Ваш собственный ребенок – это самое изобличающее зеркало из всех, в которые вы когда-либо загляните
«Близкие люди – это те, для кого расстояние не имеет значения. И с кем мы всегда на связи, даже если поссорились или отдалились».
И он оставил Скифр наедине с ее тьмой, а сам со своей вышел на склон холма и уставился на Скегенхаус, вотчину Верховного короля.
Я соглашалась со всем, что он говорил. Потому что так было безопасней. Так мое иномирное происхождение точно никому не придет в голову. Вот мой учитель, вот лэдор Геварский, которые подтвердят, что меня позвала Священная Роса и открыла свои тайны. Все! Теперь для всех я пользуюсь памятью предков, это они мне нашептывают!
Слабая память поколений хранит лишь легенды. Ежи Лец
Легенды хорошо, а архивы лучше.
В свой последний день он все время спрашивал, нет ли в городе беспорядков из-за него. Попросив зеркало, он велел причесать ему волосы и поправить отвисшую челюсть. Вошедших друзей он спросил, как им кажется, хорошо ли он сыграл комедию жизни? И произнес заключительные строки: Коль хорошо сыграли мы, похлопайте И проводите добрым нас напутствием.
Ну попала ты в сложную ситуацию, ну попросила помощи — что в этом такого? Сила женщины в её слабости, между прочим! И мне, как мужику, было приятно сделать для тебя что-то полезное.
Моя жена снова вышла замуж. Она вышла за разведенного мужчину, у которого были собственные дети. У них родился общий ребенок, и они стали одной из тех современных семей, где всё непросто и все зовут друг друга по имени.
Если я говорю человеку, что небо синее, а он считает, что я ошибаюсь, я не стану давать ему второй шанс.
В опасной ситуации поступай так же, как впереди идущий, и, если он прячется, не поленись сделать то же самое. А вопросы задавай позже. Как говорится – лучше испугаться и перестраховаться, чем быть храбрым, но почти сразу же мертвым.
— Когда люди расстаются, они забывают друг о друге, обрывают все мосты, сжигают все общее, отрезают себе руки и вскрывают вены, когда любили сильно и запускали к себе под кожу. Они стараются освободиться, чтобы хоть и покалеченными, но свободными жить дальше.
Наши дни и ночи вместе — это настоящие моменты счастья. Это моменты настоящей жизни, которой мне не хватало и которой я никогда, слышишь, родная, никогда не видел.
С моим Чудом мне хотелось всего и сразу — семьи, детей, воскресной газеты и легкого халатика на ее голом теле; выхваченной у меня из рук чашки остывшего кофе и залпом допитого, моих трусов в ванной вперемешку с ее трусиками и миллиона ее тюбиков и баночек, за которыми я шарю в поисках пены для бритья…
– Я ведь тоже узкоглазый.
– Остынь, китаеза, я без расизма. Если напрягает, называй меня в ответ белой тварью или бледнолицым фашистом, мне вообще по барабану.
в жизни каждого человека самое важное – он сам. И даже если испоганила всю свою жизнь, ситуацию исправить сможешь как раз потому, что у тебя есть ты.
I'm beginning to think that maybe it's not just how much you love someone. Maybe what matters is who you are when you're with them.
— И не стыдно? – тихо уточнил он.
В первую секунду подумала, что каким-то чудом Итон прочел мои мысли, и только потом сообразила, к чему, собственно, вопрос.
Замешательство тут же сменилось бравадой, и я гордо расправила плечи.
— Простите, господин ректор, но обычно я посыпаю голову пеплом по пятницам тринадцатого. Во все остальные дни у меня неприемное время.
он был стар и достаточно мудр, чтобы позволить своему огорчению выветриться полностью.
Генетика-то, может, и интересная, а мои отношения с родителями – штука еще более занимательная и сложная.
Он всегда тратил золотую и серебряную мелочь чувств, Ульрих же больше оперировал крупными суммами, чеками мыслей, так сказать, с внушительными цифрами; но в конце концов это была только бумага.
А когда женщина думает о мужчине, никого уже не возмущает думающая женщина. А когда женщина пишет записочку, пишущая женщина тоже никого уже не возмущает.
– Ну, обзываться не хорошо, но и бросаться камнями. Правда, себя нужно защищать…
– И то и то плохо? Или холросо?
– Там, где участвует больше одного человека хорошо и плохо становятся переменными величинами. Что одному хорошо, другому плохо.
Сначала разведка, потом ответка
He seemed a part of the mute melancholy landscape, an incarnation of its frozen woe, with all that was warm and sentient in him fast bound below the surface; but there was nothing unfriendly in his silence. I simply felt that he lived in a depth of moral isolation too remote for casual access, and I had the sense that his loneliness was not merely the result of his personal plight, tragic as I guessed that to be, but had in it, as Harmon Gow had hinted, the profound accumulated cold of many Starkfield winters.
Крутов послал советчика в афедрон, и экипаж, наскоро пожевав гарнизонной перловки с мясом, отправился дальше на Север.
Что такое порка, когда голова на плечах подпрыгивает?
– Из-за этого дела с пианино. – Александра остановилась возле одной из витрин, разглядывая новогоднюю декорацию. – Тоже три слоя. Сперва я считала, что Илана, с которой я общаюсь, – это пропавшая пятьдесят семь лет назад Анна Хофман. Что она сперва изменила внешность, а затем и личность, чтобы бросить ненавистную жизнь в доме дяди. Тем более Ракель была уверена, что труп в канаве – не Анна. Потом, когда я увидела фотографию Анны в журнале, стало ясно, что это не Илана. Два разных человека. Ракель нашла след Иланы Камински, вышедшей замуж за Генриха Магра. И открылась истина – Илана Магр умерла полгода назад в Тель-Авиве, а овдовевший Генрих Магр проживает в Иерусалиме. Это был второй слой – я поняла, что мои Магры не те, за кого себя выдают, а девушка в канаве так и осталась полной загадкой. И тут явился настоящий Генрих Магр. Тот, чья супруга Илана умерла полгода назад. Всеми любимая и уважаемая женщина, которая не любила фотографироваться и никогда не прикасалась к пианино. А внучка, Маргарита, – копия Анны Хофман.– Выводы? – Марина тоже разглядывала витрину, точнее – любовалась своим отражением в стекле.– В канаве нашли труп настоящей Иланы Магр. Родилась в Темплер Бет-Ламе в сорок пятом году. На момент смерти ей было восемнадцать лет. Только что вышла замуж за Генриха Магра, сына крупного дипломата, британского подданного. И небесталанного художника. Обе других Иланы были фальшивыми.