью объективных условий, а создан чьей-то злой волей. Эта злая воля и является причиной преступления.
– Наташа.
– Да?
– Вас напугали сегодня. Вы хотите отказаться работать на меня?
Именно в тот момент я дико обрадовалась тому, что он не смотрит на меня. Глаза мыши оказались на мокром месте, и я совсем не хотела, чтобы он увидел это.
– Нет, не хочу.
– Со мной опасно. Но мне нужен такой человек.
– Я же ничего не сделала.
– Вам не надо ничего делать. Вы должны быть рядом. Все время.
Знаете ли вы то самое ощущение, когда у вас в груди, у вашего сердца внезапно вырастают большие, белые и очень пушистые крылья? Вам что-то говорят, а вы чувствуете, как сердце начинает парить…
– Я смогу… – сделала короткую паузу и бесшумно сглотнула слезы. – Я смогу чем-то помочь?
– Вы уже помогаете. Оставайтесь.
– Я принимаю неверные решения.
Да, мне хотелось, чтобы меня поуговаривали, хотя ждать этого от человека с подобными… особенностями было настоящей глупостью. Все же…
– Вы ошибаетесь. Все решения принимаю я.
Давать советы-всегда ошибка, ведь хорошего совета вам никогда не простят.
Она была доброй. Сейчас немногие способны оценить в человеке это качество.
«А куда ты денешься, если две женщины устроили заговор?»