- Сколько будет, если 251 умножить на 864? Я немного подумал и сказал:- 216 864, - потому что это очень просто: нужно умножить 864 на 1000, что равно 864 000; потом ты делишь это на 4, что равно 216 000, и это будет то же самое, что 250 умножить на 864; потом ты просто прибавляешь 864, чтобы получить 251, умноженное на 864, - получается 216 864.
Ее врач! Как будто он лучший в мире только оттого, что дает ей успокаивающее, когда она в истерике — а она в ней всегда.
– Как далеко зашли ваши отношения? Черты Лили исказились. Проклятье, она явно не собиралась с ним об этом разговаривать! Она бы предпочла в одиночку сразиться с целой толпой одержимых под наркотой, чем обсуждать свою сексуальную жизнь.
Как только человек ставит себя на одну ступеньку с Богом и присваивает себе право казнить и миловать, он и ломается окончательно. Он теряет то, что делает его человеком по-настоящему.
Пусть кто-нибудь меня помнит — хотя бы несколько лишних минут в гигантской и безмолвной приемной времени.
Магия - искусство совершить правильный поступок в правильное время и в правильном месте.
Истязать себя физически, чтобы кого-то наказать, – это не героизм, а хулиганство.
- Если бы не это, они бы мерились авторитетами еще долго. Милка деловая, а Рост - он старый солдат и не знает слов любви. Упертые оба. А так...
Прагматизм по-китайски: даже посреди опасности следует прикинуть, сколько же можно на ней выгадать.
– Понимаешь, я думал, что умираю. Мне было нужно что-то, чтобы с этим справиться.
– И что ты нашел?
– Ничего. Вообще ничего.
Красивые игрушки украшают полки до тех пор, пока не сломаются. Затевая игры с влиятельными людьми, да еще и других традиций, нужно понимать, к чему они могут привести. Жаль, эту науку не преподают в школе. Красота может стать проклятьем. А ум — подобно яду, разъест изнутри. ..
So many crucial events take place behind people’s backs, when they aren’t in a position to watch: birth and death, for instance. And the temporary oblivion of sex.
Когда-то в этом лесу, что теперь стал дорогой, жили древние люди. Они знали прошлое, обитавшее в камнях и деревьях. Они знали, что их желания сводят с ума, смущают, придают им загадочности и все портят.
В России, Олексин, все прощают — и длинные руки, и длинные уши. Только длинного языка не прощают, запомните на всякий случай.
Это в книгах про попаданцев бравые парни моментом вписываются в жизнь и, вооруженные массой знаний, переворачивают все в истории с ног на голову.
А я?
Судя по надетым на меня доспехам – Средние века. Главный источник знаний про Средние века у меня – книги Александра Дюма… И все. Разве что еще Вальтер Скотт.
Больше же ничего не знаю. Совсем ничего…
Не врач я…
Не ученый…
Не гениальный полководец…
Не инженер…
Не химик… твою же мать, я даже не имею ни малейшего представления о составе пороха, который, судя по книгам, назубок знает любой приличный попаданец!
Я не знаю истории! Совсем!
Я умею только фехтовать.
Да, черт возьми, я это только и умею, но… умею фехтовать современной спортивной полукилограммовой саблей, которой даже при всем желании барана не зарубишь, а здесь мечи должны быть тяжеленными: вон только моя эспада больше кило весит…
Куда ни ткнись, везде…
Позвольте мне хотя бы думать, что если бы вы любили меня искренне и глубоко, то никогда бы не разлюбили.
Сила разочарования от брака зависит, с одной стороны, от степени фиксации , а, с другой стороны, от степени расхождения между найденным объектом и достигнутым удовлетворением и специфическими бессознательными сексуальными желаниями.
-Да ты чего, командир⁈ — глядя, как его бойцы валятся на землю, заскулил бритоголовый. — Чего мы тебе сделали?
— Колеса с моей машины свинтили.
— Да мы просто механики местные. Альтруисты. Всем, кто к нам во двор заезжает, бесплатную диагностику делаем.
— Отлично! — Я кивнул и снова поднял голос: — А мы мотивационная бригада. Тоже альтруисты. Сейчас мы заберём у вас всё ценное, и это даст вам стимул работать над собой и всесторонне развиваться.
Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей И тем ее вернее губим Средь обольстительных сетей.
Отец говорил: баб берем не харей, а харизмой и хером.
-Кто против? - Я! - Единогласно!
Не задавай вопросов — не услышишь лжи.
Иной раз самые большие глупости делаются из-за того, что кто-то честно держит слово.
Що забавного в людині?...
... Вони прагнуть якнайшвидше стпти дорослими, а потім тужать за втраченим дитинством. Втрачають здоров'я, щоб здобути гроші, а потім втрачають гроші, щоб повернути здоров'я. Ми з такою тривогою думаємо про майбутнє, що нехтуємо сучасне, й у такий спосіб не живемо ані а сучасному, ані в майбутньому. Живемо так, ніби ніколи не помремо й не помираємо так, ніби ніколи не жили
А всем известно, что добрым словом и топором убеждать намного сподручнее, чем одним лишь добрым словом.