Некоторые люди делают зло другим просто потому, что имеют такую возможность
Да, у меня есть правила. Но это мои собственные п-правила, выдуманные мною для себя, а не для всего мира. Пусть уж мир сам по себе, а я буду сам по себе. Насколько это возможно. Собственные правила, Афанасий Степанович, это не желание обустроить все мироздание, а попытка хоть как-то организовать пространство, находящееся от тебя в непосредственной б-близости. Но не более. И даже такая малость мне не слишком-то удается.
«Есть люди, которые делают мир лучше, и те, кто живут, чтобы его разрушать.»
Эта толпа сделала то, что они называют революцией...
Любовь не может быть беспечной. Ради нее нужно пройти через сложности и путаницу. К ней нужно относиться как к людям, как к жизни. Ничто ценное не дается легко. Нужно бороться за то, что важно.
Короче говоря, – когда он не прекратил барабанить на ужине, я как бы уколола его вилкой. Как бы. Могу понять, с чего кто-то, наверное, решил, что я как бы воткнула в него вилку. Но я же предложила ее выдернуть.
Вот ведь судьба досталась! Только хочешь или нет, а донашивай, что есть. На другую не сменишь.
...и через мгновение в облаке пыли очам нашим предстала шестерка затянутых в кожу мужчин на мотоциклах...
Шестерка выглядела колоритно. Черные кожаные штаны и рубахи в двадцатипятиградусную жару сами по себе впечатляют, прибавьте высоченные сапоги с заклепками и прочую атрибутику, а теперь вообразите, какой от этой кавалькады шел запах, если учесть, что пиво ребята уважали, а баню, скорее всего, нет. Романист назвал бы это крепким мужским духом, Танька выразилась проще:
— Господи, воняет-то как.
Я не отдам своего богатства чувств, как бы они ни заставляли меня страдать. Страдание, если оно не выше сил, ведет к пониманию, понимание — к любви — так замыкается круг.
"Можно дружить с человеком, который думает не так, как ты, но обычно это плохо кончается."
— Допустим, это произойдет, — перебил его Малкольм. — Допустим, на Земле страшно повысился уровень радиации, и все растения и животные умерли, а сама планета на сотни тысяч лет превратится в раскаленную сковороду. Жизнь все равно где-нибудь сохранится: под землей или, может, в арктических льдах... И когда минут тысячелетия, когда наша планета опять станет гостеприимной, жизнь на ней снова распространится повсюду. И процесс эволюции начнется заново. Конечно, могут пройти миллиарды лет, пока жизнь станет такой же разнообразной, как сейчас. И, конечно же, ее формы будут существенно отличаться от нынешних. Но планета переживет все наши безумства. Наша глупость не в состоянии погубить жизнь. Мы только себя, — вздохнул Малкольм, — себя можем погубить.
«Миллионы людей находятся под впечатлением побед, одержанных властью, и считают власть признаком силы. Разумеется, власть над людьми является проявлением превосходящей силы в сугубо материальном смысле: если в моей власти убить другого человека, то я "сильнее" его. Но в психологическом плане жажда власти коренится не в силе, а в слабости. В ней проявляется неспособность личности выстоять в одиночку и жить своей силой. Это отчаянная попытка приобрести заменитель силы, когда подлинной силы не хватает.»
Из Хаоса, источника жизни, родилась и могучая сила, всепоглощающая Любовь - Эрос
...нет ничего больнее, чем дать отчаявшемуся хрупкую надежду, а потом разбить её.
теперь я могу дать самому себе запоздалый совет: вышел из себя, молчи.
Не позволяй злым словам, словам, о которых ты потом пожалеешь, вырваться из себя!
Зачастую в пылу злобы мы говорим не то, что думаем, мы, движимые желанием уязвить, совсем не думаем о чувствах другого человека.
Сорваться легко и просто — это вопрос нескольких коротких мгновений, а расхлебывать последствия этого приходится намного сложнее.
Ненавижу надежду! Она заставляет жить иллюзиями, а когда они развеиваются, делается очень больно. И если кроме надежды больше ничего нет, становится не за чем жить.
— Там было по пояс, и я просто доставал твою сумку. К слову, я отличный пловец.
Да-да, знаем. Пловец, певец, на дудке дудец и прекрасный подлец! Жлоб ты, Дракон Элрой!
проблемы для того и нужны, чтобы их решать.
Мускулы, работающие вхолостую, прокачка ради прокачки, никогда не будут выглядеть такими красивыми, как те, что заработаны честным трудом. Мне кажется, любая женщина отличает их интуитивно. А любой тренер - по форме мышц.
– Вы… вы… – выговорил он онемевшими губами. – Вы чудовище!..
На мгновение повисла тишина. Вероятно, мальчишка ожидал, что я испепелю его на месте, но я не собиралась оправдывать его ожиданий.
– Лейтенант, я не превращу вас за эти слова в жабу только по одной причине, – произнесла я сухо. – Вы умрете с голоду – вам ведь будет жаль ловить комаров.
Какой-то умник сказал: пойми, что ты умеешь делать лучше всего, и посвяти этому всю жизнь.
О чем ты поешь, незваная Гостья?
Зачем ты зовешь мою душу к себе?
Что мир для тебя? Лишь белесые кости,
Которыми стану и я в этой тьме.Ты ищешь меня? Так я уже близко.
Зовешь в темноту? Так смотри: я готов.
Иду за тобой. Постарайся не бросить
Мой сон, мою жизнь и мой прежний остов.Я верен тебе, белоснежная вьюга.
Не страшны мне тени в твоей глубине.
Я знаю, что правильно вышел из Круга,
И верю, что не пропаду в этой тьме.Ты близко. Я вижу тебя, незнакомка,
Прекрасная Дева с венком из надежд.
Я знаю, его ты отдашь ненадолго,
Но этого хватит для белых одежд…
Дождь в лесу — это двойной дождь. Каждый куст и каждое дерево при малейшем сотрясении обдают путника водою.
Удача дама капризная.
— Ты плакал? Тогда, да?
— Ага. Когда последний из этих сволочей упал с Обрыва, я свалился и ревел, пока совсем не охрип. Всё как будто сразу навалилось. Зато потом стало легче. Так что не стыдись того, что плачешь. Никогда.